Глава 4.Шёпот безмолвия
Время шло. Наши "случайные" встречи переросли в нечто большее. Мы стали проводить время вместе, не только в универе. Чаще всего это были какие-то спокойные вечера, когда мы сидели где-нибудь в тихом кафе или просто гуляли по парку. Я начала узнавать Катрину глубже. Её любопытство – к людям, к новым знаниям, к смыслам. Её способность держаться до конца, если ей что-то по-настоящему важно. А ещё, внутри она и правда была очень мягкой. Эту её сторону я видела всё чаще.
Одной осенью, когда деревья окрасились в золото и багрянец, мы сидели на лавочке в парке. Только мы вдвоём. Казалось, мир вокруг замер. Я чувствовала её тепло рядом, её спокойное дыхание.
— Мне нравится с тобой, – сказала Катрина вдруг, нарушая тишину. Она не смотрела на меня, её взгляд был устремлён куда-то вдаль. – Ты такая… настоящая. И ты меня понимаешь.
Я сжала кулаки. Я доверяла ей. Доверяла настолько, чтобы показывать чуть больше, чем всем остальным. Она видела во мне что-то, что я сама не всегда хотела видеть. Мою чувствительность, мои перепады настроения, мои заморочки. И она не судила.
— Ты тоже, – мой голос был чуть хриплым. – Ты другая. Не такая, как остальные.
Она повернулась ко мне, её глаза были тёмными, глубокими, и в них светилась та самая точка, которая теперь казалась мне особенной. – Ты мне важна, Аделия. Очень.
Я почувствовала, как тепло разливается по всему телу. Сердце колотилось так, что, казалось, его стук будет слышен даже в шелесте опавших листьев. Моя маска отстранённости слетела окончательно.
Я просто протянула руку и накрыла её ладонь своей. Катрина чуть сжала её в ответ. Это было первое касание, которое не было случайным. Это было подтверждение чего-то важного.
— Ты мне тоже, Катрина, – я сказала это тихо, искренне, без всяких ребусов и двойных смыслов.
Мы сидели так какое-то время, просто держась за руки. Тишина была густой, но не давящей, а наоборот – какой-то уютной, обволакивающей. Я ощущала её мягкость, которую она не часто показывала. И я знала, что она видит мою.
Тогда я осознала. Мой мир, который раньше состоял из тишины и внутренних монологов, теперь стал больше. В нём появилось место для её прямоты, для её шоколадных волос, для её любопытства и для этой маленькой точки в глазу. Мои противоречия слились с её определённостью, и это оказалось удивительно гармоничным.
Мне всегда было сложно что-то объяснять. И, казалось, с ней мне и не надо было. Мы просто были. В этом безмолвии, наполненном лишь эхом наших сердец, и в шёпоте шоколадного оттенка её волос, который так красиво ловил свет. Это было только начало. И я больше не боялась этого. Потому что рядом была Катрина, которая видела меня насквозь и всё равно оставалась. И это было самое главное.