Лебедь без крыльев

Максим

В один день я подумала, что мрак рассеялся. Мне показалось, что все станет лучше, что я не обречена и что у меня появится семья. Но как всегда, я ошиблась. Это было лишь начало моего конца. В тот день не было солнца и дождя тоже не было. Было пасмурно. Обычная погода для города, стоящего на болоте. Достаточно холодно, но ветер не сильный. Я уже видела этого мальчика. Он показался мне безумцем. Я танцевала на улице и он на меня смотрел своими безумными глазами, пока мой сообщник вытаскивал его деньги и часы. Придурок побежал за мной, а после был избит директором. Меня отправили в балетное училище, а что случилось с ним, меня не волновало. Но в тот самый пасмурный день, этот придурок вернулся. Он зашел в мою комнату, смотря своими безумными глазами и сказал собирать вещи. А после, отвез в квартиру, ставшую мне клеткой и расссказал несколько правил.

— Мы теперь семья и ты должна их соблюдать. Во-первых не выходить отсюда. Никогда. Это твоя крепость и защита, только здесь ты в безопасности. Во-вторых ты ужинаешь со мной каждый раз когда я приезжаю. Потому что мы семья и семейные ужины пропускать нельзя. И в-третьих.. ты должна умереть для всего мира. Тебя не будет в социальных сетях, общаешься ты только со мной и учишься на дому. Это тоже для твоей безопасности..

Странные правила. Сложная игра. Можно их не соблюдать? Можно, но нужно быть предельно аккуратной. Ведь каждое действие может привести меня к концу. Выбегать и танцевать на крыше стало моей отдушиной и привычкой. Это как знак протеста, что не соблюдая его правила он об этом даже не в курсе. При этом чувствовала я себя в те моменты настоящей мафией с гениальными планами. И я поставила ему свое правило- не заходить в мой зал. Я не хотела, чтобы он там находился, смотрел на меня. Танцы это мое интимное место и пока я не замужем, оно будет не тронуто этим говнюком. Думала ли я сбежать? Конечно. Каждый чертов день. Но куда? Я не знаю никого, у меня нет родственников или друзей. У меня нет денег, образования, мои документы подделка, а еще я несовершеннолетняя. Правила понятны, но они тяжелы. Хотелось вопить от беспомощности. А Макар.. Он каждый день становился будто одержимее мной, чем в предыдущий. Глаза стали жаднее и безумнее. Да, может я умру беспомощной, но эту неделю я проживу как человек.

— Ты отдыхать приехал? Ты хоть что-то, кроме того, чтобы надраться и напоить ребенка сделал!?- теперь я сижу сзади вместе со Стасом, потому что Амир не хочет слышать его болтовню и мои бзики. Хотя как сижу, я лежу на спине, облокачиваясь о дверь, а мои ноги скрещены и лежат на ногах Стаса. После слов Аполлона, кровь снова начинает жечь в моих венах, разгоняя гнев по всему телу.

— Да не ребенок я! Когда вы уже запомните!? Мне семнадцать почти! И вообще, по-детски себя ведешь здесь только ты.- Амир лишь посмотрел на меня со своей дьявольской усмешкой, а я перестала слушать их диалог и перевернулась лицом к сиденьям.

— Я это образно.- махнул рукой Амир и снова посмотрел на Стаса. Он будто сам понимает, что меня обижают его слова и старается сгладить углы.

— А я, пока вы трусами раскидывались, сделал все, что ты мне поручил. Поэтому хватит на мозги капать.- Стас, увидев на себе грозный взгляд Амира, поднял руки, будто его арестовывают.- Все, все, понял, больше не буду с тобой разговаривать в таком неуважительном тоне.- Стас закатил глаза и продолжил расссказывать всякую чушь и громко смеяться со своих же шуток. Наверное это тот человек, которому никогда не будет скучно наедине с самим собой.

Амир

Время раннее. Дел на сегодня у меня нет, как и идей с возможным скрашиванием нашего времяпрепровождения в культурной столице. Был бы я один, то сел работать или нашел бы девушку на один день. Сейчас ни того, ни того не хочется. Хочется только сидеть с маленькой бестией и общаться о не пойми чем. А она, как назло села назад. Я пошутил говоря о ее истериках и о том, что не хочу их слушать. Я готов слушать их бесконечно. Но она гордая же и с высоко поднятой головой сама плюхнулась на заднее сиденье и дверь захлопнула. Так еще и отвернулась. Хочется ее взбодрить, сделать приятно, заставить улыбаться. Странные желания приходят в мою голову. Я никогда не хотел сделать приятно другим людям. Абсурдные мысли стали посещать меня все чаще и чаще, формируя большой ком в виде знака вопроса, на который я не могу дать ответ. Максим лишь пазл, маленькая деталь для моей дальнейшей цели. Мне нужно уничтожить гребаного рыжего актера, его карьеру и показать всем что он и его семья из себя представляют. Это месть. Просто месть и ничего больше. А Максим лишь случайный человек переходящий улицу, она не виновата в том, что ее собьет пьяный водитель. Она ни в чем не виновата, она просто ребенок, просто маленькая балерина танцующая на крыше моего дома. Мысли слишком сгустили тучи, опуская мои брови ниже и находясь в каком-то трансе руки сами рулили машину.

— Максим, у нас сегодня нет дел, куда ты хотела бы съездить?- девушка резко поднимается на локтях. Она недоверчиво смотрит на меня, но так искренне улыбается, будто маленький ребенок, получивший шоколадку, за которую он часами катался по полу магазина.

— Правда? В любое место можно?- от резкой переменчивости настроения, на нее покосился даже Стас. Хотя казалось бы, что этого человека и снег в мае не удивит. Ямочки на ее щеках заставили меня невольно улыбнуться, будто позабыв, что я сам предложил черту поехать в любой ад, который он попросит. Максим бесцеремонно схватила мой телефон, на котором был включен навигатор и вбила адрес. Потом она одела новые кеды и перелезла на переднее сиденье, поджав под себя одну ногу. Вроде девушка сама захотела туда поехать, вроде бы это было ее желание и вроде она с такой радостью отреагировала на мой вопрос, но почему-то с каждой минутой приближения она становилась все грустнее и грустнее. Будто это место высасывало ее силы и жизнерадостность. Это стало причиной моего безмерного любопытства. Когда мы доехали, меня ждало еще большее желание узнать ее. Я мог ожидать чего угодно. Мог предположить любое место от парка аттракционов до стрип-клуба, но навигатор привез нас к церкви. Максим долго смотрела на ворота и старые верхушки с крестами. Она разглядывала двери и выходивших из них людей, а я молчал. Мне сейчас так хочется просто посмотреть на нее, послушать или дотронутся. Хочется чтобы она доверилась мне и рассказала все. Мы будто стали ближе, продвинулись на шаг в чем-то сокровенно тайном. Девушка чуть дернулась, посмотрела на меня и улыбнулась такой улыбкой, которую я еще не видел. Это была вымученная улыбка сквозь слезы, хоть они не лились, она пыталась показать, что с ней все хорошо, но врала. Это не так. Сейчас ей очень плохо. Я не знаю почему, но резкое желание узнать выводит из меня все ужасное, что было во мне, давая возможность проникнуть свету.

— Я останусь здесь, не люблю иконы и запах свечей.- Стас сощурился говоря это, а мы вышли из машины на не большую дорожку, ведущую к воротом. Она встала и еще раз посмотрела на здание. Словно в машине она чувствовала себя защищенной в железной банке, а выйдя из нее она стала нага и уязвима. Мне так хочется ей помочь и сделать легче, что я беру ее за раку, а девушка не вздрагивает и даже не смотрит на меня. Лишь ее холодные пальцы быстро сжимают мои.

— Почему именно сюда?- лишь сыпля соль на рану можно вывести из нее все дерьмо, что накопилось и сделать легче. От молчания и постоянного вранья мы не убежим от реали, мы сделаем себе больнее, а то гнилое будет пожирать нас изнутри. Максим начала медленно идти, также смотря на разноцветные верхушки, купола и большие тяжелые двери.

— В детстве я ходила сюда очень часто. А потом... В один день перестала. Можно сказать меня заключили в плен.- девушка посмотрела на меня с подозрением.- Это образно.- мне захотелось засмеяться от правды, которую я знаю и того, как глупо она пытается ее скрыть.- И каждый день я думала о том, что если выберусь из этого плена, то сначала прийду именно сюда.

— Тебе нравится это место?-мой вопрос заставил Максим засмеяться.

— Нет. Даже не так, я ненавижу это место.- мои брови взлетают вверх, а мы входим в ворота у которых неумело усажены цветы.

— Тогда почему?..

— Потому что мне кажется, что именно тут бог меня слышит. Хоть люди ходящие сюда и события прошедшие здесь ужасны, но от этого она не станет менее святой.- ее не понятный ответ мог бы устроить глупого человека, но не меня.

— Но для тебя..-ее волчий взгляд остановил меня и я замолчал. Она не ответит на мои вопросы, а если и ответит, то соврет, придумает или скажет такой же бред. Зайдя в тяжелые двери церкви, я почувствовал запах ладана и восковых свечей. Я не верю в бога, я верю в себя и во всем что связано с религией я не разбираюсь. Наверное сейчас идет служба, потому что из зала можно услышать голоса женщин, поющих заученные строки библии. Максим быстро одела юбку и платок. Мне кажется, она словно ангел. Всегда красива во что ее не одень. Ей идет все, она выглядит как мечта, как первый снег, как котенок, которого родители не разрешают взять домой. Единственное что я вижу в церкви- это ее. Каждое нежное движение, в которое она не вкладывает смысла, но оно получается элегантным и плавным. Я смотрю на нее, когда она ставит свечку, а потом искренне по-детски целует икону и прикасается к ней лбом, стоя на носочках. Завораживающая девушка ставит еще одну свечку. Теперь она подходит не к круглой металической чаше для свечек, а к прямоугольной кануне. Зажигает свечу от лампадки и ставит в свободную ячейку канона, немного оплавив с конца. Максим стоит еще пару минут, креститься и наконец смотрит на меня. В ее глазах нет слез, но ощущение, будто она сейчас заплачет. Через несколько минут мы вышли из церкви. Девушка вздохнула полной грудью чистый воздух и сложила руки ладонями вместе, смиренно улыбнувшись. Лучи солнца озарили ее светлую голову и мило прыгают по лицу солнечные зайчики. Глаза закрыты, а белые ресницы будто прозрачные и сделаны из хрусталя. Легкий ветер пошевелил листву и показал нам солнце, навеяв свежий запах травы.

— Теперь я сделала все, что так давно хотела.