7
Только очутившись в опустевшем коридоре, Малфой прислонил Гермиону к стене и страстно прижался губами к ее рту. Та застонала, вся покрывшись мурашками. — Как же хорошо, Драко, — прошептала она. — Доверяй мне, Гермиона, пожалуйста, — ответил он. Гермиона с сожалением оторвалась от Малфоя и попросила: — Давай спрячемся в ванной для старост? Наколдуешь нашу кровать? — Конечно, — обрадованно ответил Малфой. Они шли рядом, держась за руки и улыбаясь, чувствуя, что не могут оторваться друг от друга ни на секунду. — Я люблю тебя, Гермиона, — снова повторил Малфой. — Тебе нравится это повторять? — Очень, я никогда еще ничего подобного не чувствовал. После стольких лет злости и боли вдруг я получил от жизни такой подарок — тебя. И любовь. Я не знал, что может быть так хорошо. Ты не представляешь, как ты прекрасна, Гермиона. — Я люблю тебя, Драко, — ответила Гермиона, чувствую сладкую истому, окутывающую ее тело. Наконец они остались наедине, наконец можно было не сдерживаться. Вот он, бассейн, вот заклятие Оглохни, вот низкая кровать, от которой просто пахнет сексом. Драко и Гермиона со стоном прижались друг к другу в страстных объятьях. Целуясь, они разделись и легли на кровать. Гермиона посмотрела на абсолютно голого Малфоя и застонала, вся мокрая от предвкушения. Она провела рукой по его груди и опустила руку ниже, его вызвав протяжный ответный стон. — Драко, не могу ждать, пожалуйста, войди в меня! — Гермиона, ты же приличная девушка, — поддразнил ее Драко, но не стал заставлять себя упрашивать. Сильным толчком он вошел в нее до упора и громкий стон стал ему наградой. — Да, Драко, да! — шептала Гермиона, когда он снова и снова двигался в ней, доставляя ей невыносимое наслаждение. По позвоночнику словно бегали электрические разряды, тело дрожало, полное сладкой истомы. Гермиона испытывала удовольствие каждой частичкой своего тела, стараясь полностью прижаться к Драко, раствориться в нем. Они двигались, лаская и гладя друг друга, снова и снова со стоном приближаясь к вершине наслаждения. Гермиона опять почувствовала то мучительно приятное напряжение, и когда Драко быстрыми толчками задвигался в ней, при этом продолжая целовать ее и гладить ее грудь, ласкать и сжимать ее сосок, она кончила, издав долгий и протяжный стон. Драко продолжал двигаться, ощущая, как его член сжимается снова и снова, ловя отголоски оргазма Гермионы. Он не мог больше терпеть и кончил тоже, чувствуя, как долгие, протяжные сладкие и сильные волны пульсируют по телу. — Гермиона, — простонал он, откинувшись на спину. — Что, Драко? — Ты делаешь меня счастливым. — И что с нами будет дальше? — спросила Гермиона. — Дальше все будет хорошо, — уверенно ответил Драко.