Глава 13
Проходили дни. Занятия с профессорами сильно выматывали гриффиндорку. Особенно окклюменция. Гермиона признавала правоту Дамблдора, что это хороший способ научится контролировать свои эмоции, но это было сложно. Да, для Гермионы Грейджер что-то показалось сложным. И она была от этого не в восторге. За месяц занятий с профессором Снейпом, Гермиона научилась только ставить ментальный блок от проникновения. Правда Гарри и этого не удалось. Ему было еще сложнее. Все-таки понятие «дисциплина» было Гермионе куда ближе, чем Поттеру. Но они не сдавались, а это уже хорошо. Стихии же поддавались девушке еще сложнее, чем окклюменция. С огнем и водой, как и предполагалось, девушка быстро справилась. Потратив на каждую стихию по неделе. Теперь на каждом занятии она сначала практиковала их, а потом уже приступала к более сложному. Воздух только начал поддаваться девушке, но вот земля вообще ни в какую. Как бы девушка не успокаивала себя, как бы и что не визуализировала, ни как. Минерва только разводила руками, Дамблдор же лукаво улыбался, говоря, что она со временем сама все поймет. Это выводило из себя.
Еще и Амбридж начала буянить по Хогвартсу, то профессора Трелони уволила и хотела выгнать из замка, на что директор показал ей огромную дулю, весело жуя лимонные дольки, то декреты об образовании штампует, как печатный станок, все пытаясь напоить детей Сывороткой правды. На место шарлатанки Дамблдор пригласил, на радость все той же Амбридж, кентавра Флоренца. Долорес была в «восторге». Она же так любила, как она выражалась, метисов. Ее счастью не было предела. Мадам в розовом так разбушевалась, что все, кто не соблюдал декреты, немедленно наказывались. Гермиона не успевала готовить заживляющие бальзамы для всех, кто не угодил этой старой маразматичке. Гарри страдал больше всех, за свой язык, который у Мальчик-Который-Выжил ну никак не держался за зубами. Несколько раз и Фред с Джорджем попадали в кабинет жабы. Гермиона была вне себя от ярости, что опять чуть не спалила гостиную, благо вовремя взяла себя в руки, пока никто не заметил.
Фред же очень скучал по своей гриффиндорке. Вместо того чтобы наслаждаться любовью дни на пролет, они уделяли друг другу максимум час перед сном на поцелуи и посиделки у камина, которые все таки стали традицией у пары. В голове парня зарождался план, как провести время с Гермионой, так, чтобы они были одни, но роды, увы, затягивались. Пока Рон в один из вечеров не обмолвился про ванну старост...
Гермиона возвращалась с обхода и уже подходила к башне Гриффиндора, как вдруг ее затащили в нишу за гобеленом. Только она хотела закричать, как рука незнакомого, которая держала ее за запястье, переместилась на ее талию, нежно сжав:
«Ну привет, красотка» - прошептал незнакомец.
«Фред, - выдохнула девушка, но тут же возмущенно прошептала – ты напугал меня».
«Прости милая, просто хотел тебя увидеть, - покаялся тот – тебя не было на ужине»
«Может, мы выйдем уже из этой пыльной ниши?» - улыбнулась девушка.
«Выйдем, - согласился он – но сначала...» - не договорив фразу, он наклонился и поцеловал Гермиону. Она сразу же ответила на поцелуй, открывая рот и впуская язык парня. Проворные ручки гриффиндорки потянулись к волосам парня, пропуская их сквозь свои пальцы. Руки Фреда блуждали по ее телу, то поглаживая спину девушки, то спускаясь к ее аппетитной попке. Они бы так и целовались, но воздуха стало катастрофически не хватать, да и у парня на ее счет были другие планы. Поэтому он разорвал поцелуй под разочарованный вздох девушки.
«Тише, милая, пойдем, у меня для тебя есть сюрприз» - он потянул ее за собой в противоположную от башни сторону.
«Куда мы идем? Фред?»
«Это сюрприз, - ответил парень, улыбнувшись по-мальчишески - если скажу, то будет уже не интересно».
Гермиона только покачала головой. Мальчишки. Но тут ее осенило:
«Фред, уже отбой же был»
«И что? – спросил в ответ парень – ты староста, да и карта со мной»
Гермиона и сама очень соскучилась по своему парню, поэтому просто промолчала, плюнув на правила. Так они, молча, дошли до ванной старост.
«Ванная старост? - девушка скептически выгнула бровь – и пароль, конечно же, у тебя есть?»
«А вот и есть, - гордо подняв подбородок, ответил он – выпытал у своего братца. Provehito in Altum*».
Дверь в ванную открылась, и студенты поспешили зайти, пока их никто не обнаружил.
«И для чего мы здесь?» - рассматривая помещение, спросила девушка. Хоть ей и было позволено, как старосте, использовать это помещение, но она за все это время ни разу тут не была. Поэтому сейчас с интересом разглядывала комнату. Пока она была отвлечена, Фред подошел к ней сзади, обнимая со спины. Он наклонился к ее уху и прошептал, обдавая горячим дыханием шею и ушную раковину девушки:
«Для того чтобы побыть вдвоем, и... – он поцеловал ее за ушком – я хочу вернуть должок».
От этих слов девушка задрожала. Она сразу же почувствовала возбуждение, между ног моментально стало мокро. Фред продолжал выцеловывать ее шею, руками расстегивая рубашку на теле девушки. Когда же с пуговичками было покончено, парень стянул ненужную сейчас вещь с гриффиндорки и обхватил ладонью грудь девушки. Сквозь ткань лифчика, он почувствовал напряженный сосок и незамедлительно потер его. Гермиона издала первый стон. Член парня напрягся от этого звука, но сейчас Фред хотел сделать все ради ее удовольствия. О себе он позаботится позже в общем душе, а пока...Руки парня переместились на юбку, найдя замок, Фред незамедлительно расстегнул его. Предмет одежды упал к ногам девушки. Гермиона развернулась в руках парня, потянувшись к таким желанным сейчас губам. Фред вовлек ее в страстный поцелуй, пока его руки справлялись с застежкой лифчика. Когда на девушке остались только трусики и чулки, Фред поднял ее, заставив обхватить ногами его бедра. Продолжая целовать свою драгоценную ношу, он направился в сторону ванны, которая уже была заполнена водой. Он поставил девушку на край бассейна, а сам отошел на пару шагов, любуясь видом. Гермиона, смущаясь, хотела прикрыть грудь руками, но парень не позволил ей этого сделать, покачав головой. Он сам начал демонстративно раздеваться, медленно снимая рубашку и расстегивая ремень на штанах. Он дразнил ее, она прекрасно видела это в его глазах.
Девушка дерзко улыбнулась и вступила в воду. Она медленно спускалась, смотря при этом парню в глаза. Когда пена скрыла ее нижнюю часть, Гермиона подмигнула Фреду и, наклонившись, сняла с себя трусики, бросив их парню в лицо. Спусковой крючок был сорван, парень со скоростью звука снял с себя все остальные вещи и направился к своей девушке. Приблизившись к ней, парень обхватил своими руками ее лицо и, заглядывая в столь любимые в глаза, прошептал:
«Я люблю тебя, Гермиона».
Девушка секунду всматривалась в лицо парня, после чего обвила руками его шею.
«И я люблю тебя, Фред» - после чего приподнялась на носочки и прижалась губами к его губам. Их поцелуй передавал все чувства влюбленных, он был чувственным, но наполненным страстью. Фред приподнял гриффиндорку и понес к краю ванны. Усадив девушку, он опустился перед ней на колени, продолжая целовать. Руками он оглаживал бедра девушки, подбираясь к заветной цели. Губами же парень спускался ниже от губ гриффиндорки по шее к ее груди. Одну руку он оставил на бедре, другой же нежно обхватил правую грудь девушки. Гермиона издала мелодичный стон, который эхом разошелся по всему помещению. Ободренный этим звуком, парень провел языком по напрягшемуся соску девушки, за что получился еще один стон. Парень языком и губами ласкал левый сосок, в то время пока пальцы покручивали правый. Гермиона плавилась от прикосновений парня, но ей так хотелось почувствовать его пальцы ниже, там, где зарождались пожары. Фред, будто прочитав мысли девушки, двинулся ниже. Языком он провел дорожку до пупка, после чего прижался к нему губами, имитируя поцелуй. Девушка протяжно простонала и откинулась назад на локти, предоставляя ему больший доступ к своему телу. Парень положил обе руки ей на бедра, разводя их и открывая ее для себя. Расположившись между ее ног, он вдохнул ее пьянящий аромат. Ему хотелось погрузиться в нее языком и пить ее, как нектар. Он поднял на нее глаза. Гермиона смотрела на него с нетерпением, ее глаза заволокла дымка похоти, румяна покрывали ее щеки. Она была так сексуальна. Он провел указательным пальцем по ее промежности, собирая ее соки. Мерлин, какая она мокрая. И все только для него. Девушка откинулась назад, задрожав. Эта медленная пытка заставляла ее скулить от нетерпения и ерзать на месте. Когда она снова посмотрела на него, Фред ухмыльнулся и провел кончиком языка от входа до клитора. Она ахнула и, не выдержав, упала на спину. Довольный собой парень, прижался ртом к ее промежности. Он посасывал и покусывал ее. Стоны девушки раздавались по всей ванне старост. Она ерзала на месте, от чего парню пришлось прижать одной рукой ее к кафелю, пальцами другой руки Фред вошел в гриффиндорку, отчего та выгнулась дугой. Он продолжал истязать ее пальцами и губами, то приближая ее к оргазму, то специально отдаляя. И когда она уже думала, что потеряет сознание от нахлынувших чувств, Фред захватил в плен своих губ ее клитор, интенсивно посасывая и активно работая пальцами в ней. И тогда она распалась на миллион кусочков. Оргазм накрыл ее с головой так, что из глаз брызнули слезы. Фред, наблюдая за, потерявшейся в удовольствии, гриффиндоркой, нашел и собственное освобождение, кончив в кулак.
Придя в себя после ошеломительного оргазма, Гермиона опустилась в воду к парню. Она просто прижалась к его груди. Фред обнял ее в ответ, поглаживая по густым кудрям. В голове ни у парня, ни у девушки не было никаких мыслей. Им было хорошо и этого было достаточно.