Пролог
Шквалистый ветер ворвался в комнату сквозь открытое окно, с силой вырывая плотные шторы с карнизов, когда только что проснувшаяся ведьма метнулась к нему, наспех закрывая мокрые ставни.
— Мерлин, ну и погодка, — прошептала шатенка, натягивая рукава домашнего свитера на озябшие ладони. Протяжно зевнув, она почесала голову и, шлёпая ступнями, одетыми в плотные носки, двинулась в сторону кухни, где по магловской привычке поставила чайник.
Дождь всегда побуждал Гермиону к незапланированному чаепитию, а тут ещё и новая книга, которую она умудрилась урвать в книжной лавке перед отъездом, не давала покоя, привлекательно покоившись на кофейном столике. Выкладывая на блюдце печенье, которое она заблаговременно купила к чаю в утренней кофейне, шатенка испуганно подпрыгнула, когда её входная дверь внезапно затряслась от резкого стука.
Она совершенно точно никого не ждала, а незапланированные гости всегда казались ей угрозой неприятностей.
Нахмурившись, ведьма вооружилась волшебной палочкой и, крадучись к двери под звуки повторяющегося стука, бросила защитные чары. Чары показали, что стоящий за дверью пришёл с хорошими помыслами, а значит, ей ничего не угрожает. Но всё равно она не спешила открывать. Только когда настойчивый стук повторился в третий раз, Гермиона собралась с духом и, повернув ключ, рванула дверь, распахивая её перед незваным гостем.
Застыв в неверии, она всматривалась в такие знакомые черты школьного врага. Девушка нервно выдохнула, глядя на промокшего под дождём, измученного парня, стоящего на пороге её дома с младенцем на руках. Гермиона даже не знала, что именно удивило её больше: Драко Малфой, стучащий в её дверь, или ребёнок, крепко спящий в его бережных объятиях.
— Малфой? Что ты тут... делаешь? — собравшись с силами, неверяще протянула ведьма, вглядываясь в покрасневшие глаза бывшего одноклассника.
— Грейнджер... — голос парня прозвучал сипло и так моляще, что Гермиона вздрогнула от внезапных мурашек, окативших её тело. — Мне нужна твоя помощь, — блондин прерывисто выдохнул, и сердце Гермионы защемило. Он её враг, человек, с которым она боролась столько, сколько себя помнит.
Что же должно было случиться в его жизни, чтобы он пришёл за помощью именно к ней?
— Давай вы зайдёте, и ты расскажешь, что случилось? — предложила девушка, отступая вглубь коридора, но волшебник так отчаянно замотал головой, что она замерла, не успев сделать и двух шагов.
— Нет! У меня очень мало времени, они могут найти... — парень осёкся, переступая с ноги на ногу, топчась в луже на ступеньке у дома Грейнджер. — Послушай, я не могу сказать тебе, что происходит, но мне нужно, чтобы ты помогла. Гермиона, я могу обратиться только к тебе, ты мой последний шанс, — словно заведённый бормотал Драко, пока ведьма пыталась спокойно дышать.
— Ты не можешь сказать, что происходит, — девушка поймала его согласный кивок. — Не можешь сказать, что вам угрожает, — снова движение его головы. — Но тебе нужна помощь. В чём же она заключается?
— В Скорпиусе, — выдохнул Малфой, делая шаг к ведьме, но не переступая порог её дома. — Скорпиус — мой сын. И я должен обезопасить его. Со мной он не выживет, а если я отдам его кому-то из своих друзей, они найдут его, — блондин нервно закусил нижнюю губу, словно боясь, что его время на исходе. — Я не знаю, что я могу сказать, Грейнджер, чтобы убедить тебя помочь. Но ты — единственный шанс на спасение жизни моего сына. Они никогда не подумают, что я мог отдать его тебе! — вдруг перешёл на осторожный шёпот блондин, склоняясь к ведьме. — Гермиона, он не виноват в моих ошибках, — из серых глаз выскользнула скупая слеза, очертившая его мужественную скулу. — Пожалуйста... Прошу тебя. Я готов стать на колени, только спаси его! — Малфой и вправду дернулся, опускаясь перед ней, но ведьма вовремя остановила его, схватив за предплечья.
Её ужасала складывающаяся ситуация. Информации — мизерные крохи, но её сердце билось в агонии желания помочь, и она едва не задыхалась от своей беспомощности.
— Ладно, хорошо, — выпалила Гермиона, а блондин неверяще посмотрел на неё. — Я ничего не поняла, но если всё так, как ты говоришь, я помогу. Что мне нужно сделать? — спросила ведьма, вглядываясь в прерывисто дышащего волшебника.
— Забрать его, — Драко отнял руки от груди и очень бережно передал ей свёрток с младенцем, кряхтящим от потери отцовского тепла. — Я поступил очень опрометчиво и без твоего согласия подделал документы о рождении, по которым он — Скорпиус Грейнджер, твой сын. Документы внутри одеяла, которым он укрыт, — шатенка ошарашенно уставилась на Малфоя с немым вопросом. — Знаю, я идиот, и так нельзя было поступать, но у меня нет выбора. Я всё исправлю, и когда смогу вернуться, я всё тебе объясню, — мужская рука дрогнула, когда он нежно коснулся румяной щечки мальчика.
— И когда это будет? — наконец решилась спросить Гермиона, ловя сожалеющий взгляд его серых глаз. — Я не знаю, Грейнджер. Могу обещать только, что постараюсь всё исправить как можно быстрее, а пока... Я молю тебя, — Драко нервно сглотнул, оставляя поцелуй на лбу сына. — Стань для него матерью. Пожалуйста, придумай историю, где его отец — хороший человек, который обязательно вернётся к своему сыну, — серые глаза парня снова увлажнились, а Гермиона осознала, что и сама плачет последние несколько минут, крепко прижимая к себе тельце мальчика. — Грейнджер, я обещаю. Я вернусь, я не оставлю, не брошу и не предам, — Малфой внезапно дернулся к ведьме, обрамляя её лицо в свои ладони. — Я в неоплатном долгу перед тобой, — прошептал волшебник, вдруг склоняясь к влажному от слёз лицу девушки.
Его сухие, как папирус, губы несмело опустились на её уста, и Гермиона всхлипнула, закрывая глаза. Он целовал её так благодарно и искренне, что ведьма потерялась в ощущениях, а когда всё же решилась ответить, тепло его губ и рук растворилось, словно он был лишь иллюзией её буйной фантазии.
И только проснувшийся мальчик на её руках, удивлённо изучающий её своими серебристыми глазами, подтверждал: случившееся — страшная правда, а не игра её воображения.