13 глава
- Осталось всего три дня, - тишина, не нарушаемая на протяжении трёх часов, разбилась вдребезги от тихого голоса.
Гермиона резко вскинула голову, отрывая взгляд от страниц.
- Что? - она недоуменно нахмурилась, но почти сразу вникла в его слова. - А, да, всего три дня.
- Я так и не посмотрел своё расписание, а ты? -- Драко внимательно разглядывал Гермиону, стараясь понять её и найти нужные слова, чтобы разговорить.
Гермиона стушевалась. Опустив взгляд, она смяла листы в пальцах, перебирая страницы.
- У меня почти стандартная программа, как и в прошлом полугодии...
Драко насторожился. Простые расписания не могли так взволновать её. Что-то было не так. Хотя, с этой девчонкой всегда что-то не так. Драко так и не смог разобраться с тем, что произошло на астрономической башне. Ему просто не хватило выдержки и терпения, чтобы начать разговор и довести его до конца, заставив Гермиону обнажить душу. Теперь же он постоянно был настороже и, общаясь с ней, старался присматривать и контролировать изменения в её поведении. Он чувствовал ответственность за судьбу этой девушки, это странное чувство, которое заставляло считать себя старше, взрослее, опытнее.
- Договаривай, Грейнджер, тебе же точно есть что сказать.
Он перевёл взгляд на её руки, следя за тонкими пальцами, теребящими уголок страницы. Внезапно, не давая Гермионе заговорить, Драко встал и, преодолев расстояние до неё, аккуратно забрал книгу.
- Неужели такая любительница книг, как ты, можешь относиться к ним с таким неуважением? - мягко укорил он её. - Нужно распрощаться с подобной привычкой раз и навсегда.
Гермиона удивлённо осмотрела его, а потом, смущённо улыбнувшись, тихо проговорила:
- Ты не Малфой.
- Почему это? - он хитро прищурился.
- Ты другой. И он никогда не смог бы стать таким. В нём собрано лишь плохое, а ты его полная противоположность.
Малфой был сражён таким противоречием. Он должен был оскорбиться, ведь Грейнджер практически унизила его. Она и правда думала, о нём так? Лишь плохое? Но ведь одновременно с этим, она впервые за все время откровенно признала не просто свои чувства, но ещё и положительное отношение к нему. Драко растерянно отозвался:
- У всего есть обратная сторона.
- Это спорный вопрос.
Не удержавшись, Малфой рассмеялся:
--Узнаю Грейнджер!
Ее губы вновь растянулись в улыбке.
Уняв смех, Драко занял кресло напротив Гермионы, поддавшись корпусом вперёд и снова разглядывая её, но не произнося при этом ни слова. Улыбка сползла с её лица: она поняла, что он ждёт ответа, но упрямо продолжила молчать.
- Я могу применить легилименцию, Грейнджер, мне это ничего не стоит, - неожиданно Драко заговорил серьёзно и строго. - Или же просто заглянуть собственноручно в твоё расписание, но я хочу, чтобы ты сама рассказала мне все, поэтому ответь.
Грейнджер тяжело вздохнула и проговорила:
- Мне назначили двадцать часов у Кэрроу, - она смотрела куда-то поверх плеча Малфоя, избегая встречаться с ним взглядом. - И это не считая взысканий. У Алекто будет слишком много шансов отыграться.
Бесконечное отчаяние и неприкрытый страх отчётливо слышались в словах Гермионы. Её вечная черта - глупая привычка все обдумывать - опять шла против неё, заставляя снова и снова подключать фантазию и представлять все те ужасы, которые ей, возможно, придётся пережить.
Не сумев сдержаться, Драко резко встал, сделав шаг к ней, но не смог выдавить ни слова, поражаясь и злясь её глупости: она даже не подумала о том, что он сможет защитить её. Ведь именно этого он хотел, именно этим занимался уже на протяжении двух месяцев, а у этой невыносимой девчонки до сих пор остались сомнения на его счёт. Он отчаянно пытался завоевать её доверие, понимая, что он не тот человек, который всегда прикроет спину, но надеясь на её доверие. Она сможет поверить ему. Поверить в него.
Совсем неожиданно Драко осознал, из-за чего ему было так важно, чтобы гриффиндорка доверилась ему. Ведь, если такая, как она, сможет, то и он сам не будет считать себя потерянным человеком. Если Гермиона Грейнджер уверена в том, что Драко Малфой способен на добрые дела и хорошие поступки, то так и есть, ведь она никогда не ошибается. А Драко так надоело видеть себя злым и подлым в глазах окружающих и даже в своих собственных. Он спасёт Гермиону от самой себя, а она в ответ сделает то же самое для него. Полная взаимосвязь, которую теперь ничто не разорвёт.
В этой цепи осталось лишь одно звено: сама Грейнджер.
- Я устал повторять, - стараясь совладать с собой, медленно заговорил Драко. - Этот разговор должен быть закончен раз и навсегда, - Он наклонился над Гермионой, смотря ей прямо в глаза и не давая отвести взгляда. - Никто никогда не тронет тебя, Грейнджер, усвой это, - его голос дрогнул, смягчившись, - и прекрати бояться. Вечный страх не поможет решению проблемы, особенно если её просто не существует.
***
В то время, как Гермиона сидела взаперти на протяжении нескольких дней, абсолютно не покидая замок, на улице устоялась по-настоящему зимняя погода. Снег падал, мягко кружась, каждый день, покрывая все вокруг, но вместе с этим на улице светило яркое солнце, и его лучи отражались от сверкающей снежной поверхности, так что в воздухе переливались тысячи снежинок, отбрасывая блики на все окружающие предметы. Светлая, мягкая, белоснежная зима резко контрастировала с тем, что творилось в замке. Многие ученики и учителя с ужасом ожидали начала нового полугодия, боясь новых пыток и мучений. Хогвартс предстал в этом году темным местом, в котором скрывались преступники и безжалостные убийцы с прогнившими душами.
- Тебе стоит пройтись, - Драко прервал размышления Гермионы. - Многие покинули замок до начала учёбы, так что тебе точно ничего не грозит, даже вне моей компании.
- Я не уверена, - ей совсем не хотелось покидать гостиную, ставшую родной и привычной. - Возможно, я лучше останусь здесь.
- Ты не можешь постоянно находиться в четырёх стенах, Грейнджер. Прогуляйся по замку, а через час я встречу тебя у Большого Зала, - Драко замолчал, раздумывая о чем-то своём.
- Я не думаю, что это хорошая идея, - упрямо повторила Гермиона.
- Я настаиваю, Грейнджер.
Нахмурившись, она испепелила его взглядом. Он всё равно оставался прежним, считая, что все находится под его властью. Истинный Малфой, который никогда не изменит себе. Эта склонность к доминированию и этот командный тон до безумия напоминала Гермионе свою собственную привычку всегда и все контролировать, удерживая влияние и полномочия в своих руках. Это было слишком непривычно для гриффиндорки, впервые за долгое время, подчиняться кому-то, а не отдавать распоряжения.
- Ладно, Малфой, встретимся через час, мне как раз нужно забежать к МакГонагалл.
И вот, тот самый момент, когда она согласилась с ним, не воспринимая всё в штыки, а поддаваясь и делая так, как было сказано. «Такое стоит записывать в историю », - подумал Драко, но тут же осознал, что в данной мысли отсутствовали присущие Малфоям сарказм и ирония, это было скорее что-то слишком мягкое и даже ласковое. Стоп! Он снова обнаружил, что его мысли текут совсем не в том направлении.
Что же произошло с ребятами за эти два месяца, если они оба так сильно изменились? Неужели это все влияние друг друга и тяжёлых обстоятельств, из-за которых произошло это объединение? На такие вопросы у Драко не было ответа.
Проследив взглядом за Гермионой, покидающей комнату, он тут же очнулся от своих раздумий и направился в спальню. У него был час, а нужно было много чего успеть. Всего два дня до начала новых трудностей для Гермионы, а ему хотелось, чтобы она смогла расслабиться и отвлечься хотя бы ненадолго. Случай на Астрономической башне напугал Драко, он не сводил взгляда с Гермионы все эти дни, держа её под непрестанным контролем, не отпуская от себя ни на шаг, но чтобы она смогла покориться, ей нужно было дать немного свободы, поэтому он настоял на прогулке.
Различные чувства одолевали его в этот момент: отголоски злости и былого раздражения, которое всю жизнь вызывала в нём Гермиона, сплошное непонимания и ощущение нереальности происходящего, которое смешивалось с все ещё непривычными теплотой и ответственностью за чужую жизнь, а прежняя ненависть хоть и вспыхивала изредка, но была умело подавлена Малфоем, который управлял своими эмоциями, настраиваясь на новый лад.
Он больше не хотел ненавидеть Гермиону.
***
Раздав приказания эльфам, Драко собрал все необходимое, готовясь к долгой прогулке. Он еще раз повторил все нужные заклинания и, сунув за пазуху приличный мешочек с галеонами, проследовал к выходу. Любое занятие всегда отвлекало его, работа завладевала им, и он переставал следить за своими мыслями, отпуская их в свободный полёт. Это помогало переключиться, отойти от ненужных мыслей и эмоций, но в этот раз какая-то злость, притаившаяся глубоко в душе, не отпускала Драко, вновь набирая силу и затмевая другие чувства.
За то время, пока от гостиной он дошёл до Большого зала, волна злости, гнева и негодования поднялась в его душе, он перестал быть хозяином своих чувств, и они управляли им, толкая на необдуманные поступки. Он сам не осознал, что произошло, пока не услышал фразу парня, не чистокровного происхождения, стоявшего на лестнице. Тогда-то все его эмоции выплеснулись наружу, обрушиваясь на мальчишку. Грубо отпихнув грязнокровку, Драко почти уже прошёл дальше, но услышал прямо за своей спиной фразу, полную ненависти:
- Чистокровный ублюдок! - выплюнул юноша.
- Что ты сказал, мерзкий магл? - резко развернувшись, Драко направил палочку прямо на него.
- Я сказал, что ты чистокровный ублюдок! - он не отвёл взгляда, упрямо глядя на Малфоя. В какую-то секунду до или после Драко подумал, что точно такой же взгляд был бы у Грейнджер, окажись она на месте этого паренька, и её образ, возникший в голове, тут же перекрыл все эмоции, но было поздно.
- Круцио! - юноша упал, сраженный заклятием, извиваясь и еле сдерживая крик.
- Малфой, прекрати! - слишком громко, отчаянно, практически навзрыд. Палочка Драко выпала из рук, откатившись к ногам Гермионы, оказавшейся между Драко и мальчишкой, сжавшимся на полу.
Он не понимал, что на него нашло. Да, Драко не исправился, все ещё оставался холодным и жестоким слизеринцем, но ведь он не был способен на такое. По сути, этот парень ничего не сделал, он не сказал ему ни слова, и, как бы глупо и по-детски это не звучало, Малфой начал первым.
Оторвав взгляд от палочки, Драко осмотрел Гермиону, застывшую перед ним. Она была зла, безумно зла. Её глаза метали молнии, волосы растрепались, казалось, что ещё чуть-чуть и она попросту взорвётся, сметая Драко силой своего гнева.
«Сюрприз удался», - угрюмо подумал Драко, судорожно соображая, как вернуть все назад. Не такое он планировал в этот день. Нужно было действовать быстро, без промедлений, чтобы не дать Гермионе даже шанса устроить скандал.
Решительно дёрнувшись вперёд, Драко ухватил её за руку и, на ходу подобрав палочку, последовал к выходу, буквально таща Гермиону за собой. Она пыталась сопротивляться или кричать, но Малфой никак не реагировал на это, крепко удерживая её. Ему было всё равно, что небольшая толпа из учеников, собравшаяся на первом этаже, наблюдала за развернувшейся сценой, ему было абсолютно плевать, что станет с тем парнем, его волновала лишь Грейнджер.
Чертова Грейнджер! Её имя, ее голос, её прикосновения намертво въелись в память, проникли сквозь кожу, попадая в кровь, становясь частью его. Часть, которую невозможно отделить. Драко практически свихнулся; он чувствовал себя настоящим безумцем, проклятым.
И его проклятием была она. Она и её грязная кровь.
***
Как только они миновали двери, сопротивление Гермионы усилилось, и она резко вырвала руку, вынуждая Драко развернуться к ней лицом.
- Что с тобой не так?! - практически прокричала она.
- Спасибо, все в порядке, - едко отозвался Драко, старательно сдерживая себя.
- Ты просто обезумел, за что ты так с ним? - Гермиона сердито хмурилась и нервно сжимала кулачки.
- Это абсолютно неважно, забудь, - протянув ладонь, Малфой попытался ухватить гриффиндорку за руку, но она резво отпрыгнула. - Нам нужно идти.
- Откуда мне знать, что ты не поступишь так же со мной? - Гермиона продолжала испепелять его взглядом.
- Я ценю свою работу, - с невозмутимым выражением лица изрёк Драко.
- Прости? - она опешила от такой наглости.
- Я слишком много времени потратил на тебя, Грейнджер, чтобы закончить все это одним взмахом палочки.
- Хочешь сказать, что я твой проект?
- Ты сама сказала это, - он пожал плечами.
- Ты просто издеваешься надо мной! Прекрати это! Ты омерзителен! - она перешла на крик. Резкий, отчаянный. Такой, какого Драко давно не слышал от неё. Гермиона была возмущена и обижена, вместе с тем была задета её гордость и поколеблена вера в Малфоя.
- А ты зато самая прекрасная грязнокровка из всех, - Драко все же умудрился обхватит запястье Грейнджер, и дёрнув её на себя, закинул на плечо.
Неожиданная потеря равновесия заставила Гермиону замолчать и крепко вцепиться парня. Подобное отношение полностью выбило её из колеи, и девушка потеряла дар речи от такой дерзости. Конечно же, она абсолютно не различала дороги, лишь изредка пыталась стукнуть Малфоя посильнее, но почему-то совершенно не кричала. В полной тишине ребята добрались до Запретного леса.
Неожиданно Гермиона снова почувствовала землю под ногами и тут же встретилась взглядом с Малфоем, который сосредоточенно рассматривал её. Ладони парня лежали на её плечах, губы были сжаты в тонкую полоску, а его глаза напряжённо вглядывались в её.
- Мы ещё поговорим после, - отрывисто произнёс он, - но сейчас поиграй немного по моим правилам, ладно?
Его голос звучал приглушенно и мягко, но на вопрос нельзя было ответить отказом. Гермиона неуверенно кивнула. Она все ещё была зла, но глубоко внутри зародилось любопытство, которое побуждало перетерпеть его поведение и посмотреть, что же задумал Малфой.
В ту же минуту в руках Драко появилась широкая атласная лента, и его пальцы тут же потянулись к глазам Гермионы. Её ладони молниеносно взметнулись вверх, останавливая его.
- Что ты делаешь?
- Ты согласилась, Грейнджер, поздно спорить.
- Малфой, что за детские глупости? - Гермиона начала заметно нервничать, когда Драко приложил ленту к её векам, закрывая обзор.
- Мы поиграем в маленькую игру, - он осторожно завязал ленту на затылке и помахал рукой перед глазами гриффиндорки, проверяя,видит ли она что-либо. - Я просто хочу, чтобы ты наконец-то доверилась мне.
Все чувства обострились до предела, как только тёмная пелена заволокла глаза. Зрение как будто отказало и это было слишком непривычно и неправильно для гриффиндорки. Девушке, привыкшей всегда верить своим глазам и во всём полагаться на зрение, было тяжело осознавать, что теперь, в незрячем положении, она действительно должна полностью довериться Малфою.
- Лента заколдована, ты сможешь снять её, только когда мы закончим, - сказав это, Малфой взял Гермиону за руку и потянул глубже в лес.
Идти вслепую было слишком непривычно для девушки, она спотыкалась на каждом шагу, постоянно хватаясь за Малфоя в попытках не упасть. Юноша поддерживал её, помогал и направлял, комментируя окружающую обстановку. Внезапно Драко выпустил её руку, и девушка, пошатнувшись, чуть не упала. В панике она тут же начала протягивать руки в разные стороны и крутиться на одном месте, но парня не было рядом. Тишина, не нарушаемая ни одним звуком, давила и лишь усиливала смятение Гермионы. Все ужасы, которые она когда-либо слышала о Запретном лесе замелькали в её голове, отсутствие зрения дали разгуляться фантазии, и девушка уже была уверена, что окружена обитателями леса и никогда не сможет выбраться оттуда. Попытки снять ленту не увенчались успехом, Гермиона вертелась на одном месте, пока, споткнувшись о ветку, не повалилась на землю с протяжным вскриком.
- Мерлин, Грейнджер! - уже через секунду услышала девушка прямо над собой, - тебя и на мгновение нельзя оставить.
Сильные руки Драко тут же поставили её на ноги, удерживая и попутно отряхивая от грязи и сухой листвы. Девушка слышала неразборчивое бормотание у себя над ухом, но мозг отказывался соображать, поэтому она просто стояла, вцепившись руками в предплечья парня.
- Никогда больше так не делай! Такие шутки не для меня, - угрюмо произнесла она.
- Ладно, извини. Пойдём дальше.
- Куда мы вообще идём, Малфой? В чём смысл?
- А так ли это важно? - она была готова поклясться, что даже сквозь повязку видела его улыбку.
- Вопросом на вопрос?
- А почему нет? - он откровенно насмехался над ней.
- Прекрати же! - Гермиона резко остановилась и снова попыталась сорвать ленту, - С меня хватит!
Малфой внимательно разглядывал Гермиону, пользуясь тем, что она не видела его и не могла никак среагировать на его взгляд. Она была такой нетерпеливой, несдержанной, энергия била ключом, и воздух вокруг практически искрился. Драко не мог понять, как можно быть такой. Девушка была похожа на красивую, дикую и свободную лошадь, которую никто и никогда не смог бы обуздать; она была кошкой, или скорее львицей, которая не зависела ни от кого, но всегда тянулась к другим; одновременно буйная, яростная, но такая чистая и непорочная. Наивная, но сильная и властная.
Такая... невозможная.
Руки парня резко взлетели вверх, обхватывая девушку, притягивая её за затылок и талию, полностью прижимая. Тело к телу. Душа к душе. Её рот только было приоткрылся, как губы Драко обрушились на него, сминая и грубо, до боли, целуя, затягивая в тёмную пучину всю её. Девушка билась в слабых попытках оттолкнуть или хоть как-то помешать, но у неё не было ни единого шанса, и вскоре она сдалась, капитулировала под натиском Драко.
Стремительно развернувшись, Малфой прижал Гермиону спиной к дереву, устраиваясь удобнее, углубляя поцелуй, стараясь подстроиться под неё, но вместе с этим утолить свою жажду. Жажду Грейнджер. И той дикой смеси возбуждения, нежности, адреналина и теплоты, что она давала ему. Грейнджер. Мерзкая грязнокровка, вечно портившая ему жизнь. Грейнджер. Хрупкая и ранимая девушка, пострадавшая и нуждающаяся в защите. Все смешалось. Её голос, её руки, её губы, её слова, её эмоции - все это было сейчас так близко, сливалось с ним, плавно перетекало, меняя форму и обличие.
Драко не был больше в ответе за свои действия, слова, мысли, он не контролировал ни рук, ни губ. Впервые за два месяца он позволил себе оказаться на грани грубости и боли. Парень не думал о том, что почувствует или подумает девушка, его не волновали её эмоции, он лишь старался подавить собственный всплеск желания. Его руки скользили по её спине, плечам, лицу, очерчивая и исследуя каждую линию. Отдалённой частью сознания, он понимал, что вполне обоснованный страх девушки, недоверие, сказывались на её поведении и сейчас. В какой-то момент он почувствовал, что она замерла в его объятиях, сжавшись и практически задержав дыхание. Но в эту секунду Драко просто не мог оторваться от неё.
- Не забывай дышать, - на миг отстранившись от её губ, тихо пробормотал он. И вдруг напряжение, которое зародилось глубоко внутри Гермионы, лопнуло, отдавшись тупой болью где-то в животе, и заставляя почувствовать все происходящее с новой силой. Драко казалось, что он обезумел, но руки Гермионы действительно неуверенно обхватили его за шею, а губы медленно и нерешительно ответили на поцелуй. Дикий, необузданный, не подвластный контролю, но такой необходимый им обоим.