Леди Гермиона Малфой

Срываться на Дордж было, действительно, ошибкой. Гермиона, пролетая по коридорам так быстро, что полы её мантии грациозно поднимались вверх, пыталась понять, в какой момент её прагматичный ум дал трещину глубоким потаённым эмоциям. Как она, самая умная гриффиндорка на курсе, не смогла совладать с собой и, пренебрегая осторожностью, развернула настоящую сцену ревности при всём Хогвартсе. Хуже того... как она смогла показать свою ревность Драко Малфою? Конечно, её логика подсказывала аргументы в пользу того, что данная ситуация не является катастрофой и существуют много способов оправдать себя и своё поведение перед друзьями и слизеринцем... Однако Гермиона была так развинчена и взбудоражена их с Малфоем недавним диалогом, что бурлящие в сознании чувства закрывали мутной плёнкой разумные суждения по поводу сложившегося положения дел.

Девушка была на пределе в тот самый момент, когда ей пришлось ворваться в класс по причине своего опоздания. Наверное, это был один из немногих моментов в жизни Гермионы, в которых мысль об отсутсвие пунктуальности уходила на задний план. Гарри понял, что подруге в ближайшее время лучше не попадаться на глаза. Возможно, причиной столь рационального суждения Поттера стала бестактное появление Гермионы в кабинете трансфигурации. Громко хлопнув дверью и пролетев мимо парт, девушка с грохотом села за стол рядом с Долгопупсом и начала доставать учебники. Её действия сопровождались гробовым молчанием и любопытными с толикой страха глазами. Даже Профессор Макгоногал решила оставить без комментариев поведение своей любимой ученицы, поэтому после того, как Грейнджер управилась со своими вещами и была готова слушать лекцию, подняв раздражённый взгляд на учителя, она продолжила урок.

Через час, когда бушующая буря внутри Гермионы отступила, ей стало безумно стыдно за свою несдержанность. Столько глупых, бессмысленных эмоций, и все из-за Драко Малфоя, который никогда не стоил и не будет стоить ее переживаний. К концу урока она источала своим видом такую безысходность, что Профессор начала серьезно волноваться за ее внутреннее состояние.

- ... И не забывайте, что данная литература поможет вам в подготовке к экзаменам. Всё, свободны... - гриффиндорцы начали с шумом собирать свои вещи, и тогда Макгонагалл подошла ближе к девушке, - Мисс Грейнджер, скажу Вам честно, сегодня Вы ужасно работали на уроке, - Профессор решила, что сдержанная критика приведет ее в чувства, но увидев, как Гермиона еще больше поникла, она смягчила тон, - Я думаю, Вам нужно заглянуть сейчас к Мадам Панфри. Не мучайте свой организм излишней экзаменационной подготовкой... Я знаю, что вы человек трудолюбивый, но я Вам запрещаю... Да, запрещаю изматывать свой организм ради честолюбивых целей...

- Профессор, - Грейнджер встала с места, собрав внутри все свои силы, - Вы же знаете, что к экзаменам я была готова уже летом...

Макгонагалл быстро перестроилась, не дав ей договорить.

- Если дело в письме, то вот, что я Вам скажу: информация недостоверна и Министерство обязательно проверит ее еще раз...

Гермиона вздрогнула. Какое письмо? Она не получала никакого письма.

- Простите, Профессор... О каком письмо идет речь? - прилив энергии от появившегося звероподобного любопытства не оставил следов прошлого состояния.

- Так Вы не знаете, - пролепетала Макгонагалл, явно засуетившись после своей оплошности, - Тем и лучше. Настоятельно советую Вам посетить лечебное крыло на всякий случай. Вид у Вас, действительно неважный...

- Но Профессор, - с долей возмущения начала гриффиндорка.

- Все, Мисс Грейнджер, ступайте, - уже твердо сказала Профессор, - Вы пропустите обед, а это при вашем нынешнем положении недопустимо.

Девушка сдалась. Подобный тон означал беспрекословную покорность. Она молча взяла сумку и направилась прочь из кабинета, заметив в провожающем ее взгляде Макгонагалл беспокойство и сочувствие.

Письмо, письмо... О чем ее хотело известить само Министерство? Если знает о его содержании Макгонагалл, то, наверняка, от Дамболдора.  А это значит, что нужно по дороге заглянуть в кабинет директора, и скорее удовлетворить своё любопытство. Гермиона очень надеялась, что внезапные новости не касались ее родителей. Она хотела бы быть уверена, что ее мама и папа находятся в безопасности, и не о чем не волнуются. На гриффендорку подло накинулись старые воспоминания: семейные походы в лес, летние поездки, мамины кулинарные уроки, папины смешные истории, первое осознание присутствии магии в их дочери... После письма в Хогвартс она уже тогда почувствовала, что между ней и родителями выстроилась небольшая, но глубокая пропасть. Для Мистера и Миссис Грейнджер волшебство являлось чем-то необъяснимым, непонятным, но винить за это Гермиона их не смела. В любом случае, она была благодарна, что родители не испугались и отпустили ее учиться в Хогвартс. Следуя по пустым коридорам замка, девушка почувствовала, как в уголках глаз собираются горькие слёзы. Она шумно выдохнула, шмыгнула носом и гордо подняла голову. Нужно было взять себя в руки!

***
Так плохо на зельеваренье Малфой ещё никогда не учился. Он честно пытался сосредоточиться на главе учебника о минеральных ингредиентах, но его мысли неустанно возвращались к недавнему конфликту с Грейнджер. Этой девчонки и так раньше без труда удавалось взбудоражить одним лишь колким высказыванием в его адрес, но то, что происходило с ними двоими сегодня - то была эмоциональная мясорубка. Когда на половине урока он смог смириться, что так просто этот клубок ему распутать не удастся, Драко начал замечать взгляды своих однокурсников. Время от времени кто-то да поворачивал на него голову и удивленно осматривал с головы до ног, будто проверяя, действительно ли Малфой сидит перед ними. Самому слизеринцу было все равно на чужое мнение, и вопреки расхожим высказываниям своей репутацией он не так уж дорожил. Этот образ, построенный с детства не без помощи Малфоя старшего, скорее был прикрытием для окружающего мира. Пусть все думают, что этот Драко - излюбленный чистокровный аристократ, для которого смысл жизни заключается в унижение и втаптывание в грязь любого, кто встанет на его пути. Так будет безопаснее не открывать своих истинных чувств. Даже для семьи... В детстве он с гордостью играл эту роль, но, повзрослев, парень позволил себе по-своему оценить свои желания и предпочтения, после чего понял, что не обязан всегда делать то, что нравится его отцу. Но и внутреннего протеста ему не показал. Драко был умным, он знал, что нужно  с осторожностью ослаблять отцовские путы, чтобы в случае промашки Люциус не затянул их сильнее.
В общем, ему было неважно, что думает Слизерин о его неожиданном союзе с грязнокровкой, однако и эти постоянные взгляды стали ему порядком надоедать. Когда, казалось, что ещё немного и напряжение выльется в громкую угрозу, Малфой услышал за спиной своё имя. Это была Диана Финс, миловидная спокойная девушка. Она была второй по значимости подругой Панси, и их дуэт прославился в Хогвартсе благодаря самым зажигательным вечеринкам, которые они любили организовывать. Диана была девушкой, к которой Драко не испытавал ничего кроме дружеской симпатии. Она никогда не лезла к нему, не старалась понравиться, и вместе с этим всегда была отзывчива на его просьбы. В общем, она пробуждала в парне только положительные эмоции, поэтому сейчас он был несказанно рад, что именно она его отвлекла от бушующей внутри него бури.
- Да? - развернувшись к Диане, тихо спросил слизеринец.
- Панси просила напомнить тебе о сегодняшнем «вечернем мероприятии», - загадочно прошептала девушка, посматривая на читающего газету профессора.
К слову, Малфой совершенно не помнил о предстоящей вечеринки, которая уже две недели обсуждалась во всех углах Хогвартса. И все из-за одной кудрявой особы, занявшей его голову. Оглядев быстро класс, Драко отметил, что сама Паркинсон не присутствовала на уроке.
- Я вроде на память не жаловался, - нахмурился недовольно парень.
- Это не все... - ещё ниже наклонилась Диана, - Она сказала, что ты можешь позвать Гермиону.
Драко внутренне закатил глаза. В ее послании так и проскальзывала скрытая издевка от Паркинсон: шоу должно продолжаться.
- Не думаю, что я смогу обеспечить ей приятное времяпрепровождения в кругу «слизериновской элиты».
  - Не смотря на эксклюзивность  мероприятия, у Гермионы есть особое преимущество.
Малфой поднял бровь.
- Она встречается с тобой, - с выражением «это же и так очевидно» ответила девушка. В этот раз Драко не удержался открыто закатить глаза. Слышала бы сейчас это Грейнджер. Он так и представил, как ее аккуратный носик на эту фразу с особым рвением поднимается вверх. «Я бы назвала это ужасным проклятием» - прощебетала гриффендорка в его голове.
- Если ты волнуешься насчёт Дордж и ее компании, - не дав ему ответить пролепетала Диана, - то они не посмеют пакостить ей в твоём присутствии. Тем более Гермиона так часто появляется в нашей гостиной, что многие к ней уже привыкли.
Вечеринка это меньшее, о чем хотелось сейчас думать Драко, поэтому он поспешил уверить сокурсницу, что он обсудит это с Гермионой, и они позже примут решение. Когда парень собирался вернуться к чтению учебника, дверь в класс с шумом открылась и на пороге появился Профессор Дамблдор. Он излучал скрытое беспокойство.
- Мистер Малфой, - его взгляд остановился на слизеринце, - Я отвлеку вас ненадолго.
Нерешительно поднявшись, Драко направился к выходу.

- У меня к Вам будет одна ответственная просьба, - после того как дверь класса закрылась, начал без церемоний директор, - Хотя для меня эта ситуация оказалась весьма запутанной.
Речь Профессора была настолько быстрой, тихой и взволнованной, что Драко смутился и просто ждал, когда тот изложит суть своей просьбы.
- Но для начала, Вы должны мне честно ответить на один вопрос, - крепко взявшись за его плечи, директор отвёл парня в сторону колонн, чтобы любопытные уши не стали свидетелями их диалога, - Вас,  действительно, с Мисс Грейнджер связывают близкие отношения?
Взгляд директора был настолько серьёзен, что у Малфоя похолодели руки. Не может же быть причиной этого разговора их с Гермионой утренняя выходка в столовой.
- Да, - выдавил неохотно Драко из себя, за что сильно пожалел. Он предчувствовал серьезность ситуации.
- Хорошо, - отпустил директор плечи слизеринца, - Тогда Вы не останетесь равнодушным к моей просьбе.
- Что случилось, Профессор?
- Вчера вечером мне пришло письмо из Министерства, где меня попросили известить Мисс Грейнджер о некоторых... всплывших обстоятельствах, касающихся ее семьи.
Напряжение Малфоя было на максимальной точке.
- После того, как я услышал о вашем внезапном союзе, я решил, что Вы тот, кто сможет поддержать ее после открывшейся правды.
- Что-то случилось с родителями Гермионы? - не выдержал Малфой медлительности директора. Да, он знал об истории с стиранием памяти. Панси как-то пьяная изложила ему это, и да, он не стал ее останавливать.
- Нет-нет, с Мистером и Миссис Грейнджер все в порядке. Если так можно выразиться. Хотя, если бы не отсутствие воспоминаний, они бы смогли пролить свет на эту историю.
Вдруг озадаченность на лице Дамблдора исчезла, и тот внимательно посмотрел на Драко.
- Не буду медлить. Гермиона - чистокровный маг.
Как того не желал, директор не получил нужной реакции на это заявление. Лицо ученика вдруг остекленело и перестало шевелиться, а Дамблдору только оставалось догадываться, что творилось в душе мальчика.
- Простите? - через некоторое молчание сдержанно вынес слизеринец.
- Недавно биологический отец Мисс Грейнджер признался Министерству о своём родстве с ней с целью передать дочери наследство. Были подняты архивные документы и после небольшого анализа и магического теста на родство, все подтвердилось.
- Почему он сам не сообщил это своей дочери? - с сталью в голосе  спросил Малфой, поражая профессора своей невозмутимостью.
Альбус вдруг тяжело выдохнул и облокотился рукой на каменную колонну. Он вдруг стал добродушным несчастным стариком в глазах своего ученика.
- Потому что ему не разрешено отправлять письма из Азкабана.
Брови Малфоя быстро взметнулись в вверх, и все внутренние чувства выразились на лице парня.
- Вы, наверное, слышали о нем, Драко, - не дав ответить ему, продолжал директор, - Этого мужчину зовут Барти Крауч младший. Он был обвинён в участие в преступлениях против магического мира и в побеге из Азкабана.
Знал ли Драко этого человека? Пожирателя Смерти? Соратника Темного Лорда и знакомого их семьи? Лучше бы не знал...
Заметив тяжелый мыслительный процесс в глазах ученика, Дамблдор продолжал.
- Мне нужно будет сообщить Мисс Грейнджер об этой непростой новости и я уверен, что она с свойственной стойкостью перенесёт ее. Однако ей нужно будет открыться близкому человеку и я думаю, что именно Вы должны с ней поговорить, ведь вряд ли Мистер Поттер или Мистер Уизли смогут понять ее лучше, чем Вы.
Эти слова ранили, но Драко не обижался на них. Как бы директор не пытался считать эмоции на лице слизеринца, у него не получилось.
- Ладно, ступайте на урок. Я вызову к себе Мисс Грейнджер перед обедом. И спасибо, Драко.
Директор собирался уходить, как парень вдруг спросил.
- Так это действительно правда?
Как бы мастерски слизеринец не сдерживал свои эмоции за привычной маской, Дамблдор прочитал в его глазах отчаяние и беспокойство. Сомневавшийся в правильности своего решения, он вдруг успокоился насчёт просьбы к Малфою, ведь теперь профессор был уверен в чувствах этого мальчика...
- Да, правда, Драко.
Еще раз с надеждой взглянув на Малфоя, директор зашагал по коридору.

***
Дочь Пожирателя Смерти. Чистокровная наследница двух фамильных имений. Внучка судьи и просто девушка, не знающая о себе ничего.
Гермиона, как всегда с идеальной осанкой и напряженным лицом сидела в кабинете Дамблдора. Точнее ее тело сидело на кресле и не смело двигаться. Мыслями  девушка была далеко от Хогвартса. Она гуляла по своим детским воспоминаниям, заглядывая в разные отрезки прошлого, старясь поставить все пазлы на свои места. И как не странно, у неё получалось. Она никогда не была похоже на своих родителей. Об этом не забывали упоминать разные тетушки, приходившие в их дом. «Ну что за прелестная девочка! Вот только совсем не похоже на вас!» Ещё Гермиона всегда чувствовала в себе больший магический потенциал, как у любого породистого чистокровного волшебника. Даже ее имя было настолько необычным для мира маглов, что она не сомневалась в его происхождении.
- Этого же не может быть, - внезапно прошелестела девушка в ответ своим мыслям. Какими бы не были убедительными фактами, Гермиона очень любила своих родителей, и она не могла так просто признать, что не является их дочерью.
- К сожалению, тесты подтвердили обратное, Гермиона, - заботливо ответил директор.
- Значит нужно провести новый тест, - твёрдо с неугасимой надеждой заметила девушка.
- Уже проводиться... - кивнул Дамблдор, - Но должен заметить, Гермиона, что скорее всего...
- Будем утверждать после результатов второго теста, - твёрдо декламировала гриффендорка. Надежда в ложности результатов воодушевило ее и принесла подобие твердости и ясности в ее голову, заглушая крик чувств.
- Разумеется, - немного помолчав, директор продолжил, - Если хотите, все подробности мы сможем обсудить после письма с повторными результатами, если они окажутся положительными.
- Профессор, - отчаянно начала Гермиона, встав с кресла, - Я знаю своих родителей, свою семью...
Она хотела ещё что-то сказать, но внезапно почувствовала слабость в ногах. Через какие-то секунды она обессилено лежала на полу, теряя сознание.

***
Драко не помнил, как он дошёл до большого зала. И зачем вообще он пришёл на обед? Еда ему сейчас точно не полезла бы в горло. Видимо он так впал в тяжелые мысли, что не обратил внимание на свои действия. Малфой повернул голову и увидел рядом с собой Блейза, как обычно молчаливого и преданного. Он был не уверен, но вроде друг о чем-то его спрашивал. Наверное, Блейз решил оставить попытки достучаться до Драко и просто продолжил путь, не мешая ему думать.
- Я пойду в гостиную, - задумчиво сказал Малфой, когда они стояли на пороге.
- С тобой точно все в порядке?
- Все хорошо, просто не хочу есть, - спокойно ответил парень.
Перед тем, как выйти, Малфой посмотрел на стол гриффендорцев, выискивая знакомую кудрявую копну. Но ее здесь не было. Однако кое-что другое смогло привлечь его внимание. Обеспокоенная Макгонагалл спешно подошла к Поттеру и о чем-то взволнованно сообщила ему. Без промедления тот вскочил со своего места и помчался в сторону выхода, а за ним - его девушка. Когда пара пролетела мимо Малфоя, тот заметил, как Макгонагалл с беспокойством смотрит прямо ему в глаза. Невиданное чувство захлестнуло Драко, и вот он уже следовал за гриффендорцами по коридорам Хогвартса.

———————————
А вот и драма. Надеюсь, вы почувствовали, как изменился стиль повествования: от легкого до более насыщенного. Ведь все началось с простой игры, а дальше нужно развивать отношения этой сладкой парочки...
Мне кажется, задумка с тем, что Гермиона - дочь Барти Крауча мл., довольно интересная. Мне кажется, что в этих персонажах можно найти даже что-то схожее. Плюс Барти играет прекрасный Мистер Теннант, поэтому просто нельзя вот так взять и скипнуть его!