Глава, в которой Драко говорит
Гермиона была на пике удовольствия от чувства исполненного долга и собственной значимости. Ей представилась возможность просветить неразумную официантку о том, что ей подали обычное мороженное, а не джелато, которое она заказывала, а также рассказать вышеупомянутой о разительных отличиях этих видов замороженных десертов. Карие глаза сверкали, ожидая похвалы и одобрения, и совсем не замечали ни возмущенного выражения лица девушки, которая их обслуживала, ни неловко опущенных глаз друзей, смущающихся столь нелепой ситуации. Однако, момент все же был испорчен скрипом стула и взором человека, который вальяжно сел напротив и заказал кофе. Новоприбывший оказался Драко Малфоем и не сдержался от выговора, насмешливо рассматривая героиню:
- Мерлин, Грейнджер! Ты как всегда в своем репертуаре. Видимо, твои дружки хорошо защищают тебя от толпы обиженных, раз ты до сих пор не поняла, что так себя вести нельзя. Это даже не то, что не красиво, а как минимум невоспитанно.
Пребывая на волне эйфории, гриффиндорка не задумываясь вступила с ним в перепалку:
- Но это правильно! Я как клиент имею полное право на достоверную информацию, и когда я заказываю джелато, я хочу получить именно его. Она ведь не виновата, что не разбирается, - указала Гермиона на девушку, подающую слизеринцу кофе. - А так я ей подсказала, и если удастся донести мои слова руководству, то это будет доброе дело для всех.
- Как всегда просто неподражаема, грязнокровка. Уж прости, но никто не будет реагировать на твои комментарии. Не будь так самонадеянна и подумай головой в каком мире мы живем. Ты пустое место для них, это раз. – он загнул один палец на руке прямо у нее под носом, а затем и второй. - Два, ты хоть слышала себя со стороны? Это явно не обычное замечание или комментарий для книги жалоб и предложений. Ты оскорбила девушку как минимум дважды, повторив в разговоре со мной, цитирую: «Она ведь не виновата, что не разбирается». Поверь, когда ты обратилась с замечанием все прекрасно поняли, что ты считаешь ее глупой. Люди не такие уж недалекие как ты думаешь, и отлично чувствуют полутона.
Он выдохнул и сделал глоток кофе, смерив всех за столом изучающим взглядом:
- Как видишь, даже твои друзья не вмешиваются, так как они понимают, что то, о чем я говорю – правда.
Блондин посмотрел на Гарри с гаденькой улыбкой и приподняв левую бровь, продолжил:
- Не думал, что негодяю вроде меня придется читать морали о поведении вашей подружке. Разве я не прав, Поттер? Это же ты у нас спаситель магического мира. Начни с малого – укажи этой дуре на ее ошибки. Или вы не лезете на рожон и просто стараетесь избегать ходить с ней в публичные места? Так это только усугубит ситуацию – совсем ведь дикая станет.
- Хватит, Малфой. С меня достаточно этого монолога. Твоя мотивация мне непонятна, а общество – неприятно. Так что иди куда шел и оставь нас в покое.
- О, я пришел туда, куда хотел. Считай, что я просто выполняю свой гражданский долг, дорогуша. Должен же кто-нибудь осадить такую как ты, раз другие неспособны. Прошу заметить, что никто здесь кроме тебя мне еще не возразил. Подумай об этом на досуге. Могу предложить тебе также уроки этикета, но ты не в состоянии позволить себе такого учителя как я...
- Спасибо за участие, Малфой. Боюсь и представить, что случится с обществом, без таких как ты. Но я бы все же попросила тебя убраться вон. Или стоит уйти нам?
- Делай что пожелаешь. Я лишь хотел выпить кофе. Думал, посижу рядом, по старой дружбе, раз мест свободных нет, - поболтаем о том, о сём. А тут еще и на цирковое представление успел. Теперь буду размышлять над тем, как забавно ты бы критиковала работу местного бармена, и он наплевал бы тебе в напиток. К тому же, кто-то ведь должен поднять настроение несчастной девушке, которую ты обидела... Кстати, сдаешь позиции, Грейнджер. Совсем не хочешь упражняться со мной в красноречии.
Девушка вздохнула, поднявшись со стула и натягивая шарф:
- Я просто выбрала тактику игнорирования, так как с тобой бесполезно спорить.
- Не поверишь, дорогуша, но в чем-то ты оказалась права. Только вот спорить со мной в этом случае бесполезно потому, что я прав, и, соответственно, могу гнуть эту линию до посинения, так как все аргументы на моей стороне, уж прости.
Она лишь хмыкнула в ответ на его комментарий, хотя в глубине души осознавала, что вновь повторила свою извечную ошибку, и ей стоило бы ее признать. Но делать это сейчас, перед всем презрением мира в лице мерзкого Малфоя, под молчаливое порицание Гарри и Рона? Кажется, она давно уже не ощущала себя такой разбитой, как сейчас...Что сделать, чтобы почувствовать себя лучше? Сорвать злость на наглеце? Поупражняться, так сказать, в красноречии. Но ведь он именно этого и добивается, гадкий хорёк.
Приняв решение, она вновь садится и произносит:
- Я была не права, Малфой. Благодарю. Похоже никто не может сказать мне правду, кроме тебя, и в этом тоже есть своя ирония. Как бонус сделаю комплимент твоей проницательности, - ты угадал, и я действительно не хожу больше с ребятами в кофейни, где делают кофе на вынос, так как там у нас есть возможность созерцать процесс приготовления, и я не раз делала замечания бариста. Приятно было пообщаться, хорошего дня.
Подхватив пальто и оставив на столе золотой галеон, похоже на чай той самой официантке, девушка быстро удалилась из кафе. Малфой вдоволь бы насладился нелепыми выражениями лиц оставшихся участников Золотого Трио, если бы не был под впечатлением от слов гриффиндорки. Безусловно, она не безнадежна.
***
Сказать по правде, эта суббота точно оказалась для Гермионы Грейнджер роковой, так как она встретила злосчастного Малфоя еще раз, но уже в замке. Она как раз сделала перерыв между восьмым и девятым параграфом в расширенном курсе по трансфигурации, и решила использовать это время с пользой – расчесав волосы. Страшно подумать, что с ними стало после стремительного возвращения в Хогвартс наперегонки с ноябрьским ветром. Чуть откинувшись назад, гриффиндорка злостно водила расческой по волосам сверху вниз, поминая Мерлина из-за того, как же сильно, даже под заклинанием, мягкая щетка застревает в копне её волос. Она уже сто раз пожалела, что начала это делать, как за спиной кто-то громко и пискляво произнес:
- Я конечно извиняюсь за вмешательство, девушка, но мне сложно остаться в стороне, ведь мой долг всем помогать и всех поучать. Вы, наверное, не совсем понимаете, что делаете, поэтому я должен уточнить, что волосы расчесывают не так. Вам показать, как правильно?
Обернувшись, Гермиона ощутила, как сердце упало в пятки, и она лишь устало произнесла:
- Тебе не хватило сцены в Хогсмиде? Или ты наоборот специально выискивал меня чтобы повторить? И что с твоим голосом Малфой?
Тот же сразу переменился в лице и строго ответил:
- О, зачем же выискивал, просто прогулялся в библиотеку на досуге, кто же знал, что ты здесь. А по поводу комментария - я, дорогуша, лишь попытался представить себя на твоем месте. Неужели получилось непохоже? И вот что. Твой первый урок этикета – не стоит отвечать вопросом на вопрос, поняла?
Она лишь ошалело кивнула, вызвав у него довольную ухмылку:
- Если ты закончила зубрить, то будь добра – следуй за мной.
Сначала, Гермиона хотела возразить, однако что-то в его тоне заставляло послушаться. К тому же, у неё есть волшебная палочка, да и уйти она всегда сможет. Приняв решение столь легко, она сама удивилась и, быстро собрав принадлежности, встала возле него с полным решительности лицом:
- Я не знаю, на что соглашаюсь, Малфой, но надеюсь ты понимаешь, что я далеко не безобидная. Я иду с тобой лишь потому, что устала ошибаться, а ты, похоже не против бросить себе небольшой вызов. Так сказать, выполнить свой гражданский долг, я права?
- Рад снова видеть старую добрую Грейнджер, чуть что – не глядя сама лезет прямо в пекло. Но да, угадала, я все всегда довожу до конца, и похоже сегодня я взялся за твое воспитание. Раз ты сама признала, что я неплохо с этим справляюсь, то доверься мне и будь послушной, согласна?
- Посмотрим, - отрешенно ответила Гермиона, невольно вспомнив, что самым пеклом для нее стала гостиная Малфой-Мэнора, куда ее привели силой.
Вместе они пошли по коридорам, стараясь выбирать менее людные проходы, избегая чужих взглядов. Удивительно, но в голове у девушки было пусто, а сама она была сосредоточена и спокойна. Всем гриффиндорцам это знакомо, - примерно такие же ощущения появлялись всегда, когда нужно было смотреть в глаза неизвестности.
***
- С чего начнем? – весело спросила девушка, как только они переступили порог Выручай-комнаты.
- Ты слишком энергичная, Грейнджер. Видимо, тебе и правда нравится узнавать что-то новое... – сказал Драко, и заметив неловкий утвердительный кивок, похвалил. - Твой энтузиазм нам точно пригодится. Но начнем мы с малого. Скажи, какое последнее замечание я тебе сделал?
Заметив ее недоумевающий взгляд, парень добавил:
– Я просто поражен. И это лучшая ученица школы Хогвартс? На мой взгляд, при обучении важно быть сознательным и активным. И если со вторым пока проблем нет, то по поводу осознанности усвоения тобой знаний, понимания сущности проблемы и убежденности в значимости получаемой информации, у меня есть вопросы. Если ты не видишь свои ошибки, даже когда тебя тычут в них носом, то извини, - у нас не получится их исправить. Вот почему твои друзья лишь навредили, прикрывая неправильность твоего поведения. Давай, вспоминай.
Резкие смены настроения Малфоя, его тон и смысл слов, в совокупности с ситуацией, в которой она оказалась, ввели гриффиндорку в легкий ступор. Удивительно, но слизеринец был не просто ядовит и образован, но также умел объяснять и указывать, виртуозно давая понять, кто здесь главный. Эти открытия немного поразили Гермиону, но она решила пока забыть об этом, и сосредоточится на их уроке:
- В библиотеке. Ты сказал, что я неправильно расчёсываю волосы, а еще отвечаю вопросом на вопрос.
- Молодец. Садись перед зеркалом и давай мне расческу.
Комната, всегда прислушивающаяся к желаниям посетителей, превратилась по их прибытию уютное помещение в бежевых тонах. В центре жарко горел камин, освещающий диван, кресло, журнальный столик и два стеллажа с книгами. По левую сторону, в тени, стояла постель, а также располагалась дверь в уборную. Справа же красовалось резное зеркало во всю стену, а рядом с большим кустом лимона в углу стояло несколько бордовых пуфов.
Девушка достала расческу из сумки, вручив ее Драко, скинула мантию и присела прямо на белый ковер посреди комнаты, садясь лицом к зеркалу. Когда же слизеринский принц встал на колени за ее спиной, и поймал отражение глаз в зеркале, Гермионе стало немного не по себе.
- Это показательное выступление по-твоему? Или мне нужно самому принести тебе пуф чтобы ты села по-человечески? – вкрадчиво спросил он, гипнотизируя их отражение и мягко касаясь щеткой волос.
- Мои извинения, милорд. Но я не нарушила указаний, данных мне. Перед зеркалом – села, расчёску – дала. Остальное, лишь детали, но простите, если я вас расстроила, – на минуту она сама опешила от своей наглости, но эта игра, похоже забавляла их обоих, так как упреков больше не поступало, а выражение лица Малфоя стало очень задумчивым.
Под треск камина Драко Малфой расчёсывал волосы Гермионы Грейнджер. И стоит согласится, он явно делал это лучше, чем она. С ума сойти, конечно. Но это только начало, учитывая то, как остро гриффиндорка реагировала на такую нехитрую ласку, и как тяжело ей было не выдать себя, подавляя шум в голове и нарастающее напряжение в животе.
Через некоторое время их взгляды вновь встретились в зеркале и он, наклонившись ближе, шепнул ей в ухо:
- Итак, мисс Грейнджер. Практическая часть занятия подходит к концу, и я хочу услышать все выводы, сделанные вами за сегодняшний день. Надеюсь, вы были внимательны и не разочаруете меня.
Безусловно, от слизеринца не укрылись ни расслабленная поза, ни легкий румянец, ни сбитое дыхание девушки. Малфой тоже не остался равнодушным от ощущения полного контроля над ситуацией. Он не просто так взялся за нее, признав, что она не безнадежна, пусть и грязнокровка.
Сейчас, наблюдая за поведением гриффиндорки, Драко испытывал особо сильное удовольствие в предвкушении последующего продолжения. Что ж, просто удовлетворение желаний тела никогда не было великолепным без накала эмоций, болезненного ожидания и длительной распаляющей прелюдии. Подобное просто так не получить, - пресыщенный жизнью и всеми ее соблазнами, он знал в этом толк. Острая на язычок львица, которая умеет и любит играть, будет отзывчива в постели и интересна вне нее, а также, скорее всего, являющаяся девственницей, которая готова его слушать и следовать указаниям. Что ж, со многими предыдущими партнершами, даже дойдя до полового акта, он далеко не всегда был так доволен и возбужден, как сейчас.
Когда девушка наконец приоткрыла рот, сперва чуть облизав губы и сглотнув, чтобы дать ответ, он ощутил каждое её слово пульсацией в своем члене.
- Я бываю неправа. Мне нужно совершенствоваться, а для этого нужно признать свои ошибки. Также, нельзя проявлять неуважение к собеседнику отвечая вопросом на вопрос.
То, как она смотрела, боясь разорвать зрительный контакт, и то, как тихо, немного неуверенно она говорила, признавая его главенство и власть, сыграли свое и Драко, не удержавшись, прижался к ее телу, давая понять, что легко ей не отделаться:
- Это не все, думай еще.
- Если что-то делаешь плохо, то лучше попросить кого-нибудь о помощи.
- Да, мисс, это тоже верные выводы, - похвалил он, накручивая ее волосы на кулак и легонько потягивая, – но должно быть ещё кое-что. Дать вам подсказку?
Голова гриффиндорки чуть запрокинулась, и Гермиона выгнулась, оголяя шею и выпячивая грудь, плохо справляясь с его влиянием:
- Да, пожалуйста.
- Это связано со мной, – он растягивал слова в своей фирменной манере, и будто очерчивал их на теле девушки. Отпустив волосы, Драко скользнул от лопаток вниз по спине, а потом на талию и задиристо приподнял её рубашку касаясь живота. Их тела были теперь тесно прижаты и немного покачивались в такт друг другу. – Так какие выводы могут быть связаны со мной?
- Я поняла, что нет лучшего учителя для меня чем вы, милорд. Вы не будете меня жалеть, закрывать глаза на мои несовершенства или же лгать мне. Только вы справитесь с такой нелегкой задачей.
Гермиона уже не помнила себя. Она и не думала, что возможно так упиваться чьим-то присутствием, властными руками, направляющими ее, горячим телом, которое тоже льнет ближе, и голосу с приказными нотками, заставляющему хотеть большего, но никак не думать...
На пике эмоций ее осенило так, что она выкрикнула, захлебываясь чувствами:
- Я поняла, что хочу вас.
Тяжелые ладони сжали ее, увлекая наверх. Слизеринец поднял ее, развернув к себе лицом, и понес к кровати подхватив поудобнее, скользя жадными прикосновениями по ягодицам:
- Очень правильная формулировка, мисс. Вы заслуживаете на отметку Превосходно.