По-новому

- Рождество скоро, - улыбнулась Гермиона, качая ножкой и поглядывая на падающий, за окном библиотеки, снег.

Малфой отвлекся от чтения, посмотрел на Грейнджер и согласно кивнул. Он должен сделать ей подарок. Какой? Он никогда не дарил подарки, никогда не готовился к праздникам. А она ведь другая, ждет, считает дни, а Рождество, наверное, это нечто особенное для нее.

- Мы раньше с родителями праздновали, готовились, елку наряжали, - как-то нервно улыбнулась Гермиона. На глаза навернулись не прошенные слезы.

- Раньше? - непонимающе переспросил Драко. Реакция девушки была ему непонятна. Она сейчас заплачет? Нет, черт возьми, только не это! Только не слезы. Только не слезы Гермионы Грейнджер. Он никогда раньше не видел их. Всегда гордо вздернутый носик, сжатые в линию губы, когда трудно. Но не слезы. Она была сильной - она не плакала.

- Я, - Грейнджер всхлипнула, - стерла им память, когда уходила на поиски крестражей вместе с Гарри и Роном. Точнее, я изменила ее, но, - тут она запнулась, прикусив губу и стараясь не выдать своего состояния, - меня в их жизни больше нет.

Малфой был удивлен, он не мог не восхищаться ею, этой доблестью и приношением себя в жертву. Будь он рядом, ни за что бы не позволил ей причинять себе такую боль. Нашел бы другой способ обезопасить их, но только не делать больно его Гермионе Грейнджер.

- Ты пожертвовала собой, - он будто злился. - Ты всегда это делаешь - жертвуешь.

- Не создавай из меня образ идеального человека, - улыбнулась сквозь слезы девушка.

- Гермиона! - Драко взял ее лицо в ладони и поцеловал один за другим заплаканные глаза. - Теперь жертвуй мной.

- С ума сошел? - рассмеялась она, краснея.

- Бедная моя девочка, - Малфой поцеловал ее в лоб. Он потерял отца, но у него осталась мать. У Гермионы не было никого. Одна. Она была одна и, казалось бы, должна быть несчастна. А, вот, сидит, слезы вытирает, всхлипывает, улыбается с благодарностью.

- У нас будет Рождество? - спросила Грейнджер. Вопрос был весьма странным.

- У нас будет Рождество, - внезапная идея захватила сознание Драко. - Ты поедешь со мной в Малфой-Мэнор.

- Что? - ее глаза стали круглыми. - К твоей матери?

- Да, мы поедем вместе, - Малфой улыбнулся. - Испугалась?

- Если честно, то да, - Гермиона покраснела. - Я же не чистокровная волшебница.

- Прости, - тихо сказал Драко, вдруг ясно вспомнивший все те моменты, когда он с призрением называл Грейнджер грязнокровкой и, видя в ее глазах негодование, ликовал.

- Что было, то прошло, - повела плечами Грейнджер, понимая, о чем он говорит.

Слез на ее лице уже не было. Малфой успокоился и продолжил чтение, думая о том, что стоит написать матери письмо.

Дни, оставшиеся до праздника, прошли на удивление быстро. Гермиона отвлекалась на уроках, думая о том, в каком платье предстанет перед его матерью, как будет себя вести. Единственное, что служило ей утешением - он будет рядом. Драко написал письмо, в котором извещал о том, что приедет не один, а вместе с девушкой (с какой, парень уточнять не стал). Он видел ее волнение, когда ему приходилось упомянуть предстоящее посещение его поместья. Героиня войны, а этого боится!

- Драко, я, кажется, все, - выходя из гостиной с небольшой сумкой, произнесла Гермиона и охнула. - Забыла палочку!

Протянув ему свои вещи, она быстро сбегала до своего шкафа и обратно.

- Точно ничего не забыла? - еще раз спросил Малфой.

- Да, сейчас точно, - улыбнулась Грейнджер и заправила за ухо выбившуюся прядь кудрявых волос.

- Трансгрессируем, - спокойно сказал Драко, обхватывая Гермиону за талию. Казалось бы, это действие должно было стать будничным, но оно, как и раньше, заставляло Грейнджер краснеть.

По правилам хорошего тона, они появились за несколько метров до самого здания. Девушка крепко обхватила его руку. Малфой понял тогда, что она доверяет ему. Она доверяет ему себя. Это мысль заставила его прижать ее к себе и прошептать на ухо:

- Ничего не бойся. Я ни на шаг от тебя не отойду, - легко поцеловав ее в щеку, он встретил благодарный взгляд.

Нарцисса Малфой встретила их вполне радушно, удивленно вскинув брови при виде Гермионы, но тут же скрыв свои эмоции за слегка натянутой улыбкой. Женщина была удивлена тому, что Драко выбрал ее, но еще больше тому, что она его выбрала. Вражда окончена? Что с ее сыном? Если бы Люциус был здесь... Но его нет, как и предрассудков, что могли бы мешать этим странным отношениям.

Все поместье было украшено еловыми ветвями, яркими фонариками, игрушками. Елка же, что стояла в гостиной, показалась Гермионе невообразимо красивой. Она в восхищении выдохнула, бросив на Драко удивленный взгляд. Тот был доволен. Малфой еще раз убедился в том, что Грейнджер умеет радоваться мелочам.

Нарцисса взяла Гермиону под руку, сказав, что проводит ее до комнаты и попросит домашнего эльфа помочь ей с платьем. Нужно подготовиться к рождественскому ужину! Драко ободряюще улыбнулся на испуганный взгляд Грейнджер. Он снова сравнил ее с ребенком.

Пока Гермиона беседовала с домовиком, помогавшим застегнуть ее платье, Драко и Нарцисса Малфой говорили, смотря на огонь в камине.

- Гермиона Грейнджер, - тихо произнесла женщина, как-то странно улыбнувшись.

- Я восхищаюсь ею, - проговорил Малфой.

- А она тобой? - резко прервала его Нарцисса.

- Любит меня, - тихо ответил тот.

Гермиона спускалась по лестнице, стараясь не упасть. Платье было достаточно длинным. Голубое, с воздушной, нежной юбкой и короткими рукавами. Туфли были белыми, на небольшом каблуке. Выглядела она потрясающе.

Драко, многозначительно посмотрев на мать, развернулся и замер. Он привык видеть ее в юбках, блузках, свитерах. Но и в этом, казалось бы, обычном одеянии, девушка казалась ему прекрасной. Сейчас перед ним предстала Грейнджер в абсолютно другом свете. Парень всерьез задумался о том, что возможно, не так глупы поэты, что сравнивают своих возлюбленных с богинями.

- Ангел, - тихо сказал он, но Гермиона услышала. Щеки ее покрыл румянец, она подошла к нему и, прошептав слова благодарности, взяла за руку. Она слышала их разговор с Нарциссой. Девушка не сердилась на его мать, она вполне понимала ее, но ей было жаль Драко. Появился страх, что он почувствует себя не тем, кто должен быть рядом с ней, оставит ее. Нет, Гермиона твердо решила, что ничего подобного не допустит.

Ужин прошел восхитительно. Работа домашних эльфов, а именно, потрясающе вкусная еда, очень понравилась девушке. С Нарциссой они перекидывались незначительными предложениями о том, кем она собирается стать, как идет учеба. Та один раз попыталась затронуть тему родителей, Гермиона замерла на мгновение, но, когда рука Драко коснулась ее, она смогла спокойно рассказать то, о чем поведала ему недавно. Казалось, Нарцисса сожалела о том, что затронула эту тему.

Когда же пришло время сна, Грейнджер шепнула на ухо Драко о том, где находится ее комната и умоляюще посмотрела ему в глаза. Малфой все понял и кивнул. Пожелав Нарциссе спокойной ночи, Гермиона направилась в свои покои.

С помощью домовика, она избавилась от платья, сняла туфли и, расчесав волосы, надела футболку. Когда девушка закончила, до нее донесся стук в дверь. Грейнджер быстро встала и, открыв ее, взяла Драко за руку, помогая ему войти. Как только он оказался рядом, Гермиона обняла его за шею и коснулась губами его рта, прошептав:

- Все было чудесно, спасибо.

Малфой был удивлен ее порыву, но, несомненно, рад.

Он поцеловал ее, с нежностью. Поглаживая одной рукой ее спину, другой Драко прижал девушку к себе. Из ее груди вырвался вздох.

- Ты прекрасна, - прошептал он.

Гермиона прижалась к нему, ощущая то, что она в полной безопасности, что она любима. На душе было тепло, уютно. Рядом с ним был ее дом. Теперь у нее есть он, Драко Малфой.

- Не оставляй меня, - тихо сказала она, уткнувшись ему в грудь.

- Никогда не оставлю, - тут же ответил он, думая о том, что жизнь без нее - нечто невозможное.

- У меня есть только ты, - прошептала Гермиона, и Драко понял, что она сейчас заплачет.

- Тише, - Малфой отстранил ее от себя, заглядывая в глаза. - Только не это, - парень провел ладонями по щекам девушки. - Никаких слез.

- Хорошо, - улыбнулась та и поманила его за собой в кровать. Они легли рядом, обнявшись. - Ты знаешь, я ведь никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким.

- Я бы тоже не подумал, - тут же ответил Драко, зарываясь носом в ее волосы. Яблоко? Любит фрукты, значит. - Только с тобой все... Не так совсем. Ты отличаешься от всех, а я отличаюсь от себя, когда ты, - она коснулась губами уголка его рта, - близко.

- Уверена, что ты настоящий - тот, который сейчас со мной, - улыбнулась Грейнджер.

Малфой накрыл их одеялом и решил, что он очень счастлив. Счастлив, потому что Гермиона рядом. Потому что ее волосы пахнут яблоком, потому что ее футболка задирается, и он видит белую кожу, по которой, Драко знает, пойдут мурашки от его прикосновения. Потому что она уткнулась носом в его грудь, потому что Малфой не хочет уходить, потому что не хочет ничего и никого, кроме ее доброй улыбки.

- Подарки, - прошептал он.

- Подарки! - широко распахнула глаза Гермиона. Она вылезла из-под одеяла и кинулась к своей сумке. Достав оттуда небольшую коробочку, девушка смущенно протянула ее Драко. - С Рождеством!

Малфой прикусил губу, разворачивая обертку.

- Как ребенок, - прошептала Грейнджер и залилась смехом. Драко удивленно вскинул брови, припоминая все те моменты, когда девушка была похожа на дитя.

- Кто бы говорил, - улыбаясь, ответил он.

В коробочке было кольцо. Казалось бы, простое, но оно являлось подарком от его возлюбленной, от Гермионы Грейнджер, а потому стоило в тысячу раз больше, чем можно было представить.

- Прекрасный подарок, - проговорил он, надевая его на палец. - Спасибо, Гермиона.

Девушка улыбнулась, а Малфой достал из кармана подарок и для нее. Грейнджер в предвкушении распахнула глаза, открывая коробку. Там лежала потрясающая, тонкая цепочка с небольшим кулоном в форме цветка.

- Прелесть какая, - восхищенно проговорила она. Драко помог ей надеть подвеску.

Гермиона выключила свет, взмахнув палочкой. Девушка залезла под одеяло к Малфою.

- Самое лучшее Рождество, - шепнула она, прижимаясь к нему.

- Самое лучшее, - ответил тот.