Глава 7
Я ХЗ что это,но я ночью выложила это.
Ну вот еще тоже самое.
Кто не видел это ночью?У кого не отображается?
------------------------------------
...Гарри открывает дверь пассажирского сиденья черного внедорожника «Ауди», и я забираюсь внутрь. Он ни словом не обмолвился о вспышке страсти, которая случилась в лифте. Можно ли это упоминать? Или притвориться, будто ничего не произошло? Мне уже самому не верится, что это было на самом деле — мой первый настоящий поцелуй. Чем дальше, тем больше он похож на миф — легенду Артуровского цикла или затонувшую Атлантиду. Ничего не было и быть не могло. Наверное, мне померещилось. Я трогаю свои распухшие от поцелуя губы. Нет, никаких фантазий. Я уже совсем не тот, что раньше. Я безумно хочу этого мужчину, и он хочет меня.
Гарри, как обычно, держится вежливо и слегка отстраненно.
Как это понимать?
Он заводит двигатель, выезжает со своего места на парковке и включает MP3-плеер. Салон машины заполняет сладчайшая, волшебная мелодия — поют два женских голоса. Здорово... мои чувства в беспорядке, и музыка действует в два раза сильнее. От восторга по спине бегут мурашки. Гарри поворачивает на Парк-авеню. Он ведет машину со спокойной, ленивой уверенностью.
— Что за музыка?
— Цветочный дуэт из «Аакме» Делиба. Тебе нравится?
— Восхитительно.
— Да, классно. — Гарри глядит на меня и ухмыляется. На какое-то мгновение он становится молодым, беззаботным, офигенно красивым — таким, каким должен быть человек в его возрасте. Может, это и есть ключ к его душе? Музыка? Замерев, я сижу и слушаю дразнящие и манящие ангельские голоса.
— А можно поставить еще раз?
— Конечно.
Гарри нажимает на кнопку, и мой слух снова ласкает(как бы получая оргазм)(ой вот идиотка я 😂)(везде говно какое-то напишу) дивная музыка, и я отдаюсь ее нежной, томительной власти.
— Ты любишь классическую музыку? — спрашиваю, надеясь узнать побольше о его личных пристрастиях.
— У меня очень эклектичный вкус, Луи. Мне многое нравится, начиная с Томаса Таллиса и кончая «Кингз оф Леон». Все зависит от настроения. А ты?
— То же самое. Только я не знаю, кто такой Томас Таллис.
— Я тебе когда-нибудь сыграю. Это английский композитор шестнадцатого века. Духовная музыка эпохи Тюдоров. — Гарри улыбается. — Похоже на эзотерику, я понимаю, но вообще-то завораживает.
Он нажимает на кнопку, и начинается песня «Кингз оф Леон». Эту я знаю. «Секс в огне». Очень подходящая. Музыку прерывает звонок мобильного телефона, доносящийся из динамиков стереосистемы.Гарри нажимает кнопку на руле.
— Стайлс, — отрывисто произносит он. Какой он все-таки бесцеремонный.
— Мистер Стайлс, это Уэлч. У меня есть информация, которую вы запрашивали. — Из динамиков доносится скрежещущий механический голос.
— Хорошо, скиньте ее мне по электронной почте. Хотите что-нибудь добавить?
— Нет, сэр.
Стайлс нажимает на кнопку — звонок закончен, снова играет музыка. Ни «спасибо», ни «до свидания». Какое счастье, что я не воспринял всерьез его предложение пойти к нему работать. Я содрогаюсь при одной только мысли. Он слишком требователен и холоден со твоими служащими.
Музыка снова прерывается из-за телефонного звонка.
— Стайлс.
— Договор о неразглашении выслан вам на почту, мистер Стайлс. — Женский голос.
— Хорошо. Это все, Андреа.
— Доброго дня, сэр.
Гарри разрывает связь, нажав кнопку на руле. Не успевает заиграть музыка, как телефон звонит снова. Боже мой, неужели у него все время эти бесконечные телефонные звонки?
— Стайлс, — бросает он.
— Привет, Гарри. Ну как? Ты с ним переспал?
— Привет, Элиот. Телефон на громкой связи, и я в машине не один. — Гарри вздыхает.
— А кто с тобой?
— Луи Томлинсон.
— Привет, Луи!
«Луи!»
— Доброе утро, Элиот!
— Много о вас наслышан, — понизив голос, произносит он.
— Не верьте ни одному слову из того, что говорит Майкл.
Элиот смеется.
— Я подброшу Луи до дома.Тебя забрать?
— Да, конечно.
— Тогда до встречи.
Снова играет музыка.
Мы уже почти у моего дома. Как быстро доехали!
— Луи, — медленно произносит Стайлс. Я бросаю на него сердитый взгляд, но он не обращает внимания. — Того, что случилось в лифте, больше не повторится. Теперь все пойдет по плану.
У нашей квартиры я вспоминаю, что он не спросил меня, где я живу. Ах, да... Он же присылал мне книги и, следовательно, знает мой адрес. Для человека, который умеет отслеживать мобильные телефоны и владеет собственным вертолетом, выяснить адрес не проблема.
Почему он не хочет поцеловать меня еще раз? Обидно и непонятно. Стайлс с непринужденной грацией выходит из машины и идет открыть мне дверь. Безупречный джентльмен, за исключением редких, драгоценных мгновений в лифтах. Я краснею, вспоминая соприкосновение наших губ, и вдруг осознаю, что не мог к нему прикоснуться. Мне хотелось запустить пальцы в эти роскошные, непослушные волосы, но я был не в силах пошевелить рукой. Задним числом я расстраиваюсь.
— Мне понравилось в лифте, — тихо говорю я, выходя из машины. Потом, не обращая внимания на слабый судорожный вдох, направляюсь прямиком к входной двери.
Майкл и Элиот сидят за обеденным столом. Книжек за четырнадцать тысяч долларов нигде не видно. Ну и хорошо. У меня на них свои планы. По лицу Майкла блуждает странная улыбка, он выглядит так, будто еще не пришел в себя после бурной ночи.