20
Гарри ждал у входа в Министерство Магии, стараясь не показать свою нервозность. Его пальцы сжимали пергамент с приказом об освобождении Драко, словно он боялся, что это всё ещё может оказаться ошибкой. Когда массивные двери начали медленно открываться, его сердце пропустило удар.
Драко вышел.
Он выглядел измождённым — бледная кожа, тени под глазами, резкая худоба. Но он был здесь. Свободный.
Их взгляды встретились, и Гарри не смог сдержаться. Он бросился к нему, обнимая так крепко, словно хотел убедиться, что это не сон.
— Ты... — голос Гарри сорвался. — Ты здесь.
Драко неловко обвил его руками, словно ещё не до конца поверил, что всё это происходит.
— Я здесь, — тихо ответил он.
Через несколько дней после возвращения Драко Гарри уговорил его прогуляться в Хогсмид.
— Тебе нужно развеяться, — сказал Гарри, потянув его за руку. — И не спорь, я уже всё решил.
— Ты слишком уверен в себе, Поттер, — проворчал Драко, хотя уголки его губ дрогнули в улыбке.
Они шли по заснеженным улицам деревни. Кругом царила тёплая, почти праздничная атмосфера: огоньки в витринах, пар от горячего шоколада, смех студентов.
— Помню, как мы вечно прятались здесь, чтобы не попасться Филчу, — задумчиво произнёс Гарри.
— Я прятался от тебя, если ты не забыл, — сухо отозвался Драко, но его глаза блестели от смеха.
— Правда? — Гарри прищурился, притворно задумавшись. — Уверен, ты просто искал повода провести со мной больше времени.
Драко толкнул его в плечо, но это было скорее ласковое прикосновение, чем реальный протест.
— Ты невозможный, Поттер.
Гарри только улыбнулся и неожиданно взял Драко за руку.
— Что ты... — начал Драко, но Гарри сжал его пальцы чуть крепче.
— Просто позволь мне это, ладно? — тихо попросил Гарри.
На мгновение Драко растерялся, но потом его пальцы ответили тем же.
— Ты чертовски упрямый, — пробормотал он, но в его голосе не было ни капли раздражения.
Они зашли в "Три метлы" и взяли два больших стакана сливочного пива. Усевшись за маленький столик у окна, они наслаждались теплом и уютом.
— Я хочу сказать... спасибо, — вдруг произнёс Драко, опустив взгляд на свою кружку.
Гарри нахмурился.
— За что?
— За то, что не сдался. Я... — Драко замялся. — Я не думал, что кто-то пойдёт на такое ради меня.
Гарри потянулся через стол и прикоснулся к его руке.
— Я бы прошёл через всё это снова, Драко. Ты этого стоишь.
Драко поднял на него взгляд, полный эмоций, которые он не мог выразить словами. Вместо ответа он слегка накрыл руку Гарри своей, будто этим простым жестом мог сказать всё, что чувствовал.
Они гуляли до самого вечера. Снег тихо падал на их плечи, деревня постепенно погружалась в сумрак.
— Холодно? — спросил Гарри, заметив, как Драко слегка поёжился.
— Немного, — признался он.
Не сказав ни слова, Гарри снял свой шарф и обернул его вокруг шеи Драко.
— Поттер, я не...
— Тише, — перебил его Гарри. — Просто носи его, ладно?
Драко посмотрел на него с лёгким недоверием, но, к удивлению Гарри, не стал спорить.
— Ты слишком заботливый, — сказал он, но в его голосе сквозило тепло.
Гарри лишь пожал плечами.
— Считай это компенсацией за то, что я заставил тебя столько ждать.
На мгновение они остановились. Снежинки падали на их лица, и в этот момент не существовало ни прошлого, ни проблем — только они.
— Ты действительно неисправим, Поттер, — произнёс Драко, но его улыбка была мягкой и настоящей.
— А ты, Малфой, всё ещё слишком горд, чтобы это признать, — ответил Гарри, ухмыляясь.
Их смех эхом разнёсся по заснеженным улицам.
Драко и Гарри вернулись в Хогвартс, когда уже стемнело. Коридоры замка были тихими, лишь звуки их шагов разносились по пустым залам. Драко держал Гарри за руку, чуть крепче, чем обычно, словно боялся, что тот вдруг исчезнет.
— Ты не представляешь, насколько я ненавидел эти коридоры, — вдруг сказал Драко, взгляд его был сосредоточен на каменных стенах.
— Почему? — удивился Гарри.
— Потому что они всегда напоминали мне, каким одиночеством я платил за всё это, — Драко указал на гербы Слизерина, что висели вдоль стен. — За свою гордость, за статус.
Гарри замедлил шаг, остановился, разворачиваясь к нему.
— А теперь?
— Теперь? — Драко посмотрел на него, и в его глазах появилось что-то новое, почти нежное. — Теперь ты напоминаешь мне, что всё это уже не имеет значения.
Гарри мягко улыбнулся, притянув его чуть ближе.
— Ты не один, Драко. Никогда больше.
Драко отвёл взгляд, но не смог сдержать лёгкой улыбки.
— Ты слишком хорош для меня, Поттер.
— Неправда, — возразил Гарри, обхватив его лицо руками. — Ты заслуживаешь всего хорошего, Драко Малфой. Просто позволь мне быть этим хорошим.
На мгновение Драко закрыл глаза, словно пытаясь впитать каждое слово Гарри. Затем он слегка наклонился, и их губы встретились в поцелуе — мягком, но глубоком, словно они говорили друг другу всё, что не могли выразить словами.
Когда они отстранились, Драко тихо произнёс:
— Ты действительно неисправим.
Гарри только усмехнулся.
— И ты всё ещё слишком упрям, чтобы это признать.
Позже той ночью они сидели на вершине астрономической башни, укрывшись одним шарфом на двоих. Снежинки плавно кружились вокруг, а звёзды сверкали над ними, словно благословляя их момент.
— Гарри, — вдруг начал Драко, его голос был мягким и едва слышным.
— Да?
— Ты знаешь, я никогда... никогда не думал, что смогу быть счастливым. Не таким.
Гарри повернул голову к нему, его взгляд был полон нежности.
— Ты делаешь меня счастливым, Драко.
Драко сжал его руку, но затем выдохнул, как будто собирался сказать что-то важное.
— Я хочу, чтобы ты знал... Я действительно люблю тебя, Поттер.
Эти слова прозвучали так тихо, что их могло унести ветром, но Гарри слышал каждую букву. Его сердце сжалось от нежности.
— Я знаю, — ответил он с лёгкой улыбкой. — И я люблю тебя тоже, Драко.
Драко замер на секунду, а затем сдался и наклонился ближе.
— Ты знаешь, это звучит совсем не так ужасно, как я думал.
— Сказать, что любишь меня?
— Быть с тобой, Поттер, — ответил Драко и улыбнулся, коснувшись губами его щеки.
На следующее утро они завтракали в Большом зале, сидя бок о бок, что само по себе было достаточно необычно, чтобы привлечь всеобщее внимание.
— Все смотрят, — тихо сказал Драко, чуть отодвигая тарелку с овсянкой.
— Ну и пусть, — отозвался Гарри с беззаботной улыбкой.
— Я же говорил, ты неисправим, — пробормотал Драко, но его глаза смягчились, когда Гарри скользнул пальцами по его ладони под столом.
В какой-то момент Джинни, проходя мимо, бросила на них взгляд, полный недоумения и, возможно, остаточного сожаления. Драко заметил это и наклонился ближе к Гарри, шепнув:
— Думаешь, она когда-нибудь перестанет ненавидеть меня?
— Думаю, у неё нет выбора, — спокойно ответил Гарри, сжимая его руку крепче. — У нас всё только начинается, Драко.
И Малфой, впервые за долгое время, почувствовал, что его сердце согрелось.