56.
Гарри Стайлс
Я вскрываю все новые письма, которые получил, и читаю одно и то же дерьмо в каждом. В каждом из этих писем просто обсуждаются сделки, которые я, блять, не хочу заключать. Если кто-то не согласен со сделкой, то это не сделка; это не значит, что нужно прислать мне ещё пять грёбаных писем, в которых обсуждается сделка, которая по сути идентична, но просто изменены несколько слов.
"Иди на хуй"
"Нахуй это"
"Нахуй всё"
Я говорю, пролистывая каждое глупое письмо. Боже, я бы лучше сейчас почитал хорошую книгу, чем это дерьмо.
Я поднимаю голову и понимаю, что откуда-то из квартиры доносится громкий басовый звук. Что это, блять? Моя стереосистема играет?
Я встаю со стула и выхожу из своего кабинета в коридор. Как только я выхожу из кабинета, музыка становится чётче и громче.
Моя стереосистема играет.
Я иду по коридору, следуя шуму из гостиной. Какая-то рок-песня орёт из речей в гостиной, но там никого нет. Я спускаюсь по лестнице и направляюсь к кухне, и, конечно же, она там, стоит спиной ко мне и что-то взбивает в миске.
Амелия покачивает головой в такт музыке, слегка покачиваясь взад и вперёд. Моя чёрная футболка обтягивает её миниатюрное тело, позволяя материалу падать на загорелую середину бедра. Я никогда не смогу забыть, как потрясающе она выглядит в моей одежде. Футболки так велики ей, что я даже не уверен, надеты ли на ней шорты, но, Боже, надеюсь, что нет. Её длинные волнистые каштановые волосы ниспадают на спину, выглядя непринуждённо, но от этого не менее красиво.
Я ухмыляюсь, когда она покачивается под музыку, слегка двигая бёдрами, но этого достаточно, чтобы я ослабел. Я тихо подхожу, чтобы она меня не услышала, и встаю прямо за ней.
Мои руки обхватывают её бёдра и я наклоняюсь, чтобы уткнуться носом в её шею, она слегка вздрагивает, но расслабляется от моих прикосновений. Я слегка целую её мягкую кожу, наблюдая, как она взбивает что-то похожее на муку, молоко и яйца.
-Что ты готовишь? — спрашиваю я, пока она взбивает. Она обычно ненавидит готовить, так что я понятия не имею, что побудило её сделать что-то с нуля.
-Печенье. - Она хихикает, пока я смотрю на муку, разбросанную по всей столешнице, и на яичную скорлупу, смешанную с ней. Честно говоря, это не очень похоже на печенье. То, что она смешивает в миске, похоже на смесь для блинов.
-Интересно, — бормочу я.
Я провожу пальцем по горам муки на столешнице и подношу его, чтобы вытереть ей лоб. Она тут же замирает, и я вижу, что у неё отвисла челюсть.
-Не связывайся со мной, Стайлс. - Она игриво угрожает, вытирая муку тыльной стороной запястья со лба.
-Может, я хочу, Адамс. - Я отвечаю, хватая свою муку и вытирая её о её щеку. Её глаза расширяются, и она тут же хватает горсть муки и кладёт её мне на волосы. Я отступаю от неё в шоке, понимая, что она действительно это сделала.
Такое ощущение, будто фунт муки лежит у меня на голове. Она смотрит на муку на одной голове и истерически смеётся, приседая.
Я пользуюсь случаем и хватаю одно из неиспользованных яиц, разбиваю его в руке и бросаю ей на голову, позволяя ему стекать по её тёмным локонам.
-Гарри! - Её челюсть отвисает, когда она чувствует яйцо на своей голове.
Её первый инстинкт — схватить два яйца и ударить ими по мне, заставив их разбиться и разбиться о мою кожу. Я резко вдыхаю сквозь зубы от боли, когда снаряды вонзаются в мою кожу.
-Блять, Амелия. - Я смеюсь, но частично морщусь от боли. Её глаза расширяются, и она прикрывает рот рукой.
-О, Боже, прости. - Она говорит, глядя на два тёмно-красных круга, образующихся на моей коже — один на груди, а другой на животе.
Она подходит ко мне и кладёт свои ловкие руки мне на грудь, разглядывая порезы. Я пользуюсь этой прекрасной возможностью, чтобы схватить миску с тестом рядом с нами на стойке и вылить её ей на голову.
Она задыхается, когда жёлтое жидкое тесто льётся по её волосам и футболке, которая когда-то была моей.
-Ты маленькая змея! Ведёшь себя так, будто я причинила тебе боль! — говорит она, вытирая тесто с головы и бросая его мне в грудь.
-Ладно, было больно. - Я смеюсь, пытаясь защититься от теста, но оно разбрызгивается по всей моей груди и до самой шеи.
Мы оба стоим с ног до головы покрытые тестом, сырыми яйцами и мукой. Кухня — это катастрофа. Она берёт остатки теста из миски и подходит ко мне, шлёпая им по моему лицу.
-Я заслужил это. - Я хихикаю, пока оно капает мне на лицо.
-Ммм. - Она соглашается, пытаясь вытереть всё это с волос.
-Но, Боже, как же мне нравится, когда ты бросаешь в меня еду, это просто заставляет меня хотеть... расцеловать тебя всю. - Я притворяюсь, что звучу чувственно, когда подхожу и хватаю её за щёки, прижимаясь губами к её подбородку. Я целую её челюсть и всё её лицо с главной целью — растереть всё тесто на моём лице об её лицо.
-Гарри! — пищит она и пытается оттолкнуть меня от себя, пока я крепко держу её голову и целую всё её лицо вверх и вниз по щеке, покрывая её лицо едой. Я начинаю наклонно целовать её губы нарочно, и она не может сдержать смех.
Её руки прижимаются к моей груди, изо всех сил пытаясь оттолкнуть меня от себя, но не может.
-Да, детка, выкрикивай моё имя. - Я продолжаю, притворяясь шутливо соблазнительным, а она просто продолжает смеяться.
-Остановись! — говорит она между смехом.
Я продолжаю целовать всё её лицо и веду к шее, распределяя мокрую еду по всему её лицу от своего собственного. Её тело отступает к столешнице, а моё толкает её.
-Ой, Гарри, подожди! — на этот раз она вздыхает серьёзно, заставляя меня мгновенно остановиться.
Я отстраняюсь и наклоняю её от столешницы.
-Извини, я слишком сильно толкнул тебя к столешнице? - Я прекращаю шутить.
-Нет, но ты толкнул себя к моему животу. - Она повторяет. Я хмурю брови в замешательстве. Её живот? Что с её животом?
-Что? — всё, что я говорю.
-Да... Я, эээ, как-то сегодня что-то сделала. - Говорит она с долей вины в глазах.
О Боже, что она натворила сегодня.
-Амелия... — говорю я с подозрением и выгибаю бровь, полную сырого яйца.
-Ты не можешь злиться, ладно, обещай мне. - Она говорит, держа руки на моих плечах. Я ничего не могу обещать. Если она думает, что я разозлюсь, то я, скорее всего, разозлюсь.
-Я ничего не обещаю.
-Гарри, просто пообещай мне! — раздражённо говорит она. Она поднимает мизинец, глядя на меня сверху вниз, как будто я должен что-то сделать.
-Что ты делаешь? — спрашиваю я, обращаясь к её мизинцу.
-Ты никогда не слышал об обещании мизинцем? — восклицает она в шоке своими посыпанными мукой губами.
-Нет. Нет, я не могу сказать, что слышал.
-Оберни свой мизинец вокруг моего. - Она приказывает. Я закатываю глаза и делаю то, что она говорит.
-Отлично, теперь ты только что обещал мне. - Она улыбается.
-Ты можешь уже сказать мне. - Я говорю без всякого терпения. Чем больше она оттягивает это, тем больше я буду раздражаться.
Она проводит руками по покрытой мукой рубашке и хватается за шов. Её пальцы обхватывают низ футболки, и она медленно тянет её вверх. Футболка открывает её ноги и, наконец, живот. Я расширяю глаза и отвисаю челюстью при виде серебра, пробивающегося сквозь её кожу.
Она проколола свой чёртов пупок.
В её идеальном загорелом животе пронзает бриллиантовый стержень, что делает её ещё более неотразимой, чем раньше. Охренеть, она выглядит такой горячей, не могу поверить, что она это сделала.
-Блять, — бормочу я и хватаю футболку, приподнимая её выше, чтобы лучше рассмотреть.
-Ты его ненавидишь, да? — обеспокоенно говорит она.
Ты шутишь? Как кто-то может ненавидеть это на её прекрасном теле? Даже от одного взгляда на это мои штаны становятся неприятно тесными. Я сглатываю комок в горле и смотрю ей в глаза.
-Э-э-э, нет. Выглядит здорово. - Я заикаюсь, а температура моего тела повышается. Всё, о чём я могу думать, это как хорошо будет смотреться этот пирсинг, когда я буду её трахать, я ничего не могу с собой поделать.
-Ты не злишься? — спрашивает она дальше.
-Нет, с чего бы мне злиться? Я в шоке от того, что ты это сделала. Зачем? И, что ещё важнее, кто это с тобой сделал? - Моя сверхзащитная сторона немного выходит наружу, когда я засыпаю её вопросами.
Я очень надеюсь, что это не какой-то грёбаный придурок облапал её. Я не хочу, чтобы парни трогали её голую кожу, даже если это всего лишь её живот.
-Эрика убедила меня. - Она говорит, когда я опускаю её футболку. О, слава Богу.
Блять, Эрика знала, что это сведёт меня с ума.
-Конечно. - Я усмехаюсь, пытаясь скрыть, как сильно это на меня действует. Вид серебра, окрашивающего её невинную кожу, делает меня слабым.
-Значит, тебе это нравится? - Она слегка улыбается.
-Мне это нравится. - Я ухмыляюсь, прежде чем схватить её за щёки и прижать её губы к своим, на этот раз по-настоящему.
Мы оба полностью покрыты различными выброшенными ингредиентами, которые она должна была использовать для выпечки печенья. Возможно, хорошо, что мы всё испортили, потому что она определённо делала печенье неправильно. То, что она взбивала до этого, было похоже на тесто для блинов — оно было очень жидким и не имело консистенции теста для печенья.
-Я собираюсь пойти в душ, — бормочет она между поцелуями.
-Звучит идеально, я пойду с тобой. - Я ухмыляюсь.
-Да, я так не думаю. - Она качает головой и дразнится.
-Но так мы сможем сэкономить воду. - Я ухмыляюсь, обхватывая руками её поясницу и притягивая её бёдра к своим.
Она закусывает губу, но качает головой, убирая волосы с моего лица.
-Это не очень хорошая идея.
-Я думаю, что это великолепная идея. - Я защищаюсь, пока она держит свои предплечья на моих плечах и пальцы запутываются в моих волосах, наполненных тестом.
-Я не буду стоять голой в душе с тобой.
-Почему нет? Ничего такого, чего я не видел раньше, любовь. - Добавляю я.
Я уже видел её голой, так что не понимаю, почему она всё ещё беспокоится об этом. Если она нервничает из-за того, что я голый, то я просто надену свои боксеры или что-то в этом роде.
-Ну нет, не совсем. И это другое. - Восклицает она. Может, она права, это может быть слишком заманчиво с моей стороны.
-Ладно, хорошо, но раз уж я испортил всё, что ты пыталась приготовить, как насчёт того, чтобы потом пригласить тебя на ужин? — спрашиваю я с лёгкой улыбкой.
Она улыбается и прижимается губами к моим.
-Я с удовольствием.
-Хорошо. Так что иди приведи себя в порядок, и мы пойдём где-то через два часа. - Я подбадриваю её, отстраняясь от неё.
-Ладно, и можешь начать убирать в любое время. - Она подмигивает с ухмылкой и выбегает из кухни, оставляя меня стоять на грязной кухне.
Подло.
—————————————————————————-
Такая милая глава вначале весны 🥰🥰