Паутина

Врагу бы не пожелала попробовать на себе действие любовного зелья. И тем более выпить от него противоядие, потому что отрезвление приносит такую бурю эмоций, что хочется просто разорваться, а потом кусочки спрятать. Подальше.

Она у всех на глазах призналась Грегу в любви. Она у половины школы на виду набросилась на него и поцеловала. Ее видел Скорпиус. Она наорала на брата. Мерлин, за что?!

- Кажется, мисс Поттер к нам вернулась, - улыбнулся Слизнорт, забирая у девушки склянку из-под противоядия. - Ох, я надеюсь, вы ничего не успели натворить, вы так покраснели... И побледнели... Может, вам нужно к мадам Помфри?

- А яд у вас есть? Чтобы быстро и безболезненно? - с воодушевлением спросила Лили, стараясь не смотреть на брата, замершего у дверей. Где же Скорпиус? Что он скажет? Вот это влипла...

- Ну-ну, дорогая, все не так уж плохо... - с надеждой произнес профессор Слизнорт, потирая ус.

- Хуже, по-моему, не бывает, - Лили бросила взгляд на брата - тот, судя по всему, не знал, то ли ухмыляться, то ли хмуриться. - Спасибо, профессор...

Она в растерянности вышла из подземелий - как раз донесся звук колокола.

- Ты как, Лил?

- Все нормально, иди на свои занятия, - отмахнулась она от брата, надеясь хоть минуту побыть одной. Студенты, заходившие в подземелья, перешептывались и хихикали, отчего Лили стала просто пунцовой.

- Ладно, я побежал, - Джеймс уже развернулся, когда она схватила его за руку.

- Джим, а где... Скорпиус? - слабым голосом спросила Лили, заглядывая в родные глаза в поисках поддержки. Он потрепал ее по плечу:

- Пошел разбираться, кто догадался дать тебе любовное зелье. Так что смерть тебе не грозит... разве что Грегори...

- Что?

- Все, я пошел, у меня и так за неделю уже два прогула, - он ободряюще улыбнулся и поспешил прочь.

Лили привалилась к стене, закусив губу. Почему ей? Разве это смешно? Она сама теперь не в своей тарелке, как-то нужно извиняться перед Грегом, который, как она была уверена, был тут вообще ни при чем. И Малфой...

Она подняла глаза на звук шагов и увидела, как к ней медленно приближается слизеринец. Руки в карманах брюк, мантия расстегнута, галстук небрежно распущен. На лице - какая-то смесь насмешки и злости.

Он остановился в двух шагах от нее, пристально глядя на ее лицо. Лили чувствовала, как пылают ее щеки и какой виноватый у нее взгляд. Хотя, в сущности, в чем ее вина?

- Поттер, я надеюсь, что впредь ты будешь внимательнее и перестанешь брать сладости из непроверенных источников, - проговорил он, чуть прищурившись.

- Сладости? Ты о... конфетах...

- Которыми тебя так услужливо угостила твоя любимая и неподражаемая на глупость родственница, - закончил в своей любимой манере Малфой.

- Аманда? Но откуда у нее...? Она не могла...

- Конечно, не могла, для подобного нужно иметь хотя бы каплю мозговой жидкости, - фыркнул Скорпиус.

- Не говори так...

- Поттер, твоя доброта и вера в людей тебя погубит, - слизеринец прислонился спиной к стене напротив. - Эта твоя Аманда такая наивная, что, мне кажется, у нее на лбу написано - «сделай из меня дуру и используй по назначению»...

- Где она взяла эти конфеты?

- Лучше скажи, кто еще угощался волшебными конфетами «бросься в объятия первого встречного»?

- Никто, - растерянно проговорила Лили, задумавшись. - По крайней мере, я не видела...

- А Уизли?

- Роза? Она не любит шоколад, - чуть улыбнулась девушка. - Скорпиус... Откуда у Аманды эти конфеты, ты выяснил?

- Конечно, - пожал плечами слизеринец. - Колобок-гений взялась передать тебе подарок от меня...

- От тебя? - нахмурилась Лили.

- Ага, добрая девочка со Слизерина попросила милую Аманду передать Лили Поттер конфеты от Скорпиуса Малфоя, типа - это секрет и сюрприз... Только хаффлпаффка могла купиться на такое...

- Какая слизеринка? Ты узнал? - почти шепотом спросила Лили. Малфой лишь кивнул. - Почему?

- Потому что ты - а - гриффиндорка, б - из-за тебя скоро посадят Забини, а Присцилла была важной персоной среди наших девчонок, в - ты моя девушка, и это многим не по вкусу, г - ты нравишься Грегори, а он тоже у нас лакомый кусочек... Продолжать?

Лили покачала головой, глядя в пол у своих ног. Злость и растерянность ушли, но что делать с Малфоем, который просто стоит у стены и равнодушно ее рассматривает?

- Скорпиус, я знаю...

- Не знаешь, - откликнулся он, и девушка подняла голову. Он сузил глаза. - И лучше тебе не знать, что бы я сделал с тобой и с ним, если бы не догадался сразу, что это любовное зелье...

- Как ты догадался? - робко спросила Лили.

Он усмехнулся, сложив на груди руки:

- Я хотя бы иногда слушаю ушами и смотрю глазами. Соединить в голове пропавшее любовное зелье, конфеты от Колобка и твое странное поведение всего через несколько часов после того, как ты спала у меня на плече, было не трудно... Труднее было не разбить... лицо Грегори... и отодрать тебя от него...

- Скор, ты же понимаешь...

- Если бы не понимал, не стоял бы тут, - снова прервал он девушку. Ухмыльнулся, глядя на ее зардевшиеся опять щеки: - Ну и как?

- Что? - не поняла она.

- Как Грегори целуется? Лучше меня или хуже? Может, ты теперь предпочтешь его поцелуи...

- Дурак! - она бросилась к нему, легко ударила по бледной щеке, но тут же обняла и поцеловала. Он обвил ее руками, чуть приподнимая, развернулся и прижал к стене, буквально терзая ее губы своими и дразня языком. Его рука скользнула ей под мантию и коснулась груди.

- Скор... - выдохнула она, пытаясь его оттолкнуть. - С ума сошел?

- Нет, - выдохнул он, целуя ее в шею. - Просто я не желаю больше никогда видеть тебя с другим... Ты моя.

- Звучит... очень... по-малфоевски, - она все же смогла оттолкнуть его от себя и стала поправлять на себе мантию. - Я и не буду ни с кем другим, тебе это известно...

Лили смотрела на слизеринца и видела, как полыхает отсветами пламени серебро его глаз. Дьявол, по-другому она его сейчас назвать и не смогла бы. Серебряный дьявол.

- А теперь, я думаю, мне стоит пойти и успокоить Аманду. Уверена, что ты был не сильно деликатен, - Лили впервые широко улыбнулась, глядя на слизеринца.

- Я ее не бил, не пытал и вообще ее не трогал. Если честно, она сама все выболтала, когда меня увидела, - они поднимались из подземелий, держась за руки. - Она кинулась рассказывать, как замечательно удался сюрприз с конфетами. Неужели у всех хаффлпаффцев было такое тяжелое детство, что пара конфет для них - сюрприз с великим праздником?

- Она тебе сказала, кто ей дал конфеты? - они вышли в пустой сейчас холл.

- Показала, - усмехнулся Скорпиус, останавливаясь. - Вечер у меня будет веселый... И у тебя тоже.

- В смысле?

- Я не прощаю подобных шуток с подоплекой подлости, - Малфой посмотрел на высокий потолок. - Каждая подлость, сделанная исподтишка, должна быть наказана, чтобы совершивший ее не мог даже допустить, что подобное можно повторить...

- Скор... - немного испуганно произнесла Лили.

- И ты пойдешь со мной, потому что они от тебя не отстанут, пока ты сама не поставишь их на место, - твердо сказал слизеринец, глядя прямо на нее. Лили замотала головой. - Да, ты пойдешь.

- Нет, и не проси, - она отступила назад, уверенно глядя в его глаза. - Я не опущусь до их уровня, я не буду мстить. Это не выход.

- Ты говоришь сейчас, как Ксения...

- Кстати, как она?

- Не меняй тему, - попросил Малфой. - Лили, неужели ты не понимаешь, - он отвернулся и взмахнул руками от бессилия, - не понимаешь, что вот из-за этой твоей доброты и всепрощения ты будешь вечно попадать в подобные ситуации?! Нельзя прощать унижения и подлость! Нельзя!

- Скорпиус, это неправильно, - Лили подошла и положила руку на его напряженное плечо. - Если бы ты предлагал просто с ними поговорить, объясниться...

Малфой фыркнул и резко повернулся к ней, схватив за руки:

- Объясняются пожилые супруги, когда у нее подгорело молоко, а он пропил зарплату! А за подлость отвечают!

Лили лишь покачала головой, беря его бледное лицо в руки:

- Скор, милый, не проси меня в этом участвовать. Я бы хотела, чтобы и ты просто с ними поговорил, но ведь я не смогу тебе помешать. Ты знаешь - я люблю тебя таким, какой ты есть, я знаю, что не смогу тебя изменить. Просто и ты пойми и прими то, что я не смогу поступать так, как ты...

Он глубоко вздохнул, притянул ее к себе и обнял.

- Вас, Поттеров, жизнь столько раз топтала, мяла, прокатывалась всей тысячей колес, а вам хоть солнце рухни... Откуда в вас все это? Это доверие, всепрощение, глупая уверенность, что все можно решить словами и добром? Будто вас выпускают из какого-то другого мира, где есть только любовь и дружба...

- Мерлин, Малфой, тебя ли я слышу...

Они вздрогнули - в дверях стоял Джеймс, потирающий озябшие руки.

- Почему ты сейчас не в теплице, где должен ломиком ковырять землю и чертыхаться, поминая свои любимые трусы Мерлина? - Скорпиус отпустил Лили.

- Да... - гриффиндорец махнул рукой. - Все равно опоздал... Я смотрю, обошлось без жертв и крови?

- Это только пока, - усмехнулся Малфой. - Надо бы где-нибудь переждать, пока на нас не наткнулись преподаватели...

- Я хотел сходить к Ксении, - заметил Джеймс, - но мадам Помфри не очень-то обрадуется толпе, да еще посреди уроков.

- Тогда переждем в Выручай-комнате, - Лили улыбнулась парням. Странно, но сейчас она чувствовала себя почти абсолютно счастливой. Потому что ей улыбались двое ее самых любимых парней.