Ночные Вылазки
Фреду Уизли казалось странным, что его никогда не ловили за кражей еды с кухни, - особенно потому, что обычно он совершал вылазки исключительно в полночь. Он мог только предполагать, что это происходило по той простой причине, что смотритель Филч был уверен, что никому из студентов не известно, где она находится. Что было действительно глупо, учитывая, что Фреда и его брата-близнеца Джорджа уже не раз обнаруживали в тех местах, о которых никто не должен был знать.
Как бы то ни было, Фред был рад, что ещё не попадался, так как у него, Джорджа и Ли Джордана вошло в привычку ходить на кухню каждую неделю, предоставляя Филчу множество возможностей поймать их.
- Возвращаешься с очередной ночной прогулки? - сухо спросила Полная Дама, когда Фред подошел к её портрету.
- Вообще-то, я был у профессора Снейпа. Очевидно, он без ума от меня, так что дал мне эту кучу еды в знак своей симпатии.
- Именно, - сказала она и закатила глаза, посмеиваясь. - Пароль?
- Обезьянье рагу, - ответил Фред, и портрет, закачавшись, распахнулся. Юноша не без труда пролез в него (он не мог пользоваться руками, неся всю эту провизию) и почувствовал облегчение, обнаружив, что гостиная пуста.
По крайней мере, Фред думал, что она пуста. Он чуть не подскочил от неожиданности, когда услышал приглушенный сонный голос, который проговорил:
- Дурацкие кувшинки.
- Гермиона, - пробормотал Фред. Она готовилась к С.О.В. и П.А.У.К., хотя до С.О.В. было не меньше нескольких месяцев, а до П.А.У.К. - нескольких лет, по крайней мере, для неё. Фред уже в четвёртый раз обнаруживал её спящей в гостиной; она лежала на диване, а всевозможные книги были разбросаны вокруг и поверх неё. К тому же, у Гермионы была привычка разговаривать во сне. Покачав головой, Фред собрался её разбудить.
- Я поняла, кто это, Пенелопа, - пробормотала Гермиона. - Василиск.
Фред остановился. Он сразу же понял, что она переживает свой второй курс, тот момент, прямо после которого её и Пенелопу Кристалл обнаружили окаменевшими. Он взглянул на неё с жалостью. Он знал, что Рона преследуют кошмары о событиях, через которые он прошёл с Гарри и Гермионой, и Джинни постоянно снятся страшные сны о Тайной Комнате. Фред мог только вообразить те ужасы: гигантские пауки; змееподобные монстры, почти такие же большие, как драконы; встреча лицом к лицу с Тёмным Лордом, сражение с дементорами и тому подобное. Всё это, должно быть, сильно мучило их.
- Загляни за угол через зеркало! Возможно, он на свободе, - Гермиона застонала, её голос звучал испуганно. Фред восхитился её силой: справиться со всем, через что ей пришлось пройти...
- Давай, Миона, просыпайся, - прошептал юноша, положив еду на ближайший стол. - Время идти в кровать.
- Мы должны найти Гарри и Рона...
- Миона! - Фред осторожно потряс её за плечо.
- Ах! - Гермиона легко вскрикнула, Фред подпрыгнул, а затем осознал, что она, вероятно, достигла того момента в своём сне, когда василиск привел её в оцепенение. Теперь она казалась более расслабленной, и Фред неожиданно расхотел её будить. Он в изумлении смотрел на тетради и книги, рассыпанные по её телу и полу, складывая их в стопку на одном из столов гостиной. Когда он убрал «Продвинутый курс Трансфигурации» с её груди, она улыбнулась и довольно хихикнула.
Решив, что лучше её не будить, Фред просунул одну руку ей под спину, а другую - под колени, поднял её и прижал к груди. Он донёс Гермиону до женских спален, а затем поднялся наверх, где располагались комнаты пятикурсниц.
Вычислить кровать Гермионы было бы легко, даже если бы другие не были заняты. Постель была свежая, а прикроватная тумбочка - аккуратная и опрятная. В то время как остальные девушки разбрасывали повсюду журналы, косметику и одежду, территория Гермионы была абсолютно чистой, на прикроватной тумбочке лежал открытый томик «Истории Хогвартса». Фред аккуратно положил Гермиону на кровать, стараясь вести себя как можно тише, чтобы не разбудить её соседок по комнате.
Ему не стоило беспокоиться на этот счёт: свет от открытой двери озарял прямо кровать Парвати Патил и её лицо; она проснулась и заметила Фреда, а её вздох разбудил Лаванду Браун. Они обе, широко раскрыв рты, уставились на Фреда, слезавшего с кровати, на которую он только что уложил Гермиону, подоткнув ей одеяло.
Фред понял, что должен объясниться, но в нём взыграла его проказливая натура.
- Добрый вечер, дамы, - усмехнулся он. - Извините, что разбудил вас, я пытался... избежать этого.
Парвати бросила на него быстрый взгляд:
- Джордж? Джордж Уизли?
- Вообще-то, Фред, - весело сказал он, а затем прошёл к двери. - Спокойной ночи.
Когда дверь закрылась, он услышал, как Лаванда и Парвати зашептались. Усмехнувшись, представив, о чём они, скорее всего, говорят, он развернулся и пошёл вниз, чтобы забрать свой провиант.