9.
Выйдя из больницы, Лиза медленно шла домой, уткнувшись в мысли. Она снова прокручивала в голове разговор с врачом и думала, где же ей найти такую огромную сумму денег. Вариантов почти не было. Звонить матери и просить помощи — бессмысленно. У той теперь своя новая жизнь: новый муж, новая семья. Для Лизы словно не осталось места.
Сжав кулаки, девушка глубоко вздохнула, пытаясь отогнать подступающие слёзы. Но мысли возвращались вновь и вновь: «Где же мне взять деньги? Что делать?»
Проходя мимо старого кладбища, она заметила на облезлом заборе белые бумажки. Несколько листовок колыхались на ветру, приклеенные скотчем.
На одной из них жирным шрифтом было написано: «Требуется работник для уборки территории кладбища».
Лиза остановилась. Сердце неприятно кольнуло. Работать на кладбище? Мысль вызывала дрожь, но выхода другого не было. Девушка подошла ближе, оторвала листок и, сжимая его пальцами, достала телефон.
Несколько секунд она смотрела на написанный номер, раздумывая, стоит ли звонить. Но потом глубоко вздохнула и всё-таки набрала.
Гудок… второй… Лиза уже хотела сбросить, но вдруг услышала голос.
— Алло, здравствуйте, — сказал мужчина. Голос был грубый, хриплый, но почему-то показался знакомым. Он прокашлялся.
— Алло… — тихо ответила Лиза, и голос её дрогнул. Она на миг забыла, зачем звонит, и даже потеряла дар речи.
— Говорите, я вас слушаю, — спокойно произнёс мужчина.
Лиза с усилием взяла себя в руки, прокашлялась и начала говорить:
— Я видела, у вас объявление… Вы ищете человека, который будет убирать кладбище?
Несколько секунд в трубке было тихо. Мужчина будто раздумывал, потом коротко ответил:
— Да. Ищу.
Лиза сжала губы, глядя на землю.
— Я могу устроиться к вам? — спросила она, теребя край кофты.
В телефоне послышался тяжёлый вздох. Потом мужчина сказал:
— Жду вас завтра, в три часа дня, у входа на кладбище.
Она едва успела улыбнуться и открыть рот, чтобы что-то ответить, как собеседник уже сбросил звонок.
— Надеюсь, он меня возьмёт… — прошептала Лиза, убирая телефон в карман.
С этими мыслями она шла домой, и впервые за долгое время на её лице появилась лёгкая улыбка.
Зайдя в подъезд, Лиза подняла глаза и заметила Кристину. Та выбегала навстречу, будто убегала от кого-то.
— Прос… — хотела сказать Лиза, но Кристина даже не посмотрела и стремительно выскочила на улицу.
С балкона сверху раздался мужской крик. Лиза вздрогнула. Голос был грубый, злой, наполненный ненавистью:
— Мразь! Позорить отца вздумала!
Лиза подняла голову и увидела отца Кристины. Он курил на балконе, его лицо было мрачным, глаза пьяные, а руки дрожали.
Она тяжело вздохнула и, стараясь не встречаться взглядом, быстро зашла в подъезд. Поднялась по лестнице, открыла дверь в квартиру и рухнула на диван.
---
Кристина в это время бежала куда глаза глядят. Сердце бешено колотилось, дыхание сбивалось. Она только что снова поссорилась с отцом.
Он зашёл к ней в комнату, требуя дневник. Когда она протянула его, мужчина начал кричать: что она бездарная, что вся пошла в мать, что от неё одни проблемы. Его лицо перекосилось от злости. В какой-то момент он замахнулся, и Кристина, не дожидаясь удара, выбежала из квартиры.
Слёзы стояли в глазах, но она сдерживалась. Уже внизу, на лестнице, она случайно врезалась в Лизу. Сердце сжалось — хотелось расплакаться прямо у неё на плече, но внутри что-то остановило. «Нельзя… Не дай ей увидеть тебя слабой».
Кристина развернулась и выбежала из подъезда. Она бежала всё дальше и дальше, пока не оказалась у дома Насти.
Забежав в её подъезд, Крис поднялась на нужный этаж и остановилась у двери. Из квартиры доносились мужские крики и ругань. Голос отца Афанасьевой был до боли знакомым — злым, раздражённым.
Настя стояла возле двери, натягивая куртку. Увидев подругу, приподняла бровь.
— А я думала, у тебя перекантуюсь, — с иронией сказала Кристина.
— Очень смешно, Захарова, — хмыкнула Настя. — Валим, пока батя окончательно не сорвался и не вышел на улицу.
Они быстро спустились вниз и вышли во двор. Осенний воздух ударил в лицо прохладой. Настя достала из кармана пачку сигарет, заглянула внутрь.
— У тебя сиги есть? — спросила она.
— Одна осталась. На двоих? — ухмыльнулась Кристина, протягивая сигарету.
Настя кивнула.
— Слышь, а что у тебя случилось? — спросила она, глубоко затянувшись и выпуская дым.
Кристина горько усмехнулась.
— Та что… Батя вспомнил, что он отец, и решил воспитывать детей. Дневник мой забрал, орёт, что бездарь. Вот и сбежала.
— Аналогичная ситуация, — Настя слабо улыбнулась. — У меня батя то же самое.
Кристина посмотрела на неё и чуть улыбнулась.
— Прикинь, выбегаю я из подъезда, почти плачу… и тут Индиго стоит. Увидела её, и всё, слёзы будто сами исчезли.
Настя усмехнулась:
— Втюрилась.
Кристина нахмурилась:
— Ты ебанутая? Не пизди языком дохуя.
— Да ладно, — Настя снова затянулась. — А что, не похоже? Ты хочешь сказать, что не из этих?
Кристина резко остановилась и посмотрела на неё.
— С чего ты взяла?
— Вспомни, как ты с Гаджиевой обнималась, — сказала Настя.
— Мы друзья были, блять! — рявкнула Крис.
— С друзьями в губы не целуются, — усмехнулась Настя.
Кристина замерла. Глаза расширились. В памяти всплыли моменты с Мишель: их прогулки, обнимания, как та провожала её домой… Тогда сердце наполнялось теплом, и Кристина чувствовала что-то большее, чем просто дружбу.
— Нет… Этого не может быть… — прошептала она, прикрыв лицо руками. — Нет, я не больная… нет…
Она начала трясти головой, а Настя осторожно положила руку ей на плечо.
— Что ты чувствуешь к Лизе? — тихо спросила Настя.
Кристина вздрогнула. Имя прозвучало как приговор.
— Я...
__________________________
Ставьте звёздочки и скоро будет прода.