Недолго, но счастливо
Драко
– Гермиона... Моя Гермиона... – шептал я сквозь сон. А когда проснулся утром, то мысленно обрадовался, что Снейп тогда просил сварить Зелье Тайн, а не сейчас. Если бы Гермиона узнала, какие мне снятся сны с ее участием... Она бы дала мне пощечину. Я улыбнулся своим мыслям. Когда я вышел из своей спальни, было шесть часов утра. Но я увидел, что на полу сидит Гермиона и она... плачет? – Гермиона? Тише... Все хорошо... Что случилось? – я крепко обнял ее, прислонившись подбородком к ее макушке.
–
Драко... я... мои родители... – Что с твоими родителями? – спросил я обеспокоено. – Они... Пожиратели Смерти... напали на них... – она продолжала плакать. – Они живы? – Да... Орден взял их под свою защиту, – ответила она, а я облегченно вздохнул. Пожиратели хотели добраться до ее родителей, чтобы потом добраться до нее... Гермиона выглядела такой беспомощной. Я знаю, что это было плохо с моей стороны, но я поцеловал ее. Очень нежно и как бы успокаивающе. – Все хорошо... Успокойся... Она улыбнулась, а потом сказала: – Драко, ты такой хороший... Самый лучший... – Нет, это ты самая лучшая, а я – зло, – насмешливо сказал я. – Невероятно красивое, но, все же, зло... А она рассмеялась. Я этого и добивался. – И очень скромное зло, – с сарказмом сказала она и опять рассмеялась. – Ты изменила меня... – прошептал я. – Нет. Я просто раскрыла тебя настоящего, – ответила она. – Я люблю тебя, ты же веришь мне? – спросил я, чтобы удостовериться. – Да... Как я могу не верить такому очаровательному хорьку... – Хорьку?! – я притворно возмутился, а она рассмеялась. – Ты продолжаешь звать меня хорьком?! – Да. Но ты очень милый хорек... – Ну, все... За это я тебя... – я навалился на нее и начал щекотать. Потом она начала меня щекотать, а я убегал от нее. Потом я повалил ее на диван и щекотал ее, а она сквозь смех кричала что-то вроде «Драко, хватит! Я сейчас лопну от смеха!». Но это оказалась лишь игра. Она навалилась на меня так, что мы вместе упали с дивана. И она оседлала меня. Это уже начинало походить на мой сон... Ох... Она потянулась ко мне, чтобы поцеловать... но это тоже оказалась игрой! Но я не дал ей осуществить задуманное, потому что перевернулся вместе с ней. И получилось, что теперь я ее оседлал. Я щекотал ее до тех пор, пока кто-то не крикнул: – Гермиона, что здесь происходит?! – это оказался Уизли. Черт! Опять этот Уизли вместе со своим Поттером! – Он приставал к тебе?! Мы с Гермионой встали, а она начала оправдываться: – Это не то, что вы подумали... – но Уизли ее не дослушал. Он со всей силы ударил меня по лицу. А я этого не ожидал, поэтому и не увернулся. Я потерял сознание. Очнулся я в больничном крыле. – Мадам Помфри, он очнулся, – сказал голос Гермионы. Кто-то держал меня за руку. Гермиона... Ко мне подбежала медсестра и сказала: – Хорошо. Отдыхайте, мистер Малфой. У вас есть десять минут, чтобы поговорить с друзьями и учителями. А потом я дам вам Зелье Сна. – Драко! – воскликнула Гермиона и обняла меня. – Малфой... – мы были не одни. Я огляделся. Поттер, Уизли, Панси и Блейз. – Малфой, прости меня... это... я не знал, что вы с Гермионой... ну... встречаетесь, – щеки Уизли по цвету были схожи с волосами. – И мы против, – заявил Поттер. – Но... если ты действительно ее любишь, то... – Представь себе, Поттер. Я действительно ее люблю, – сказал я и назло всем страстно поцеловал Гермиону. Моя Гермиона... Поттера и Уизли от этого передернуло. А я в мыслях улыбнулся. Панси и Блейз были не против того, чтобы я встречался с Гермионой. Я бы даже сказал: им было все равно. Потому что они были больше увлечены друг другом, а не нами. – Мистер Малфой! – ко мне подошел профессор Снейп. – Что случилось? У нас есть информация, что это мистер Уизли вас избил! Я подумал и решил, что было бы неплохо завоевать доверие Поттера и Уизли. Во-первых, они друзья моей любимой девушки, во-вторых, они помогут мне, если я решу не быть Пожирателем, и, в-третьих, нужно же хоть раз в моей чисто слизеринской жизни проявить гриффиндорское благородство! – Нет, что вы, профессор. Откуда такая информация? Я упал с лестницы... – И это именно лестница поставила вам фингал под глазом? – насмешливо спросил Снейп. – Именно она, профессор, – сказал я невинным тоном. Уизли очень удивился. А Поттер вообще открыл рот. – Ладно, мистер Малфой. Выздоравливайте. – И Снейп ушел. – Почему? – одновременно спросили Поттер и Уизли. – Потому что вы лучшие друзья моей девушки, а если бы я вас подставил, то Гермиона не дала бы мне... У всех их были такие лица!.. Надо было сделать колдографию! – ... себя целовать, – через некоторое время добавил я. И все они рассмеялись. – А вы что подумали? – невинным тоном спросил я. – Малфой! Не шути так... Когда все ушли, Гермиона решила остаться со мной: – Спасибо, – сказала она. – За что? – За все... – прошептала она и поцеловала меня. ***
Гермиона
После того, как я навестила Драко, я сразу пошла к себе в спальню. Через несколько часов мадам Помфри его отпустила. Но было уже поздно для разговоров. Мы просто легли спать. Каждый в свою комнату. Я поднялась ночью из-за того, что мне приснился очень страшный сон. Я как будто была в каком-то странном замке... Но не в таком, какие бывают в сказках. Этот замок был воплощением зла. Я его уже где-то видела... Только никак не могла вспомнить где. – Что нам делать, Беллатриса? – спросил шипящий голос. Я обернулась, там стоял лорд Волан-де-Морт. – Милорд, эта девочка оказалась очень умна, раз смогла уйти от двух Пожирателей... – пролепетала Беллатриса Лестрейндж. – Молчать! Я спросил не об ее умственных способностях! Я спросил: что нам делать? Какое слово в предложении: «что нам делать?» тебе не понятно, Беллатриса? – Она уже здесь, милорд, – тихо прошептала она и убежала. – Здравствуй, Гермиона, – он повернулся ко мне. – Как поживаешь? – Гарри убьет вас, – сказала я с уверенностью. – Всех вас... А он рассмеялся. От души рассмеялся. – Убьет? Меня? Самого могущественного волшебника всех времен может убить шестнадцатилетний мальчишка?! О... а я думал, что ты умнее... Я промолчала. – Ты хорошая девочка, Гермиона. Присоединяйся к нам... Твой бойфренд все равно Пожиратель Смерти! Что ты теряешь? Или на войне ты хочешь сражаться против него? Ты же любишь его, я знаю. И ты сможешь наставить на него палочку? – Запомни, Драко и я будем сражаться на одной стороне. И не на твоей, – зло сказала я. – Нет. Либо вы оба будете на моей стороне, либо он будет на моей стороне, а если он предаст меня, я убью его... – НЕТ! – взревела я. – Авада Кедавра! – прокричал он, направляя палочку на меня. – А-а-а-а-а-а-а! – я проснулась от своего же крика. По моему лицу лились слезы. Это первый раз в моей жизни, когда я проснулась в слезах... У меня началась истерика. И тут в мою комнату кто-то открыл дверь. Я закричала еще громче. – Гермиона! Впусти меня! – говорил Драко. Просто на комнаты старост наложены заклятья, чтобы без моего разрешения Драко не сможет войти в мою комнату. – Я, Гермиона Джейн Грейнджер, разрешаю войти Драко Люциусу Малфою. Драко вошел и сел ко мне на кровать. – Что случилось? Тебя кто-то обидел? – спросил он. А я просто качалась из стороны в сторону и плакала. – Гермиона! – он потряс меня за плечи. – Мне... приснился кошмар... Он облегченно вздохнул и уже более спокойно произнес: – Все хорошо. Это был всего лишь сон... – он крепко обнял меня. – Не хочешь рассказать, о чем был этот сон? – Он был таким реалистичным. Мне снился Волан-де-Морт. Он сказал... что убьет тебя, если ты его предашь... – я понимала, как глупо это звучит, но Драко не рассмеялся.
–
И из-за этого ты плакала? – как-то странно спросил он. Я молча кивнула. – Не волнуйся. Выход найдется. Я стану шпионом Дамблдора. Меня научат оклюменции... – Драко, ты точно будешь сражаться на нашей стороне? – тихо спросила я. – Конечно... – Почему? – Ради тебя... – Только ради меня? – удивилась я. – Да... Если бы ты была Пожирателем Смерти, я бы тоже им был. Если бы ты струсила и убежала от этой войны, я бы убежал с тобой. Если бы ты решила отказаться от магических способностей и жить в мире магглов, я бы тоже это сделал. Я никогда не слышала ничего лучше этих слов... – А если бы меня не было в твоей жизни? Что бы ты делал? – Я бы остался Пожирателем только ради семьи. Ради матери... – тихо сказал он. – Но... что будет с ней, когда ты попросишь защиту Дамблдора? – спросила я. – Нарциссу я попрошу спрятаться где-нибудь, чтобы ее охранял Орден. А на отца мне наплевать. Если будет нужно сражаться против него, я с готовностью возьму палочку. – Драко... а что ты будешь делать после войны, если мы выиграем? – мне было интересно услышать ответ на этот вопрос. – Я повезу самую лучшую девушку на свете в Малфой-мэнор, мы поженимся. Там она будет жить со мной. У нас будет десять славных маленьких блондинов. И мы проживем долгую счастливую жизнь, пока не умрем в сто шестьдесят лет... Я рассмеялась. – Ну и кто она? – спросила я с притворным удивлением. – Она лежит со мной на этой кровати... – Малфой! Ты такой высокомерный! – я сделала вид, что крайне возмущена, хоть мне было приятно это слышать. – А если я не соглашусь выйти за тебя? – Хм... тогда мне придется поменять свой план на будущее. Я повезу самую лучшую девушку на свете в Малфой-мэнор. Она, разумеется, будет связана и с кляпом во рту. Я под Империо заставлю ее выйти за меня замуж. Опять же под Империо мы сделаем десять славных блондинов. И проживем долгую счастливую жизнь... – Почему сразу блондинов? – возмутилась я. – Знаешь, когда твоя прабабушка – вейла, то в твоем роду (независимо от матери) еще три поколения все будут блондинами... – В первый раз такое слышу... – я прекрасно понимала, что он все это выдумал. – Гермиона... – он вмиг стал серьезным, – что бы не случилось, знай, что я всегда буду рядом. Если я не буду рядом, то у меня на это есть серьезные причины. Ну... такие как: смерть, тяжелое ранение, неизлечимая болезнь... Я рассмеялась. – Мне показалось, что в том сне, Волан-де-Морт говорил, что охотится за какой-то девушкой. Не знаю... была ли это я или нет... Драко как-то напрягся. – Ты что-то знаешь? Он судорожно сглотнул. – Драко? – Нет. Все хорошо. Это был всего лишь сон... Мне показалось, что в последнее время, Малфой слишком часто говорил: «все хорошо» или «успокойся». – Драко, ты что-то от меня скрываешь... – это был не вопрос, а утверждение. – Ты хочешь мне что-то сказать? – Нет. Ничего. – Тогда, ладно, – я пожала плечами и поняла, что очень хочу спать. Так я и заснула в объятиях Драко. Но, знаете что? Я поняла, где видела этот замок. Я видела его, когда погружалась в тайны Драко... ***
Драко
Я проснулся от душераздирающего крика. Крика Гермионы. Я открыл дверь ее комнаты, но войти не смог из-за заклятья. В моей голове вертелось столько разных образов, в которых в спальню Гермионы врывались Пожиратели и забирали ее с собой... Но у Гермионы была истерика. Она то скулила, то плакала, то качалась. Мне еле удалось ее успокоить. Говорить о том, что ее ищет Темный Лорд совсем не хотелось: это значило напугать ее еще больше. Мне это было ни к чему. Заснул я с ней вместе, радуясь этим чудным мгновениям... Я встал утром. Поздно утром. Но в моих объятьях никого не было... – Гермиона! – я испугался. По-настоящему испугался. – Где ты? И тут я увидел записку: Я пошла в совятню, чтобы (как ты, наверное, догадался) отправить письмо. Буду скоро. А потом можем прогуляться. Сегодня намечен поход в Хогсмид.
Люблю... Твоя Гермиона.
Особенно мне понравились три слова: «Люблю... Твоя Гермиона». И тут в окно влетела сова. Она бросила мне конверт, покружилась и улетела обратно. Здравствуй, Драко... Я бы очень хотел поговорить с тобой. Приходи сегодня в Хогсмид (я знаю, что сегодня все из Хогвартса там будут) в 12:00 дня в гостиницу «Драконье сердце». Если не придешь, поверь мне, ты отправишься туда же, где сейчас твой кузен Скорпиус.
Отец.
Мало кто знал о моем кузене Скорпиусе. Ему было семнадцать, когда его мать, Беллатриса, убила его из-за того, что он отказался выполнять его задание... Папина сова заколдована. Если сову перехватят, письмо самоуничтожается. «Драконье Сердце»? Ого... Эта гостиница точно не для школьников. И что мне делать? Идти? Не знаю... Наверное, идти. Я хочу больше узнать о планах Волан-де-Морта. Но... что делать с Гермионой? На этот вопрос нашлось два ответа: Поттер и Уизли. На завтраке я пошел к своему столу, а Гермиона к своему. Я постарался встретиться глазами с Поттером. Я многозначительно посмотрел на него. Он лишь вопросительно поднял брови. Я подождал, пока Гермиона отвернется и леветировал записку Поттеру: Поттер, нужно поговорить. Без Гермионы. Прихвати с собой Уизли. После завтрака около гобелена с жирафом. Д.М. Я выжидающе на него посмотрел. Он кивнул. Почему именно гобелен с жирафом? Это очень просто. Он располагался на третьем этаже на всю стену. Его не заметил бы только слепой. – Что тебе нужно, Малфой? Если ты парень нашей подруги, это не значит, что ты автоматом стал нашим другом, – сказал Поттер вместо приветствия. – Поттер, это касается ее же безопасности! – Мы тебя слушаем... – пробурчал Уизли. – Через полчаса все идут в Хогсмид. Мы с Гермионой хотели сходить вместе, но в двенадцать часов мне нужно быть кое-где. Ни в коем случае нельзя, чтобы она была одна. Желательно, чтобы она была не только с вами. Например, возьмите Лонгботтома или Лавгуд. И вообще, ходите по людным местам. Это важно. Никогда не упускайте ее из виду. Держите за руку, – я только что читал лекцию об осторожности гриффиндорцам?! Нет... этого просто не может быть. – Малфой, что-то должно произойти? – серьезно спросил Поттер. – Просто следуйте моим указаниям, если она вам дорога так же, как и мне. Поттер и Уизли пообещали, что с Гермионой все будет хорошо. Будем надеяться, что так и будет. – Гермиона, я как-то плохо себя чувствую... Сходи лучше с Поттером и Уизли. Вы все равно редко видитесь. А я пойду в лазарет и попрошу зелье от простуды. – Драко... все в порядке? – она поднесла руку к моему лбу. – Да. – Ладно... – она растерялась. – Тогда я, правда, пойду с Гарри и Роном. – Вот и отлично. Повеселись, – я подождал, пока она с Поттером и Уизли скрылась, и сразу же пошел в «Драконье Сердце». – О, привет, Драко. Я рад, что ты решил еще пожить. Присаживайся, – сказал Люциус, когда я вошел в им заказанный номер. Я сел на кресло, а Люциус сидел в противоположном, попивая вино. – Как дела в школе? – спросил он.
– Давай сразу к делу. Хватит изображать из себя примерного отца. У тебя плохо получается... – вообще, это было глупо говорить такое. Мой отец очень злится, когда я ему перечу. – Хорошо. Мало того, что ты не пришел на последние три собрания, так ты еще общаешься с грязнокровкой Грейнджер! – закричал он и разбил бокал вина. – Не называй ее так, – спокойно поправил я. – Ты умный мальчик, Драко. Ты молодец. Подружиться с Грейнджер было хорошим планом. Так говорит Темный Лорд. Будь моя воля, я бы уже убил тебя. – Спасибо за честность. Какой-то наполовину-человек-наполовину-змея любит меня больше, чем собственный отец! Класс! Я в восторге! – с сарказмом сказал я. Постойте... Волан-де-Морт одобряет мою дружбу с Гермионой? – Драко, Темный Лорд в ближайшее время пришлет тебе сову. Там он попросит тебя кое-что сделать. Ты это сделаешь? – Нет. Я сожгу его письмо, не открывая. Люциус ударил меня по щеке. – Повторяю: ты сделаешь все, о чем тебя попросит Темный Лорд? – Нет. Последовал еще один удар. – Сделаешь? – НЕТ! – выкрикнул я. – Круцио... – спокойно произнес отец. Мое тело пронзила невероятная боль... только о ней ты и думаешь... боль... Лучше умереть, чем чувствовать это... боль... боль... боль... боль... – Сделаешь? Я не ответил. А действие заклинания усилилось в десять раз. – СДЕЛАЕШЬ?! – Да... – я был готов сделать что угодно, лишь бы прекратилась эта боль... – Вот и отлично, – сказал отец и ушел. Я остался лежать на холодном полу. Что я только что наделал?..