Пояс Ориона

Ретт насмешливо посмотрел на мужа, который восседал в кресле в одном из кабинетов Министерства и наблюдал за племянницей, вокруг которой суетился колдомедик, пытаясь привести ее в чувство. Леди Малфой некоторое время пребывала в глубоком обмороке, фигурально выражаясь, поскольку все присутствующие понимали, что дама давно уже пришла в себя и только в силу необходимости изображает слабую по духу и воле женщину. А как все красиво начиналось. Прием иностранных гостей, которых никто не знает, танцы, закуски, дорогой алкоголь, разговоры ни о чем, мелкие интриги, зависть, ну и так далее. А стоило Нарциссе увидеть американского посла «доброй воли», и все инкогнито было сорвано, как покровы с невесты в брачную ночь. Увы, ее возглас слышали достаточно много людей, и многие легко смогли сложить два и два и получить в результате, что Маркус Девенпорт, возможный американский грязнокровка, ни кто иной, как умерший то ли в 1992, то ли в 1993 году лорд Орион Блек. Теперь становилось понятно, почему на самом деле Сириус Блек не получил титула. Совсем не в связи с тем, что считался изгоем семьи. Как последний представитель рода он должен был получить и титул, и все имущество. Гоблины всегда и все знают.
- Лорд Блек, как так вышло, что вы живы? – Люциус посмотрел на мужчину. Да, он, как и большинство присутствующих, кроме Девенпортов, не ожидал такого сюрприза.
- Такой же вопрос можно задать паре-тройке человек в этой комнате, - хмыкнул Ретт, бросая выразительные взгляды на Снейпа и Дамблдора.
- В жизни всякое бывает, - улыбнулся директор.
- Вот в жизни и случилось, что Орион Блек спокойно здравствует, - фыркнул молодой человек.
- Ретт, - укоризненно произнес Орион, взглянув на супруга.
- У каждого есть свои причины для того, чтобы поменять свою жизнь, - пожал плечами Ретт. – Кто-то вот инсценирует свою смерть, а кто-то просто исчезает бесследно, до поры до времени. Вы бы и не узнали, что Орион жив, не возникни эта ситуация с переговорами.
- А вы скептик, молодой человек, - испытывающее посмотрел на него Дамблдор.
- Я не скептик, я – материалист, - произнес Ретт. - Я реально смотрю на вещи. В бизнесе нет места мечтаниям. Или ты работаешь, а потом можешь шиковать и ни в чем себе не отказывать, либо ты строишь иллюзии и ешь столь же иллюзорный хлеб, поскольку на настоящий у тебя просто нет денег. Магглы потому и сильны, что живут в реальном мире, и лишь отдыхают в иллюзорном, посредством литературы, театров, кино и различных других развлечений. Правда, даже для этого им нужны деньги.
- Как вы уживаетесь в двух мирах? – Гермиона пристально смотрела на мужчину, своего ровесника, и никак не могла понять, как тому удается гармонично существовать и у магов, и у магглов. Вот у нее такое не получилось.
- Мне все же хотелось бы получить ответ на свой вопрос, - Люциус Малфой был раздражен. Он бы с удовольствием остался наедине с Девенпортами, которые находились с ним в родственных связях со стороны Нарциссы. А какой при этом открывался простор для деятельности!
- Люциус, ты же должен понимать, что иногда хочется скрыться, начать все сначала, - усмехнулся Маркус. – Вот и у меня возникло такое желание.
- Ты мог бы и сказать, - умирающим голосом с интонациями обиды выдала с дивана леди Малфой.
- А зачем? – задал вполне резонный вопрос Маркус. – Ты была замужем, у тебя уже был ребенок. Ты уже несколько лет была Малфой. У нас ты к тому времени пару лет и не появлялась, даже не вспоминала. Белла сидела в Азкабане. Андромеда тоже не горела желанием воссоединиться с семьей. Вальпурга… Вальпурга – это Вальпурга. От нее даже сам дьявол бы сбежал. Ретт!!! – Маркус резко развернулся к хмыкающему супругу. – Не вижу ничего смешного.
- Прости, - пытаясь сдержать смех, произнес молодой человек. – Ты продолжай, продолжай, а мы послушаем.
- Выпорю, дома, - пообещал Маркус.
- Ты только обещаешь… - поддел его супруг. Девенпорт одарил его многозначительным взглядом. Ретт ответил вызывающим. Остальные лишь наблюдали за этим молчаливым, но увлекательным разговором. Через минуту или чуть больше пара, похоже, пришла к взаимопониманию и вернула свое внимание присутствующим.
- Хмм, и как же к вам лучше обращаться? – Шеклбот сначала посмотрел на Маркуса, затем на Ретта.
- Так вы же знаете, как нас зовут, - усмехнулся старший из американцев. – Я уже много лет Девенпорт, да и Ретт у нас носит ту же фамилию, как приставку к своей.
- Но люди уже знают, что лорд Блек жив и здоров. Слухи распространяются со скоростью луча заклинаний, - произнес министр.
- И что? Это ничего не меняет, - пожал плечами Ретт. – Мы оба подданные Америки, известны как Девенпорты, богатые, сильные и непрошибаемые бизнесмены, которые что хотят, то и делают.
- Это Англия, молодой человек, - вздохнул Дамблдор. – Возвращение лорда Блека всколыхнет общественность. И переговоры могут пойти по другому пути.
- Соединенные штаты все равно подпишут договор с вашей страной, это уже решенный вопрос. А условия мы будем оговаривать уже в ходе наших переговоров, - Маркус тоже не понимал, в чем англичане видят проблему.
- Старые знакомые, друзья… - начал Шеклбот.
- Но это не должно вас волновать, это все уже личные проблемы моего мужа, - произнес Ретт. – И потом, насколько я вижу, это будет даже вам на пользу. Аристократы и чистокровные маги с удовольствием теперь поддержат вашу инициативу. Разве не так? Сомневаюсь, что до сего момента они отдавали свои голоса вашему проекту. Знаете ли, удивительная узколобость.
- Вам не кажется, что оскорблять… - Гермиона, нахмурившись, посмотрела на молодого Девенпорта.
- И что же вы, миссис Уизли, посчитали оскорблением? Мое высказывание про узколобость? – усмехнулся Ретт. Англичане отметили про себя, что гости хорошо осведомлены, кто есть кто. И это заставляло задуматься о том, что же на самом деле известно в других странах о делах Англии. – Но ведь по сути все так и есть. Вы видите один путь. Для вас сделать хоть один шаг вправо или влево считается преступлением. Только вот не бывает только белого и черного цвета. Даже эти два цвета имеют множество оттенков.
- И все же неприятно слышать подобные слова от человека, не имеющего никакого понятия о том, что происходило и происходит в нашей стране, - заявила Гермиона.
- А с чего вы взяли, что я не имею понятия о том, что привело к тому состоянию, в котором вы сейчас находитесь? – насмешливо поинтересовался Ретт.
- А вы имеете? – фыркнула девушка.
- Более чем, - хмыкнул Девенпорт-младший. – Скажем так, я даже участвовал в последней битве, в которой Гарри Поттер одержал победу.
- На чьей стороне? – тут же последовал вопрос.
- А это теперь имеет значение? – вопросом на вопрос ответил Ретт. – Ну, а если и на той стороне?
- Вы поэтому покинули Англию? Боялись преследования? – скривилась Гермиона. Ретт усмехнулся и демонстративно закатал рукава.
- А мне предъявлять нечего, - заявил он, глядя на слегка ошарашенные лица своих бывших соратников. В некотором роде он разочаровался в этих людях, оказавшимися не способными узнать его спустя столько лет.
- Значит, либо вы не успели получить метку, либо были на нашей стороне, - сделала логичный, на ее взгляд, вывод девушка. Остальные пока не вмешивались в их разговор, но слушали очень внимательно.
Дамблдор никак не мог разобраться в этой паре. То, что прибывший посол оказался некогда умершим, как считалось в обществе, Орионом Блеком, было поистине сюрпризом, и не сказать, чтобы приятным. До этого момента считалось, что наследником рода стал Гарри Поттер, но если глава все еще жив, то передать титул и имущество никто не мог, в том числе и Сириус. Тот лишь мог назвать наследника после себя, но он был изгнан из рода матерью, что сразу ставило его вне семьи, а также вне прав наследования. Директор задумался, вспоминая Блека-младшего, его действия, слова. После своего побега из Азкабана он не мог попасть в Гринготтс, в Министерство, поскольку считался преступником. Гоблины, может, и не делали никаких шагов, и знали правду, но они никогда не вмешиваются в дела волшебников. Дамблдор так и не смог вспомнить хоть что-то, что могло бы помочь понять, какую нишу в семье Блеков занимал Сириус и какими правами обладал. То, что он попал в дом на Гриммуальд, ничего не значило. Кровь – не вода, и у выжженного она остается такой же. На что-то, видимо, надеялись еще. Возможно, что представитель рода одумается. А вот если бы изгнали по полному обряду, то и силы было бы меньше и по статусу ты хуже, чем магглорожденный. Отброс общества.
- Значит, вы англичанин?! – полувопросительно произнес директор, решив, наконец, вступить в разговор. Ретт лишь улыбнулся. Ни опровергать, ни подтверждать догадки он не собирался. Для него Гарри Поттер и все связанное с этим именем и прошлым осталось далеко позади. И ничего менять он не собирался. Он свое будущее выбрал. К старому возврата нет.
- У вас, должно быть, очень большая разница в возрасте, - задумчиво произнесла Гермиона, явно что-то подсчитывая в уме.
- Ай-яй-яй, - поцокал языком Ретт. – Как невежливо и вульгарно.
- О? – удивленно воззрилась на него девушка.
- Во-первых, юная ведьма, - усмехаясь, произнес Маркус, - вы сейчас оскорбили меня, посчитав недостойным быть рядом с Реттом и обвинив меня в бессилии. Как же, однако, мало вы знаете о магическом мире. Альбус, как же так? – укоризненный взгляд на Дамблдора. Ретт тихо хохотнул, не сдержавшись.
- Милый, я тебя сейчас отправлю обратно в гостиницу, если будешь плохо себя вести, - не поворачивая головы к мужу, объявил Маркус.
- Просто это так забавно, - улыбнулся Ретт. – Но да, я согласен, к сожалению, молодое поколение английских магов прискорбно мало знает о мире, в котором живет. И мы имеем то, что имеем.
- Многие традиции – это анахронизм, - вздернула подбородок Гермиона.
- Не надо путать кашу с супом, - спокойно и серьезно произнес Ретт. На него удивленно воззрились все окружающие, пожалуй, кроме Девенпорта. Молодой человек усмехнулся.
– Вы, миссис Уизли, как магглорожденная, так и не сделали ни одного шага, чтобы войти в мир магии. Вы так и остались там, в мире магглов. Умом, мировоззрением, я имею в виду. Но вот беда, вы и здесь пришлись не ко двору, и там вам уже не место. Ни этот мир, ни тот вас не принимают. И не примут, пока вы не откажетесь от ваших утопических идей и не начнете воспринимать мир таким, какой он есть. Вот скажите мне, миссис Уизли, откуда берется сила?
- Генетика… - начала она.
- Пффф, - скривился Ретт. – А вам не приходило в голову, что магглы и маги, так похожие друг на друга, могут быть двумя разными расами? – и уставился на девушку. Та недоуменно смотрела на него. Судя по тому, как выглядели остальные, подобные мысли никогда не посещали их головы. Опять же, спокойным оставался лишь Маркус. Еще бы, подобные идеи давно уже бродят в головах американских магов. Даже более того, проводятся изыскания и эксперименты, чтобы опровергнуть или подтвердить их.
- Но… - Гермиона никак не могла подобрать слова.
- Миссис Уизли, вы хоть раз проходили кровную проверку у гоблинов? – Ретт склонил голову на бок.
- Зачем? – удивилась та. Кстати, столь же удивленными выглядели и Малфои.
- Все же мне интересно, почему в свое время столько знаний оказалось под запретом, - покачал головой Маркус. – Милая девушка, маги из ниоткуда не берутся, так же как и магия на пустом месте не просыпается. Это уже подтвержденный нашими учеными факт.
- На самом деле чисто магглорожденных магов не существует, - продолжил Ретт. – У магглов не может родится ребенок-маг.
- Но мои родители… - да, переубедить в чем-то упертого как баран человека крайне сложно.
- А вы уверены в этом? Их проверяли? – усмехнулся Ретт. – Думаю, нет. И кстати, лишь гоблины могут выявить всю подноготную. Ах да, никакую способность нельзя заимствовать у другого мага. Либо ты с ним родственник, либо это была спящая способность, которую что-то пробудило.
- И к чему это было сказано? – нахмурилась Гермиона. Она чувствовала, что за последними словами стоит какой-то скрытый смысл.
- Да так, к слову пришлось. А то слышал однажды, что кто-то у кого-то кое-что заимствовал, - пожал плечами Ретт.
- То есть, магглорожденных волшебников нет? – уточнил Люциус. Его глаза выдавали работу мысли, а также сплетаемые в уме планы.
- Нет, - кивнул Маркус. – К тому же, у мага и маггла может родиться ребенок, но он никогда не будет магом, в лучшем случае сквибом.
- Но тогда как? – Нарцисса никак не могла понять, куда именно клонят ее дядя и его супруг.
- Встретились случайно два потомка магов, - усмехнулся Ретт. – Маг женился на маггле, родился сквиб. Тот женился на маггле, родился маггл. Тот в свою очередь женился на маггле, снова родился маггл, и этот женился, но на пути встретился сквиб. Магический ген активировался. У них родился сквиб, который встретил или сквиба, или мага, и мы имеем…
- Магического ребенка, - понимающе закончил за него Люциус. – И получается, что мисс Грейнджер у нас дочь…
- Как минимум двух сквибов, что скорее всего… Она может быть представителем очень древнего рода, правда, на титул и основное состояние претендовать не может. Но кое-что может перепасть. И доля может быть совсем не маленькой, - кивнул Маркус.
- Бред какой-то, - покачала головой Гермиона.
- В нашей стране этим вопросом занимаются уже больше сотни лет. Поверьте, доказательств данной теории более чем достаточно, - Девенпорт с легкой жалостью посмотрел на девушку. – И вам действительно пора отказаться от принципов мира магглов. Это мешает вам раскрыться, выпустить весь свой потенциал. Если вы продолжите цепляться за идеалы и догмы магглов, так и останетесь весьма посредственной ведьмой, хотя вас могут считать весьма одаренной.
Да, удар был ниже пояса, как говорится. Ретт с интересом наблюдал за метаморфозами на лице подруги. Он сам когда-то считал, что она одна из сильнейших магов их поколения. Считал, пока Маркус не провел ему ликбез на трое суток, кто и что из себя представляет. Да еще и гоблины все время не оставляют его в покое, то и дело устраивая ему лекции на ту или иную тему. Почему-то эти существа решили, что он достоин их внимания, и уделяли его ему с лихвой. Иногда хотелось выть, как оборотню на луну. Вторым человеком, за которым наблюдал Ретт, был Дамблдор. Старика он давно перестал идеализировать, еще учась в школе. Слишком много было сделано директором ошибок. Многие знания получили статус запретных как раз во времена Альбуса, так что вполне закономерно можно было подумать, что он в этом процессе участвовал, и не на последнем месте. И сейчас было видно, что старик не совсем понимает, как ему реагировать на откровения американцев, оказавшихся на самом деле англичанами. Судя по всему, дела были настолько плохи, что он решил не вмешиваться, не препятствовать тому, что вновь открывается.
- Все новое – хорошо забытое старое, - вздохнул Ретт. – Это про вас, про Англию. Вам придется заново открывать для себя то, что знали ваши предки.
- Мы люди, нам свойственно совершать ошибки, даже когда мы считаем, что действуем во благо, - произнес Дамблдор. Ретт мысленно поаплодировал директору. Как бы то ни было, но этот человек умел восхищать.
- Думаю, на этом стоит остановиться, - вдруг произнес Маркус. – Мы и так загрузили вас обилием инфомации. Вам бы ее переварить. Но, чтобы не быть голословными, вот, почитайте на досуге, и на стол легла довольно увесистая брошюра, явно сделанная не из пергамента. – А сейчас мы с Реттом вас покинем. Увидимся завтра на переговорах. Приятно было вас всех видеть, господа, дамы, - он склонил голову. – Нарцисса, надеюсь, мы сможем увидеться в приватной обстановке. Все же родственники, как никак.
- Обязательно, дядя. Может быть завтра? Или послезавтра? На ужин? В семейном кругу.
- Это будет замечательно, - кивнул Маркус. – Но лучше все же на послезавтра. Вдруг завтрашний день затянется.
- Буду вас ждать к шести часам вечера, - Нарцисса уже в уме составляла меню.
- Господа, - Девенпорта отвесили прощальные кивки и двинулись к дверям. Прежде чем та закрылась, маги услышали: - Ты нарвался, Ретт.
- Ой-ой-ой, как страшно, - младший явно насмехался.

- И что скажете, господа и дамы? – впервые подал голос Северус Снейп.
- Надо подумать, - произнес Люциус, наставляя палочку на брошюру и снимая с нее копию для себя.
- И мне сделай, - сказала Нарцисса. – Кажется, мы очень во многом ошибались.
- Слабо сказано, - тихо произнес Снейп. И еще, похоже, он был единственным, кто обратил внимание на глаза Ретта Мейгори-Девенпорта. Да, юноша был незнакомым. А вот глаза. Он оглядел собравшихся.
«Каждый имеет право на собственную жизнь», - подумал он и решил не озвучивать свою догадку.