𝒵𝒶𝓅𝓇𝑒𝓉𝓃𝒾𝒾 𝓈𝑜𝓎𝓊𝓏

Гермиона Грейнджер сидела за своим столом в Министерстве магии, её взгляд был сосредоточен на бумагах и отчетах, раскиданных перед ней. Её мысли не оставляли те таинственные происшествия, которые начались с исчезновения магических артефактов и закончились серией ночных нападений на магов. Её интуиция подсказывала, что всё это связано между собой, и она не могла не заметить, что за всеми этими событиями маячила одна фамилия — Малфой.

Драко Малфой. Её ненависть к нему была глубока и непреложна. Она никогда не могла простить его за его участие в войне, за то, что он был на стороне, пытавшейся уничтожить её мир. Даже после войны, когда он пытался изменить себя, его фамилия оставалась для неё символом зла. И вот теперь, когда её расследование наткнулось на улики, указывающие на его участие в «Ночной тени» — самой таинственной из преступных группировок — она понимала, что её личная ненависть может стать её самым большим оружием или самым большим препятствием.

Гермиона глубоко вздохнула, проведя пальцами по ребру стола. Она была одной из лучших следователей в Министерстве, и её интуиция никогда её не подводила. Но сейчас она не могла позволить себе ошибку. Малфой был хитрым и изворотливым, и если она не будет осторожна, то сама окажется в его ловушке.

Скользнув взглядом по очередному отчёту, она заметила, что среди магов, замеченных в действиях, связанных с «Ночной тенью», был человек, чьи следы вели прямо к Малфою. Вспоминать его лицо было неприятно, оно было однозначно запомнившееся, всегда с насмешкой или холодом, как тот, что она видела в его глазах на Деревне Мортонов, когда он однажды пытался её убить.

— Гермиона, ты в порядке? — раздался голос Лаванды Браун, её коллеги и подруги, прерывая её мрак.

— Да, Лаванда, всё в порядке, — холодно ответила она, не скрывая напряжения. — Мне нужно больше информации по новому делу.

Лаванда кивнула и повернулась к своему столу, а Гермиона снова взглянула на бумаги. Её план был прост: найти доказательства, что Малфой был связан с «Ночной тенью», и остановить его, прежде чем он снова начнёт сеять хаос. Но теперь, когда она готовилась к встрече с ним, её сердце сжималось от напряжения. Он был её противником, её кошмаром. И она обещала себе, что больше не даст ему шанса