...

Антон, сонный и помятый, прошлепал в кухню. Он вопросительно уставился на стоявшего у окна Арсения, заметив полупустую бутылку пива у него в руке.

— Хорошее начало дня, — оценил парень и, пройдя к холодильнику, по-хозяйски открыл его и достал и себе бутылку холодного пива.

— Поставь на место, — произнес спокойно Попов.

— С чего бы? — проигнорировав указание, Шастун открыл и пригубил пиво.

— Надо поговорить, — Арсений неодобрительно смотрел на парня, который сел за стол и вопросительно склонил голову.

— Что-то не так?

— Слушай, Антон, — Попов стоял, оперевшись поясницей о подоконник, не спуская с него глаз. — Что это за хрень вчера была?

— В смысле? — идеальное удивление.

— В прямом! — Арсений понимал, что именно надо сказать, но, сука, как это сформулировать? — Ты вообще хоть что-то помнишь со вчерашнего вечера?

— Всё помню! — уверенный спокойный ответ.

— Значит, помнишь и то, что ко мне приставал… — мужчина нахмурился.

— А, ты об этом, — соблазнительная улыбка появилась на смазливом лице. — Так это же шутка была, — все эмоции вмиг исчезли, лишь глаза внимательно следили за реакцией собеседника.

— Шутка? — взвился Попов. — Меня так профессионально в жизни никто не клеил!

— Сочувствую, — Антон попытался скрыть снисходительную улыбку поднесенным к губам горлышком бутылки.

— Значит, ты не отрицаешь, что приставал ко мне? — уточнил Арсений, и его свободная ладонь сжалась в кулак.

— Успокойся, — серьёзно отозвался Шастун, заметив это. — Я не гей! Но если бы им и был, то к тебе с сексуальными намерениями не полез бы… — он быстро скользнул по телу Арсения взглядом. — Ты не привлекаешь меня, как мужчина. Ты не в моем вкусе, что ли… — короткое изящное пожатие худыми плечами, как логическое завершение фразы.

Попов задумался, а пиво, которое должно было его расслабить, наоборот, ударило в голову.

— Что-то не совпадает! — вопросительный взгляд заставил продолжить. — Ты сам пару дней назад говорил, что у меня красивое тело и смазливое лицо, а теперь утверждаешь, что я не в твоем вкусе?

— Так бывает! — безразлично отозвался Антон.

— Нет, не бывает! Если ты считаешь меня красивым, то значит, я в твоем вкусе! — повысил голос Арсений.

— Арс, ты чего?

— Ничего. Просто признай это!

— Ладно, признаю, — подавил усмешку парень.

Попов удовлетворенно кивнул и потёр лицо.

— То есть тебя, гомофоба, устраивает тот факт, что ты в моем вкусе… — вкрадчиво проговорил Антон, а в глазах уже прыгали чёртики.

— Ну, если это при условии, что ты был бы геем, то — да, — мужчина задумался. — Так, по крайней мере, логика в словах появилась...

— Арс, — обратился Антон аккуратно, привлекая внимание. — А ты правильно понимаешь понятие «гомофоб»? — и, не сумев сдержаться, прикрыл рот рукой, но улыбка тут же сменилась звонким смехом.

— Слушай, Антон, иди нахуй!

— Собирался вчера, — сквозь смех отозвался тот. — Но ты же не захотел!

— Антон, а не заткнуться бы тебе? — раздосадовано проговорил Арсений, поняв наконец-то всю абсурдность ситуации. — Я — гомофоб, а ты больше не приближаешься ко мне, и закончим на этом! — Попов направился к выходу из кухни.

— И всё же, — подавив смех, заговорил Шастун. — Арс, всё тобою сейчас сказанное как-то не подходит к образу гомофоба, — Антон сидел спиной к остановившемуся мужчине.

А тот прекрасно понимал, что пиво, выпитое на похмелье, притупило логическое мышление, и вместо разбора вчерашней ситуации вышла полная хрень! И это безгранично нервировало!

— А к твоему образу, — Арсений склонился и проговорил твёрдо в самое ухо парня, — не подходит подбитый глаз! — и быстро удалился.

***

— Арс, выйди, забери у курьера мой заказ, — вопросительный взгляд заставил Антона продолжить: — Я заказал еду. Её уже привезли. Выйди — забери.

— В смысле — ты заказал еду?

Теперь удивился Антон:

— А с чего ты вдруг решил, что я буду готовить себе завтрак? Ты мне приготовить поесть не удосужился, слава Богу, так как готовишь ты так себе. И я заказал еду с доставкой на дом.

— Как ты узнал адрес и чем расплатился? — пробормотал опешивший Арсений.

Шастун нахмурился, с утрированной тревожностью смотря на собеседника.

— Арс, я понимаю, что программисты, они, точнее, вы, по сути, немного туповаты в реальной жизни, но ты, по-моему, возглавляешь рейтинг самых отсталых…

— Я задал вопрос! — грубо произнёс Арсений, пропустив мимо ушей поток дерзости.

— Хорошо, сейчас всё доступно объясню, — Антон начал чересчур размеренно выговаривать слова, как будто переживал, что если он заговорит быстро, то смысл сказанного до Арсения может не дойти. — У меня есть телефон и доступ к интернету… дебетовая карта… Мне продолжать?

Попов кивнул, хотя уже понял, что парень просто воспользовался определителем своего местоположения, а оплатил заказ через систему банковских услуг, но занять Шастуна чем-то нужно было, пока Арсений пытался осознать: Антон пользуется его частичным доверием, знает своё местоположение и не пытается сбежать или позвать на помощь — он просто живет бок о бок со своим похитителем, а теперь сообщником, и пусть не всегда доволен этим сосуществованием, но и не уходит. Вопрос: почему?

— Арс, так ты заберёшь мой заказ? — дошел до слуха задумавшегося мужчины требовательный голос.

— Заберу, только свали отсюда! — рыкнул тот, недовольный тем, что его вновь потревожили, и парень, пожав плечами, удалился, оставив в одиночестве вновь задумавшегося над вопросом: «Почему Антон все еще здесь?» мужчину.

***

Оставшуюся часть дня Попов провёл в ноутбуке, старательно не замечая Антона, а тот, находясь на кухне, переключался с электронной книги на телефон и к Арсению не приставал.

— Слушай, Арс, — обратился парень, сидя на подоконнике на кухне, когда мужчина вошёл.

— Чего? — даже не глянув на собеседника, а заглянув в холодильник, поинтересовался тот.

— Ты извини меня за вчерашнее…

А вот это привлекло внимание.

— Я привык к подобным играм с друзьями, ну вот и вышло так…

В голове Попова яркими кадрами всплыли воспоминания: откровенно ластящийся Антон, бесцеремонно оглаживавшие его тело изящные ладони, фразы с явным сексуальным подтекстом… Пришлось прервать поток кадров, так как организм тоже вспомнил это всё и решил отреагировать…

— Игры? — уточнил Арсений, незаметно сжимая кулаки, снимая напряжение.

Шастун закивал с самым невинным видом, тем самым очень подкупил Попова.

— Ещё раз себе со мной такое позволишь — въебу, уяснил? — вышло жёстче, чем хотелось… Хотя хотелось уже совершенно другого, а этот другой мило улыбался, сидя на подоконнике, и с невинным видом наслаждался курением.

Мотнув недовольно головой, Попов опять заглянул в холодильник, но уже и забыл, за каким хером он туда полез. Ах, да — найти что-то поесть!

— А можно мне сегодня в клуб? — вкрадчиво прозвучало сзади.

Арсений нахмурился:

— Зачем? — глупый вопрос вырвался сам собой.

— Я давно друзей не видел, — Антон встретил выжидающий взгляд мужчины. — И просто развлечься хотел…

— Нет! — холодное и безапелляционное.

— А-арс, — протянул парень и соскользнул с окна.

— Антон, по-моему, ты забыл, в качестве кого ты здесь находишься…

— Да все я прекрасно помню, — парень стал рядом, оперевшись бедром о край тумбы. — Я — твой сообщник, — заискивающий взгляд заставил Арсения задуматься: это обычный его взгляд или парень опять непроизвольно начал свои «игры»? — Но и в клуб я хочу… — Антон отлично владел мимикой, и сейчас на Попова смотрели по-детски невинные широко распахнутые глаза, и это было настолько милым, что мужчина не мог повторно сказать «нет», хотел, но не мог! — И мне бы хотелось кое-что с друзьями обговорить, по поводу моего похищения.

— Для этого тебе не обязательно в клуб идти. Можешь с ними встретиться в институте.

— В который я сейчас по твоей вине не хожу! — резонно добавил Антон.

Попов несколько цинично хмыкнул.

— Но я же не могу просто так расхаживать по городу, если по легенде меня выкрали! Меня много кто знает и может увидеть! А в клубе я и встречу кого нужно, и не попадусь на глаза кому не надо!

И логика в словах была. И следовало бы Антону сходить в клуб, если от этого будет в дальнейшем толк в деле. Но Попов не мог решиться и позволить этого сделать, так как создавшаяся ситуация тревожила своей неоднозначностью: Антон, вроде, реально ему помогает и, как может, продумывает, старается воплотить план Арсения в жизнь, без тени желания сбежать от своего похитителя-сообщника, но в клубе будет Дмитрий… Их-то встречи Арсений ой как не хотел!

Тяжёлые размышления прервал Антон:

— Арс, послушай, а давай вместе в клуб сходим…

Грубое «нет» было мгновенно подавлено, не успев вырваться. Попов остановился задумчивым взглядом на Шастуне, который, скрестив руки на груди и склонив голову, ждал решения. Терпеливо ждал, натянув на лицо невинно-просящее выражение.

А Арсений обдумывал предложение тщательно и чем дольше это делал, тем больше плюсов находил: возможно, Антону удастся сдвинуть с места застопорившийся вопрос с выкупом, у него же будет возможность следить за действиями парня и не допустить, в случае чего, уединения того с Димой, и понаблюдать за раскованным Антоном в его неизменном амплуа эро-танцора также вышло бы…

Поняв, что мысли непроизвольно двинулись по правильному направлению, которое неумолимо диктовал не имевший уже более двух недель полноценного секса организм, Попов из последних сил взял себя в руки и уточнил:

— А что конкретно ты хочешь обсудить с друзьями?

Антон тут же стал серьёзным:

— А это не твоё дело!

— Это касается меня, вообще-то, а если учесть, что кража человека — противозаконна и болтать о ней не следует, то я прямо-таки обязан знать, что и с кем ты планируешь обсудить!

— Послушай, Арс, — парень чуть нахмурился. — Я не профессионал в таких делах, но и не полный дурак, чтобы выдать тебя и себя с потрохами, ляпнув что-то не то и не тому человеку! — выражение лица подтверждало слова. — И потом, то, что я тебе решил помочь, не обязывает меня вводить тебя в свой круг общения, свою жизнь и знакомить тебя со своими личными делами! — Антон запнулся. — Так что либо просто доверься мне, либо…

— Я понял! — перебил понятное и без слов продолжение Попов, так как у него ёкнуло сердце — не передумает ли Шастун с помощью? — Ладно, сегодня вечером вдвоём идём в клуб.

— Отлично! — воскликнул звонко Антон и, мгновенно подскочив к мужчине, обхватил того со спины руками, всем телом прижавшись к нему.

— Съебись! — рявкнул тут же Арсений, когда почувствовал, насколько его организм был не против такого телесного контакта.

А Шастун быстро отреагировал на «просьбу» и выскочил из кухни. Попов раздосадовано простонал и, прислонившись лбом к дверце холодильника, сдавленно прошипел: «Твою ж мать!», но ни маты, которые заполонили голову, ни убеждения не действовали на желавший Антона организм, поэтому Арсений, уже забыв об обеде, поспешил в гараж.

И в который раз боксёрские перчатки оказались не у дел, а на груше, вскоре, начали появляться свежие следы крови.

***

Приехали они в клуб на такси. Заполненный неоном, еле ощутимым табачным дымом и миксом из разнообразной туалетной воды, прохладный зал был практически пуст. Но вёрткий ди-джей за стойкой уже объявлял новый трек, а бармен за стойкой демонстрировал свои доведённые до совершенства навыки приготовления коктейлей двум заказавшим их посетительницам.

— Странно, — пробормотал Шастун, взглянув на наручные часы и вновь осмотревшись.

— Мы рано пришли, ты же обычно к полуночи сюда заваливался, а сейчас только десять, — пояснил Арсений, также скользя взглядом по периметру зала.

Взволнованный взгляд Антона был идеально скрыт тенью, которую отбрасывал на лицо капюшон белоснежного худи, а Попов как-то хитро прищурился, говоря это, но на собеседника и не глянул.

— А есть ли то, что ты обо мне не знаешь? — настороженно осведомился Антон.

— Определённо есть, — самодовольно улыбнулся Попов. — Вон твои друзья, — и кивнул влево.

— Всё, я пошёл! — оживился Шастун и быстро зашагал к своей компании, а Арсений отошёл к барной стойке.

Двойная текила освежила голову, а зал тем временем заполнялся разнообразной молодёжью. Попов всё это время не спускал глаз с Антона, а теперь ему можно было это делать, не пряча глаз и не скрывая себя, и иногда иронично ухмылялся своей навязчивой мысли, что ещё неделю назад он, скрывая тревогу, высматривал Шастуна для похищения, а сейчас, совершенно спокойный, пришёл с ним в клуб!

«Пиздец!» — промелькнуло в голове Попова, и с этим лаконичным определением он незамедлительно согласился.

А Шастун тем временем, беззаботно и счастливо улыбаясь, позировал для селфи с одной из своих подруг. Поцеловав её напоследок в губы, он переключился на мужскую половину компании. Поприветствовав всех, всё так же обворожительно улыбаясь, он тут же получил бокал коньяка и мельком глянул на Арсения.

Попов, оценив ситуацию, отвёл взгляд — всё у Шастуна пока что проходило как всегда, Димы поблизости не было, поэтому можно было расслабиться.

— Привет! — прозвучало совсем рядом.

Арсений без интереса глянул на обращавшуюся к нему девушку.

По голосу ей было лет двадцать, на вид — едва исполнилось шестнадцать.

— Коктейлем не угостишь? — бесцеремонно усевшись на соседний стул, юная особа захлопала наращенными ресницами.

Такое поведение несколько разочаровало Арсения, и появилось дикое желание удалиться от юной особы, но, скользнув взглядом на Антона, Попов отогнал прочь этот глупый импульс, так как парень чересчур внимательно следил за ним, и, по выражению его лица, развернувшаяся ситуация ему явно не нравилась.

Зато такая красноречивая реакция понравилась Арсению, и он воодушевлённо заговорил:

— Заказывай, — и наигранно игриво улыбнулся. — Почему одна? — поинтересовался он, когда бармен, приняв заказ у посетительницы и оплату у Попова, занялся приготовлением.

— Уже не одна, — девушка чуть подалась к Попову, всем своим видом доказывая уверенность в высказанном.

В этот же момент около мирно беседовавших появился совершенно недовольный Антон. Кышнув девушку, он занял её место и сухо поинтересовался у Арсения:

— И что всё это значит?

Попов многозначительно повёл бровями, внутренне ликуя, но совершенно безэмоционально ответил:

— Девушка захотела познакомиться, а я оказался очень даже не против… — заметив, как неодобрительно сузились глаза Антона, Арсений более воодушевлённо заключил: — Не тебе же одному с девчонками целоваться.

— Арс, ты что, ревнуешь? — поддел собеседника Шастун с явной издёвкой в голосе.

— Не я… судя по тому, что ты сейчас устраиваешь… — спокойно возразил Попов, внимательно всматриваясь в заметно нервничавшего Антона.

— Ничего я не устраиваю! Просто мне за мою подругу срок не дадут!..

— А ты с ней и не собирался спать!.. — зачем-то проговорил Попов и, чуть понизив голос, но, не убавив в голосе напряжения, добавил: — Ты ж ведь Диму ждёшь, вот и иди отсюда и не мешай мне знакомиться!

Презрительный взгляд, брошенный Антоном, полностью поглотил здравомыслие, и Попов уверился в правильности своего поступка, напрочь забыв, для чего они вообще изначально сюда пришли.

— Хорошо, — вдруг совершенно спокойно отозвался Шастун, затем растянул губы в ядовитой улыбке, ничего хорошего не предвещавшей. Он допил коньяк и заказал себе ещё. — Сам напросился! — с этими словами и с наполненным бокалом Антон быстро соскользнул со стула и направился к танцполу.

Арсений уже понял, что будет дальше: парень, почти сразу уловив ритм, начал танцевать так, как он умел, так, как нравилось Попову. И тот подзавис, наблюдая. Он практически заворожено смотрел на плавные движения, на полную отдачу музыке, и по телу пробежала мелкая дрожь. А Антон, грациозно двигаясь, не сводил глаз с Арсения. Пленительный взгляд как нельзя удачно дополнял танец, притягивая и обещая многое…

— Двойную текилу, — с трудом выдавил Попов, обращаясь к бармену, но, не имея возможности и желания отвлечься от представления, специально для него устроенного.

Не зная, как правильно поступить, но чувствуя дикое волнение и желая во что бы то ни стало сбить с Антона всё уже сконцентрировавшееся в нём превосходство и надменность, показав, к чему могут такие игры привести, когда не знаешь, на что способен противник, Арсений быстро осушил две рюмки и, встав со стула, целенаправленно двинулся к Шастуну.

Понимая, что сейчас, что бы он ни сделал — а все его возможные действия сводились к принудительному и страстному поцелую — будет воспринято окружающими, да и самим Антоном, негативно, Попов продолжал приближаться и тут же к, своему великому облегчению, был остановлен появившейся перед ним уже знакомой девицей.

— Не помешаю? — звонко поинтересовалась она.

Если бы не её обувь на высокой платформе, то она бы точно была Арсению по пояс, а так — до плеча макушкой доставала.

Внутреннее тяжёлое волнение требовало близости с Антоном, но здравый рассудок на задворках сознания ещё подавал голос и требовал включить мозг и перестать реагировать на соблазнительного парня, и Попов, пробормотав: «Ты как нельзя вовремя!», прижал к себе юную особу, впившись грубым поцелуем в её ярко накрашенные губы.

Вложив в поцелуй всю страсть, которая была вызвана Шастуном и ему же предназначавшуюся, он вскоре почувствовал, как податливо прижалась к нему девушка. Ощутив телом её формы, а не того, кого ярко рисовало воображение, Арсений отстранился и, вытерев губы тыльной стороной ладони, поднял встревоженный взгляд на Антона.

Тот стоял, как вкопанный. Растерянный взгляд, сжатые брезгливо губы, напряжённое тело… Попов больше не мог и не хотел ни терпеть, ни заменять кем-либо того, кто на самом деле был ему необходим.

Отодвинув от себя девушку, он направился к Антону, не думая, что дальше будет, но в этот же момент на Шастуна налетел Дмитрий. Антон, не ожидавший такого выпада, пошатнулся и, нахмурившись, взглянул на друга. Тут же его лицо просветлело, и Позов оказался заключённым в крепкие, слегка недружеские объятия, а Антон, забыв об Арсении, точнее, потеряв к нему интерес, полностью переключился на друга.

Попов замер, неодобрительно наблюдая за парой «друзей», и не обращая внимания, как танцпол уже заполнился полупьяной молодёжью. Парни о чём-то оживлённо переговаривались, и вскоре Дима, бросив на Антона чересчур довольный взгляд, быстро затерялся в толпе. Шастун немного помедлил, допил, раздумывая над чем-то, коньяк, и направился в сторону туалетных комнат, за дверью которых уже скрылся Позов.

— Хер тебе, Антон, а не секс!.. — прорычал себе под нос Арсений, пересекая танцпол, и стал на пути Шастуна.

— Дай пройти! — сухо проговорил тот, вырвав локоть из крепкой ладони Попова.

— На выход!.. — с нескрываемым раздражением процедил Арсений.

— С хера ли? — ехидно улыбнулся Шастун, скрестив на груди руки.

— Мы едем домой!..

— Не угадал! — покачал головой Антон. — Так как я ещё не выполнил того, для чего, собственно, и пришёл…

Арсений на мгновение задумался, и его осенило:

— Так ты просто хотел с Димой трахнуться?

— Ну, не то, чтобы это было самоцелью моего здесь появления… — Антон намеренно тянул фразу. — Но теперь трахнусь с ним обязательно!

— Уверен? — Арсений, не обращая внимания на то, что Шастун был выше на полголовы, вплотную приблизился к нему и сурово заглянул в лицо.

— Более чем… — Антон прервал свою фразу, почувствовав, как на предплечье сомкнулась крепкая кисть.

Он перевёл взгляд на хватку, и что-то в его лице поменялось. Когда глаза вновь вернулись к лицу Арсения, в них уже блестели озорные искорки, которые обескуражили мужчину, но начавшая появляться наивная улыбка моментально развеяла всю злость, а мысли безвольно покинули голову.

Антон некоторое время умилённо смотрел в глаза Попова и, не отрывая взгляда, поддел пальцами его подбородок. Тот поддался. Игривый взгляд скользнул с расширенных от удивления глаз на всё ещё плотно сжатые губы, и Шастун склонился к ним.

— Тоха, ну и в чём дело? — послышалось сбоку, и Попов, тут же придя в себя, оттолкнул от лица чужую руку.

Антон медленно перевёл недовольный взгляд на появившегося рядом Диму.

— Это кто? — требовательно поинтересовался тот.

— Не важно! — отозвался безразлично Шастун.

— Видимо важно, раз ты ко мне не дошёл! — Дима скрестил на груди руки.

— После увиденного ты ещё ждёшь чего-то? — удивлённо произнёс Попов, и в его планы всё ещё входило рассорить этих двух «друзей».

— Ну, во-первых, — Дима перевёл уничижительный взгляд на Попова, — я ничего не видел…

А тот, мигом среагировав на реплику, притянул к себе не ожидавшего этого Шастуна и не очень аккуратно впился в его губы. Антон не воспротивился, хотя в его широко распахнутых глазах не осталось ничего, кроме искреннего непонимания.

— Достаточно для того, чтобы ты съебался отсюда? — оторвавшись от парня, самодовольно кинул в лицо Позову Арсений.

Тот метнул ненавидящий взгляд на Антона.

— Тварь, — прошипел Дима ему в лицо и, протолкнувшись между Арсением и Антоном, смешался с толпой шумевшей и веселившейся молодёжи.

Только сейчас недоумённый взгляд остановился на Попове.

— И что всё это значит?

— Не стоит меня выводить из себя!

— Не понял… — честно признался Шастун.

— Я добился своего! — Арсений натянул на лицо фальшивую радость. — У тебя больше нет друга. Приятного вечера!

— А зачем тебе это понадобилось? — удивление не покинуло лица Антона.

— А бесил он меня!

Во взгляде зелёных глаз появился оттенок лукавства.

— Он… или я, уделяющий внимание ему, а не тебе? Кстати, — Антон бесцеремонно перебил пытавшегося что-то возразить Попова, — ты хорошо целуешься. Может, продолжим? — и Шастун, вопросительно вскинув брови, кивнул в сторону мужского туалета.

Арсений брезгливо скривился, но выпитый алкоголь диктовал свои условия, организм реагировал на Антона. А тот, как ни в чём не бывало, коснулся кончиками пальцев скулы Арсения и провёл ими вдоль тёплой гладкой щеки и спустился по шее до ключицы.

А Попов не останавливал его. И ему, чёрт побери, хотелось и этих аккуратных касаний, и поцелуев, которые могут подарить нежные податливые губы Шастуна, возникло желание позволить робкому и влажному языку вступить в нежный процесс, а ладонями огладить правильные гладкие скулы, ощутить отлив крови от всего тела и целенаправленное его движение к…

В реальность Арсения вернул резко перенявший инициативу поцелуя Шастун, притянувший лицо Попова сильнее, и введя свой язык ему в рот, требуя подчинения, и без возможности отстраниться.

Сердце на миг замерло, а тело похолодело: это всё была не фантазия — Арсений реально, вот уже несколько минут, целовался с Антоном и получал от этого процесса удовольствие, не имея желания прерваться.

— Давай поедем домой, — в губы Арсению проговорил Антон, не отрываясь от них, продолжая касаться их и ласкать.

Попов позволил себе ещё раз вожделенно поцеловать парня, а затем, схватив его за руку, направился к выходу.

Они не коснулись друг друга ни на улице у клуба, ни в такси, хоть и сели на заднее сиденье. Лишь на веранде дома Антон прижался к Арсению, но тут же получил сильный удар в грудь. Отшатнувшись и хрипло втянув воздух, он тут же закашлялся. Резкая давящая боль в груди не давала ему возможности полноценно вдохнуть, лицо побагровело, а на глаза навернулись слёзы.

Арсений же хладнокровно следил за сжимающимся от боли Шастуном. Он не чувствовал сострадания. Всё его существо протестовало против того, что произошло в клубе, и только сейчас, придя в себя, Попов мог адекватно отреагировать на желание Антона поцеловать его. Этого не должно было произойти. Арсений заигрался, поддался и сейчас ненавидел и себя за слабость, и Антона, за его манящую привлекательность и безграничное обаяние.

— За что? — наконец прохрипел Антон, сумев выровнять дыхание и немного выпрямившись. В его глазах застыло искреннее недоумение.

— Я тебя предупреждал!.. — холодно пробормотал Арсений и зашагал в дом, оставив Шастуна одного на веранде.

Лишь войдя в ванную комнату, его нервы сдали, и все противоречивые чувства смешались внутри в один огромный удушающий ком. Попов, захлопнув за собой дверь, беспомощно простонал, но, поняв, что это не уменьшило внутреннюю боль, заставляющую наворачиваться слёзы на глаза, и ничего не изменило, с силой ударил кулаком в деревянную лудку.

Едва затянувшаяся на костяшках пальцев кожа тут же лопнула, и резкая боль скользнула по всей руке до плеча, а багровое смазанное пятно осталось на белом матовом покрытии.