41
- 11 концертов позади, - улыбнулась Ника, вздыхая. - Осталось 24: 9 в России и 15 в других странах.
- Мы все еще живы, - крикнул Ваня, заставляя девушку повернуть камеру в его сторону. - И мы едем к вам. Точнее, в Казань.
- Понятия не имею, радоваться мне или плакать, - усмехнулась агент. - Зря Эрик отдал мне камеру: там будет слишком много бесполезных видео.
- На Казань! - послышалось со стороны Порчи, который надел кепку, сев около автобуса.
- Встань со снега, - попросила сотрудница. - Холодно. А куда делись Мирон и Илья?
- Та фиг его знает, - хмыкнул Евстигнеев, поднимая бит-мэйкера. - Мама сказала, чтобы ты встал! Маму надо слушаться!
- Никогда не думала, что мне придется следить за пятью взрослыми мужиками, - заметила Клокова, открыв двери автобуса. - А чего так холодно тут?
- Печка барахлит, - ответил водитель. - Придется немного потерпеть - ночью включу на пару часов.
- Ладно, - согласилась брюнетка. - Будем сегодня пигвинами и тюленями. Они сквозь землю провалились?
- Нас Бабайка украл, - сказал Федоров, накидывая капюшон на голову. - Требовал фотку и автограф.
- Фанаты не выпускали? - уточнила она, вздохнув.
- Ага, - кивнул мужчина. - Это еще Илюша отбивался, как только мог.
Ника усмехнулась, услышав щелчок камеры позади. Опять фотографируют без их ведома. Что ж, придется к этому привыкнуть, ведь именно такие явления будут сопровождать ее остаток тура.
- Простите, а можно с вами сфотографироваться? - послышалось позади.
Девушка обернулась, увидев улыбающуюся девочку на коляске, видимо, с другом. Мгновенно переведя взгляд на Окси, который одобрительно кивнул, пряча сигарету, агент пожала плечами.
- Нет, не с вами, Мирон Янович, а с вашим менеджером, - объяснила незнакомка, смутившись. - Пожалуйста. Я помню вас еще с тура Топора и Раута.
- Ты была на их концерте? - удивилась сотрудница, подойдя к ней и став около.
- Да, - кивнула она, улыбнувшись. - И помню, как вас почти вытащили на сцену.
- Как тебя зовут? - поинтересовалась Клокова.
- Богдана, - ответила фанатка, услышав щелчок камеры. - Спасибо вам. Вы - мой кумир. Я хочу быть похожей на вас, но никогда, к сожалению, не буду.
Эти слова полоснули по сердцу больнее, чем нож по коже несколько лет назад. Хорошо, когда человек мечтает, но когда при этом он понимает: его желание не исполнится в силу каких-то обстоятельств - это действительно ввергает в уныние. Брюнетка улыбалась сквозь слезы, удивляясь тому, как эта девочка умеет радоваться жизни.
- Если захочешь, - произнесла Ника. - Будешь. Обещаю.
Мирон снял с ремня новый бейдж IMPERIVM, протянув его Богдане.
- Почувствуй себя частью нашей империи, - сказал рэпер, улыбнувшись.
- Спасибо, - почти плача от счастья, проговорила она. - Спасибо, что вы есть. Спасибо за то, что вы делаете. Я вам безумно благодарна за все.
- Если захочешь, - начала агент. - Напиши мне в любой социальной сети. Я отвечу, правда.
- Хорошо, - кивнула девушка. - Спасибо вам. Всего хорошего.
Друг Богданы вздохнул, взглянув на сотрудницу, которая поняла: говорить ей "до встречи" не стоит просто потому, что ее не будет.
- Спишемся, - через силу улыбнулась Клокова, помахав им в след рукой.
- Ей недолго осталось, - прошептал Федоров, обнимая брюнетку за талию.
- Зато мы исполнили ее мечту, - прохрипела она, шмыгнув носом. - И подарили ей хоть какие-то минуты счастья.
Через полчаса все погрузились в автобус, осознав: там действительно холодно. Ладно, Ника уже привыкла ко всему, поэтому игры в тюленей ее абсолютно не удивили, заставив лишь умиляться и смеяться. Да, такими кумиров тысяч можно было увидеть редко.
- Тебе точно не холодно? - спросил Федоров, глядя на закутавшуюся в шарф девушку.
- Точно, - соврала агент, почувствовав, как ее крепко обнимают, накрывая теплой курткой.
Янович готов был замерзнуть, превратившись в айсберг, но согреть сотрудницу. Потому что он не эгоист, не двуличный сноб. Потому что у него тоже есть сердце, которое умеет любить бескорыстно и преданно, не требуя какой-либо отдачи. Мирон, конечно, не ангел, но хочет быть лучше, ведь есть для кого.