хладнокровие
Я сидела на полу молча, пытаясь выровнять дыхание. Грудь всё ещё судорожно вздымалась. Но я взяла себя в руки — панике здесь не место. Она только делает тебя слабой. Чужие слова и угрозы всё ещё эхом звучали в голове, однако я не позволила им сломать меня.
Джефф наблюдал за мной исподлобья, будто ожидая, что я начну рыдать или метаться от страха. Его взгляд был колючим и вызывающим, но это лишь зажгло во мне тихий внутренний огонь.
Я осторожно поднялась на ноги, несмотря на дрожь в конечностях. Перевела дыхание, стерла кровь с руки — только потом посмотрела на него.
— Если ты ждёшь, что я начну благодарить тебя или жаловаться, то зря, — проговорила я спокойно, пытаясь вернуть уверенность своему голосу.
В его глазах промелькнула тень удивления. Скорее всего, он рассчитывал увидеть жалкое зрелище, но я не собиралась давать ему этого удовольствия.
— Никогда ничего не жду. Тем более от таких, как ты, — бросил он хмуро, но в его голосе не прозвучало настоящего раздражения.
— Тогда что? Красивую сцену отчаяния? Бессонную ночь в страхе? — я сделала шаг вперёд, почти нависая над ним. — Не дождёшься.
Он усмехнулся, слегка наклонив голову в сторону.
— Ты смелее, чем кажешься. Но это не значит, что ты не глупа, — его тон был всё такой же сухой, но в голосе звучала намёк на какое-то одобрение. — Наступить на горло собственному страху в таких условиях — неплохой трюк.
— Это не трюк, — отрезала я резко. — Просто я знаю, что если сейчас дам слабину, то ты будешь прав. А мне от этой мысли противно.
Его улыбка стала шире. Он откинулся назад, сцепив руки за головой.
— Необычный ты человек, — проговорил он тихо, больше себе, чем мне. — Глупо здесь оставаться на ночь, когда ты не знаешь, что может случиться. А ты ещё умудряешься огрызаться. Забавно.
Я проигнорировала его слова, подняв взгляд на дверь. Вздохнула и поджала губы.
— Дверь слишком хлипкая, через час этот ублюдок может вернуться с кем-то ещё, — сказала я быстро, стараясь выровнять голос.
Он внимательно посмотрел на меня, его глаза слегка сузились.
— Тебя совсем не вывело из себя это? Ты слишком хладнокровна для того, кого только что едва не прикончили, — заметил Джефф, поднимаясь с места.
Я пожала плечами, не отводя от него взгляда.
— А смысл истерить? Мы оба понимаем, что это ничего бы не дало.
Его усмешка потускнела, и он чуть нахмурился. Это молчаливое одобрение спряталось за простым:
— Хорошо. Посмотрим, хватит ли того, что у тебя есть, чтобы двигаться дальше.
Мы разделили молчание, но в этот раз оно было иным. Не напряжённым, не давящим, а скорее... уважительным. Я чувствовала, что смогла сломать то, что, возможно, он считал обо мне в самом начале.
Больше я ничего не сказала. Потому что знала — важно не слово, а поступок.