Глава 32.
— Так...– шептал парень в туалете Миртл, находясь в полной тишине. Лишь иногда ее нарушали капли воды, громко капающие с крана в раковины.– Теперь должно получиться.
Драко взмахнул в воздухе волшебной палочкой, представив все счастливые моменты, которые когда-либо случались в его жизни. В голову приходили лишь воспоминания, созданные ею. Он представил ее образ. Ее лучезарную улыбку, которой она одаривала Малфоя по утрам в Главном зале. Она так быстро стреляла ему глазами, чтобы другие ученики школы не заметили ее любящий, полный заботы и нежности, взгляд... Он вспомнил их первую ночь вместе, ее тёплые прикосновения, поцелуи...
— Экспекто патронум,– едва слышно произнёс он и в воздухе сотворил свой тотем. – Гермиона, я смог...
Это был дракон. Очертания его крыльев не заметить было трудно, он могущественно взметнулся вверх и улетел сквозь стены, оставляя Драко снова в одиночестве.
— Я смог...– не мог поверить юноша. Он и понятия не имел, что такое счастье, пока не встретил ее. Каждая их встреча приносила слишком тёплые эмоции, он и думать не смел, что сможет полюбить кого-то... Очевидно, у него получилось.
Через несколько минут в туалет яростно врывается запыхавшаяся волшебница. Она бросает свою сумку прямо у ног и не сводит глаз с белокурого юноши.
— Ты...– пытаясь отдышаться, шепчет она. – Патронус...? Дракон...? Драко?
— Ты вроде так много книг читаешь, а обьединить три слова в одно предложение не можешь,– ухмыляется он. – Да. Я смог вызвать патронус. Благодаря тебе.
— Мне?
— Я думал о тебе и моментах с тобой,– Драко немного потупил глаза. Вероятно, говорить о своих чувствах ему раньше не часто доводилось.
— Это замечательно, Драко!– она подошла к нему и ладонями обхватила его лицо, заставляя Малфоя смотреть ей в глаза.– Пожиратели не могут вызывать патронуса... А ты смог, значит...
— Я больше не Пожиратель?– с надеждой спросил он.– Я всегда им буду.
— Для меня ты никогда им не был.
~
— Я очень рад проводить время с тобой, Гермиона,– сказал Бенедикт.
— Взаимно,– улыбнулась девушка, продолжая витать в своих мыслях. Бен решил просто посидеть в гостиной у окна вместе с Гермионой. Из-за правил, недавно введённых директором, их поход в Хогсмид временно перенесся. – Я все хочу спросить. Твоя мама давно работает в Министерстве?
— Уже несколько лет как. Пожиратели убили моего отца, и она решила отомстить им. Я ею очень горжусь на самом деле,– сказал юноша, пожав плечами.– Она у меня сильная.
— Пожиратели убили твоего отца? Мне жаль...
— Да, это больная для меня тема немного, но у меня есть мама. Она заменяет мне его...
— А кто именно его убил?– бесцеремонно спросила Грейнджер.– Извини...
— Не знаю кто. Она об этом не рассказывала. Но я полагаю, это Люциус Малфой.
— Поэтому она хочет упечь всю его семью в Азкабан? Но ведь доказательств нет, верно?
— Гермиона, ты уверена, что хочешь со мной об этом поговорить...?– смутился парень. Внутри него росло большое напряжение, ведь Грейнджер — девушка, которая ему нравилась, вдруг так бестактно спрашивает о его матери и... пытается защитить Малфоев?
— Да, прости... Мне, не стоило...
Ещё около часа они болтали об уроках, квиддиче, планах на будущее... Говорил, в основном Бенедикт, а Гермиона слушала его вполуха. Ей было, честно говоря, абсолютно безразличны игра в квиддич и намерения Бена пойти по стопам Луизы Волес. Она иногда кивала, что-то спрашивала, дабы парень не почувствовал неловкости и незаинтересованности в разговоре. Затем Грейнджер тактично намекнула о том, что устала за целый день и хочет пойти спать.
— Спасибо, что поговорила со мной сегодня,– улыбнулся он и, вероятно, нагнулся для поцелуя к Гермионе. Однако она тут же отодвинула голову и одним движением руки приобняла его за плечо.
— Спокойной ночи, сладких снов... Пока,– пробормотала она и тут же ускользнула в комнату девочек.
Девушка быстро закрывает дверь и начинает переодеваться. Конечно, Джинни ещё не спит. Она всегда ждёт Гермиону, чтобы те вместе легли спать. Вероятно, это ещё одна фобия, вошедшая в привычку после войны. Ей важно было знать, что никто не умер, пока она спала.
— Как прошло?– спросила рыжеволосая, откладывая книгу.
— Он полез целоваться,– с презрением ответила Грейнджер. – А я убежала.
Уизли негромко рассмеялась, явно посочувствовав парню, которому никогда не светит быть рядом с Гермионой. Ведь она по уши влюблена в другого. Но Гермиона не жалела Бена, так как считала это глупым: чувствовать вину за то, что Волес не в ее вкусе. Девушки обменялись ещё парой фраз и тут же уснули.
~
— Ты не видела Драко?– спросила Грейнджер у Джинни, когда они ужинали после уроков. Подруга отрицательно покачала головой.– Я отправляла ему патронус... Думала, встречу его сегодня в туалете Миртл, но он как будто сквозь землю провалился.
— Так вот же он уходит,– шепнула ей рыжеволосая, кивая в сторону огромных дверей.
Гермиона быстро забрала книгу по Защите от Темных Искусств и побежала к выходу. Она догнала его на лестнице, когда он практически спустился и собирался открыть дверь в подземелья. Парень повернулся к темноволосой, одарив ее холодным взглядом. Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда Гермиона лёгким движением дотронулась до его кожи.
— Что-то случилось...?– осторожно спросила Грейнджер.
— Нет,– резко отрезал блондин, одергивая руку. Он немного помолчал, заставляя Гермиону нервничать ещё больше. – Я знаю, что вы целовались.
— Чт...
— Ты первая, кого я полюбил так сильно, что не могу дышать, когда тебя нет рядом... Ты тот человек, благодаря которому я впервые смог вызвать патронус, а сегодня я узнаю, что ты меня предала... Как это вообще можно понять?
— О чем ты вообще говоришь...– пыталась выдавить слова Гермиона. Огромный ком в горле застрял, мелкая дрожь прошлась по всему телу.
— Надеюсь, ты понимаешь, что мы больше не вместе. Желаю тебе счастья с этим недоумком.