Красный свет, зелёные глаза и немного яда
Огонь в камине трещал, отбрасывая золотисто-красные отблески на стены гостиной Гриффиндора. В кресле у окна Гермиона сидела, обхватив колени, и разговаривала с Гарри. Вечер был почти мирным — на первый взгляд.
— Ты в последнее время будто в другом мире, — сказал Гарри, пристально на неё глядя.
— Возможно, так и есть, — уклончиво ответила она, уставившись на пламя. — Привыкаю к новому учебному году. И к… новым обстоятельствам.
Гарри прищурился.
— Это из-за Малфоя?
Гермиона чуть не подавилась своим чаем.
— Что? Нет. Конечно нет. Почему ты вообще…
— Потому что ты избегала его имени целую неделю. А я тебя знаю, Гермиона. Если ты что-то не говоришь — значит, это что-то важное.
Она вздохнула и отвела взгляд. Ответить она не успела — потому что рядом, на диване у камина, Рон и Лаванда устроили очередной сеанс «нежности», от которого у Гермионы начинала дёргаться бровь.
Лаванда, прильнув к нему, хихикала, поглаживая его по щеке.
— Вон-Вон, ты сегодня такой храбрый на тренировке был!
— Да, я… ну… старался, — пробормотал Рон, краснея.
Гермиона отвела взгляд. Сердце болезненно сжалось — не от ревности, а от предательства мелочей. Рон когда-то улыбался ей так. Или почти так. Теперь — будто и не было ничего.
— Всё в порядке? — тихо спросил Гарри, замечая, как она вцепилась в чашку.
— Абсолютно, — выдохнула она. — Просто… не все умеют вести себя с достоинством.
— Это звучало очень по-Слизерински.
Она криво улыбнулась.
— Иногда я думаю, что шляпа всё-таки ошиблась.
Они оба усмехнулись, но смех быстро стих.
— Гермиона, — снова заговорил Гарри, — если что-то происходит… Я не хочу, чтобы ты была в этом одна. Ты не обязана всё тащить на себе.
Она посмотрела на него. В его зелёных глазах было столько тепла, столько неподдельного участия, что ей на миг захотелось просто рассказать всё. Про Башню. Про символ. Про Драко. Даже про их разговоры.
Но она только мягко покачала головой:
— Спасибо, Гарри. Правда. Просто… мне нужно самой разобраться.
— Тогда знай: я рядом. Всегда.
Они помолчали. А потом, с едва слышным раздражением, Гермиона бросила взгляд на парочку у камина. Лаванда теперь чуть ли не сидела на коленях у Рона.
— Мерлин, дайте уже им отдельную комнату, — пробормотала она.
Гарри фыркнул.
— Вот теперь это звучит как настоящая ты.
---
Позже, вернувшись в Башню Старост, Гермиона закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце стучало слишком громко.
Она прошла вглубь гостиной. Там, на столе, всё ещё лежала та самая книга — «Хроники Сердца Хогвартса». И в углу кресла — чья-то тень.
— Малфой, ты снова в темноте сидишь?
— Это медитативно, Грейнджер, — отозвался он. — А ты? Всё ещё любуешься влюблённым Уизли?
Она бросила на него усталый взгляд.
— Не твоё дело.
— Но всё же больно, да?
Она села напротив. Молча.
И башня снова погрузилась в тишину. Но на этот раз — тишину понимания.