кто же ты..?
Перемена. Все учащиеся общаются между собой, разобравшись по небольшим кучкам. Вот стоит группа из пяти девчонок, которые обмениваются мнением о вчерашнем выходе Ли Дон Ука на ежегодной премии; вот стоят несколько парней, обсуждающих машины и вчерашнюю гонку; вон там, чуть поодаль, стоят два отличника, дискуссирующих насчёт очередного проекта по психологии, а недалеко от них — в углу — стоит какая-то парочка небрежно целующихся парней, думающих, что их никто не видит (на самом деле все видят, просто уже привыкли). Все нашли себе компанию. Все, кроме одного человека.
Ли Феликс — студент второго курса Сеульского Национального университета с факультета искусств. Одногруппники говорят, что он самый красивый парень с потока. И на то есть свои причины: парень хорошо сложен (все, кому интересно, давно уже удостоверились в этом лично при сдаче нормативов на физкультуре), природа одарила его очень милым лицом с маленьким аккуратным носиком, двойным веком, о котором так мечтают все корейцы, и россыпью веснушек на щеках. Парень хорошо усваивает все предметы, почти отличник, если бы не преподавательница по истории музыки, влепившая ему 4 на итоговом тесте из-за того, что он перепутал Чайковского с Чуковским. (Ну, переволновался мальчик, и что?)Казалось бы, идеальный парень. Если бы не одно но.
Феликс абсолютно холоден к окружающим. За два года он так и не нашёл себе друзей. Ли ходит вечно хмурый, ни с кем не общается и в одиночестве едет домой, пока все с друзьями после учёбы идут в парк или ТЦ.
И не то чтобы никто не пытался с ним подружиться, просто он сам всех отталкивал: ни с кем не здоровался, всегда сидел в последнем ряду, подальше от остальных, и на все вопросы о себе просто отмалчивался.
Но, даже несмотря на его холодность в сторону окружающих, никто не оставлял попыток сблизиться с молодым человеком. Девушки всё ещё признавались ему в симпатии, подкидывая записки в шкафчик, и звали на прогулки, а парни пытались затащить его с собой в клуб после занятий, но Феликс каждый раз отказывал, ссылаясь на постоянную занятость.
Никто не знал причин нелюдимости парня. Все думали, что он просто стеснялся. Никто не пытался понять его. Или это сам Феликс не хотел, чтобы его поняли?
В октябре второго года обучения, когда группа Феликса сидела на философии, в аудиторию постучали, и в помещение зашла директриса, заводя за собой парня, которого раньше никто не видел.
На середине кафедры, под пристальным вниманием всех присутствующих, стоял высокий светловолосый молодой человек модельной внешности с широкой улыбкой и уверенным взглядом.
Феликс оглядел парня скучающим взглядом, подметив про себя, что это обычный похититель женских сердец, не стоящий внимания, и отвернулся к окну.
— Ребята, это ваш новый одногруппник, он приехал к нам из Пусана. — Женщина подтолкнула парня вперёд, как будто показывала своё личное достояние. — Представься, пожалуйста.
— Здравствуйте, меня зовут Хван Хёнджин, позаботьтесь обо мне. — Он поклонился и стал разглядывать своих новых одногруппников. Внимание привлёк одинокий парень на последнем ряду, смотрящий в окно и не замечающий новенького. Ему будто было неинтересно присутствие Хёнджина, в отличие от остальных ребят в этой аудитории, которые уже вовсю перешёптывались, обсуждая парня.
Проходи, садись куда хочешь. — Хван кивнул и стал глазами искать наиболее подходящее свободное место, которых, к слову, было пруд пруди. Решив, что сидеть с тем парнем на последнем ряду будет лучше всего, кивнув своим мыслям, он направился вверх по ступенькам. Пока Хёнджин шёл между рядами новоиспечённых одногруппников, со стороны кто-то присвистнул, а затем послышался шёпот: «Кажется, у нашего холодного Феликса появился конкурент», Хван не понимал, о ком идёт речь, но сказано это было настолько противным тоном, что хотелось врезать по лицу говорившего и показать, как нужно вести себя в обществе.
А Феликс и рад, если бы от него наконец все отстали, поэтому на сказанное лишь закатил глаза и продолжил смотреть в окно. Его не интересовал ни новенький, ни сказанное одногруппником, ни тем более лекция.
Хёнджин дошёл до нужного места и, обратившись к парню, тихо спросил:
— Здесь не занято?
— Нет. — Парень даже не повернул головы в его сторону, продолжая рассматривать что-то за окном и надеясь, что новый одногруппник не станет доставать его расспросами.
— Тогда я присяду?
Парень лишь кивнул, намекая, что разговаривать он не намерен, и Хёнджин это прекрасно понял.
Всю пару они сидели молча, слушая лишь неспешную речь преподавателя. Феликс иногда что-то черкал в тетради, а Хёнджин наблюдал за его неспешными действиями и пытался разобрать, что же младший так долго разглядывает за окном, смотря туда, куда и Феликс, но видел там лишь обычный пейзаж дневного Сеула: качающиеся на ветру верхушки деревьев, медленно тянущиеся облака и изредка проходящих мимо людей, похожих на муравьёв. Найдя эту картину слишком скучной, Хван переместил свой взор на новых одногруппников. Никто особо не слушал лекцию, занимаясь своими делами: кто-то сидел в телефоне, кто-то расписывал тетрадь соседа неприличными рисунками, а кто-то спал. Казалось, что никому не интересен предмет, хотя директриса всю дорогу от её кабинета до аудитории заверяла Хёнджина, что это один из ведущих предметов их специальности.
Когда пара закончилась, Феликс собрал свои вещи и поспешил покинуть аудиторию, но его неожиданно схватили за край толстовки, не давая уйти, так что пришлось повернуться.
— Прости, — произнёс Хёнджин и отпустил ткань, виновато улыбаясь. — Меня зовут Хван Хёнджин.
— Я слышал это в начале занятия. Ты что-то хотел? — Хёнджин удивился, насколько низкий был у парня голос, который ну никак не соответствовал его внешности.
— На такое обычно называют своё имя, а не грубят в ответ.
— Ли Феликс. — Он снова закатил глаза и хотел уже уйти, но Хёнджин был не намерен отставать от него.
— Я тут новенький, не мог бы ты помочь мне и показать университет?
— Попроси лучше кого-нибудь другого, например, вон, — он указал на парня, проходящего мимо, — Чонин. Думаю, его компания тебе понравится больше моей.
Чонин, услышавший своё имя в разговоре, обернулся и увидел спину уже уходящего Феликса и лицо ничего не понимающего новенького. Сообразив, что второму явно нужна помощь, Ян подбежал к нему и заговорил с самой дружелюбной улыбкой:
— Не обращай внимания и не обижайся на его слова, он всегда такой... — Парень протянул Хёнджину руку. — Я, кстати, Ян Чонин.
— Хван Хёнджин. — Он пожал руку в ответ. — Приятно познакомиться.
Чонин показал Хвану столовую, библиотеку, музыкальный и спортивный залы.
— Это основные места нашего университета, но по аудиториям, думаю, тебе пока будет трудно ориентироваться, так что, если ты не против, я буду ходить с тобой первое время, чтобы всё запомнил.
— Конечно, я только за! Спасибо тебе большое.
— Да не за что, я всегда рад помочь! — Он снова одарил старшего широкой улыбкой. — Так что, если вдруг тебе что-то понадобится, можешь смело обращаться.
— Тогда можно вопрос?
— Конечно.
— Мм, этот Феликс всегда такой… грубый?
— Он не грубый, просто нелюдимый. Но да, он всегда такой, ты не принимай близко к сердцу его слова. Мы, когда только поступили в университет, все сразу пытались с ним подружиться, пообщаться, но он лишь называл своё имя и уходил. Поначалу всех пугали резкие фразы, сказанные его низким голосом, но со временем все привыкли и к голосу, и к его холодности. Но многие, кстати, всё равно не оставляют его в покое и всё ещё пытаются затащить в кафе после учёбы или хотя бы поговорить с ним, но Феликс всегда непреклонен. Бывают моменты, когда он включается в групповой диалог. И этот парень действительно интересный собеседник! Но такие моменты по пальцам пересчитать можно. На самом деле он классный, просто любит быть один. Он словно притягивает к себе магнитом, но в то же время пытается оттолкнуть.
В течение всей следующей недели Хван стремительно набирал популярность среди учащихся, но, в отличие от Феликса, он не убегал от разговоров, а наоборот — активно их поддерживал, раздавал автографы и делал фотографии с поклонницами.
Теперь на каждом шагу можно было слышать имя новенького, все социальные сети кишели его фотографиями, а всю его биографию, начиная с рождения и заканчивая тем, что он кушал вчера на обед, знал каждый, даже тот, кто им не интересуется, даже Феликс.
Казалось бы, Феликс мог спокойно выдохнуть, попить горячий чай в тишине после учёбы, посидеть в пустой библиотеке, читая сопливые романы, и уйти в тишине домой, не привлекая к себе особого внимания.
В один из дней, когда Феликс сидел в тихой библиотеке и наслаждался сюжетом очередной сопливой истории о любви, его покой нарушил Хёнджин, пришедший за какой-то книгой, которую ему посоветовал преподаватель истории искусств. Хван привёл за собой стаю шумных девчонок, вызывая у младшего волну раздражения.
***
Хёнджин уже почти месяц учился с Феликсом и всё это время невольно наблюдал за ним. Нет, он не сталкер. Ни в коем случае! Просто ему интересны мотивы младшего.
Почему он вечно один? Почему он ни с кем не общается? Почему он отталкивает всех?
И ладно, если бы кто-нибудь ответил на его вопросы, но окружающие тоже были не в курсе.
— Кто же ты, мальчик-загадка? — как-то задаёт вопрос Хван, глядя на Феликса, сидящего на другом конце аудитории и не замечавшего на себе пристальный взгляд.
Хёнджин знает, что Феликс любит читать, сидя в углу тихой библиотеки, разглядывать унылые пейзажи из окон во время скучных пар и приходить на крышу университета во время больших перемен, стоя у края и глядя куда-то вдаль, вероятно, раздумывая над чем-то.
Нет, Хван не сталкер.
Он, на самом деле, случайно обнаруживает всё это. Просто потому, что любит читать не меньше Феликса, поэтому приходит в библиотеку не реже, чем раз в неделю, и берёт книгу из раздела научной фантастики. Он заметил одногруппника, ещё когда впервые пришёл в библиотеку, но не знал, что Ликс там, поэтому ему было стыдно из-за того, что привёл за собой толпу визжащих девчонок, вызывающих у Феликса ярое раздражение, чётко читаемое на его лице.
Нет, Хван не сталкер.
Ему просто не нравятся скучные пары, но нравится изучать людей, поэтому он замечает интерес Феликса к сероватым пейзажам дневного Сеула, проглядываемым из окон аудиторий. Хёнджин до сих пор не понимает, что такого особенного нашёл младший в этих видах, и планирует как-нибудь подойти и спросить, но пока что решает с этим повременить.
Нет, Хван не сталкер.
Он просто захотел однажды отдохнуть в одиночестве и забрался на крышу, прячась там за кирпичной колонной, как услышал, что кто-то тоже решил посетить данное место. Это был Феликс, просто стоящий у края крыши и наблюдающий за чем-то вдалеке. Так они и сидели весь перерыв: Феликс, размышляя над чем-то важным, и Хёнджин, наблюдая за ним.
Нет, Хван точно не сталкер.
Хёнджин хочет поговорить с Феликсом: его почему-то сильно тянуло к этому загадочному парню. То ли его отстранённость, то ли желание подружиться — да неважно что. Просто тянет, и всё. Но Хван понимает, что если подойти к Феликсу и попросить пойти за ним, чтобы поговорить, то младший, мало того что с места не сдвинется, он и взгляда не поднимет.
Поэтому Хёнджину нужен план.
Хвана озаряет на практической по искусствоведению. Он решает завалить работу, чтобы учитель потом оставил его после занятий разбираться наедине с самым умным учеником группы, так как у преподавателей педсовет — на самом деле, это просто сборище, на котором они пьют чай и обсуждают самые последние сплетни со всего универа.
Хёнджин специально ставит неверное в тесте и не прописывает вопросы, требующие развёрнутого ответа, отлично понимая, что если ему не повезёт, то учитель оставит его не с Феликсом, а со старостой-зубрилой — Пак Со Ён. Но как говорится, не попробуешь — не узнаешь. Именно поэтому Хван сдаёт листы с неправильными ответами, а на следующей паре получает свою двойку и нагоняй от учителя, объясняя всё тем, что не понял темы. Преподаватель в ответ лишь качает головой, разрешая ему остаться после учёбы и разобрать тему, но это только потому, что Хван новенький. Учитель долго что-то высматривает в журнале, а потом просит ту самую Пак Со Ён остаться после пар и помочь Хёнджину, после чего парню становится почти тошно оттого, что если она сейчас согласится, то он зря завалил эту работу, так ещё и придётся реально слушать материал, который и так хорошо понимает. Но видимо, небеса на его стороне, потому что девушка говорит о том, что сегодня у неё занятия по скрипке, и учитель, кивая, просит Феликса. Тот, конечно, не в восторге оттого, что придётся лишний час торчать в универе, так ещё и с кем-то, но делать нечего, поэтому соглашается, тут же сообщая своему водителю, что освободится сегодня
После пар они вдвоём возвращаются в кабинет учителя Го, а тот, в свою очередь, протягивает им материалы и, говоря что-то о педсовете, на который он уже опаздывает, уходит из аудитории, оставляя парней наедине.
— Ну и что тебе непонятно в этой суперлёгкой теме? — Феликс складывает руки на груди и бросает на Хвана укоризненный взгляд, опираясь бедром о стол учителя. Хёнджин хлопает не закрытую учителем дверь и садится за стол напротив Феликса.
— Тема мне предельно ясна, но непонятно кое-что другое, ты… — Хван не успел договорить, как Феликс прервал его.
— Так ты завалил эту работу, чтобы со мной наедине остаться?! Тогда я сваливаю. — Он накинул рюкзак на плечо и подошёл к двери, дёргая за ручку, но та почему-то не поддавалась. — Какого хрена?! — Ликс повернулся к фыркающему от смеха Хёнджину, одаривая его взглядом, выражавшим полное недоумение. Тот достаёт из заднего кармана джинсов ключи, тряся ими перед собой, как бы дразня парня напротив.
— Я это предусмотрел, так что ты не сможешь уйти отсюда, пока я кое-что не узнаю.
— Я буду кричать. Громко! — Феликс был в ярости от таких выходок старшего и еле сдерживался, чтобы не начать его материть.
— О, кричи сколько угодно, только вот тебя всё равно никто не услышит. В универе никого, а педсовет проходит в другом крыле, так что я подожду, пока ты наорёшься, не волнуйся. — Феликс перестал дёргать за ручку и, снова закатив глаза, подошёл к Хёнджину, скидывая рюкзак на стул рядом и садясь напротив него.
— И что же тебе от меня нужно? — Феликс подпёр подбородок руками, строя очень заинтересованную гримасу.
— О, всего лишь ответ на пару вопросов, а дальше я перепишу практическую, и ты будешь свободен.
— Господи, мог просто на перемене подойти и спросить. — Феликс снова показательно закатил глаза, чтобы Хёнджин увидел его недовольство, и скрестил руки на груди.
— Ты бы не ответил.
— Давай быстро, чего хотел?
— С самого моего прихода меня волнует один вопрос: почему ты так отталкиваешь от себя людей, если на самом деле нуждаешься в друге?
— Не неси чепухи. Я ни в ком не нуждаюсь.
— А я думаю, что нуждаешься. Перестань обманывать себя. Ты всем своим видом пытаешься показать, что весь такой сильный и независимый, но глаза тебя выдают. Видел бы ты свой взгляд, когда смотришь на окружающих, смеющихся со своими друзьями. Ты похож на забитого жизнью мальчика, которого бросили, и он пытается вот так свою обиду скрыть.
— Когда ты успел в психологи заделаться, придурок? — Агрессия всегда была защитным механизмом Феликса. Он понимал, что всё сказанное Хёнджином было правдой, но показывать этого не хотел, поэтому единственный выход Ли видел в проявлении враждебности по отношению к парню. — Мне не нужны ни твои эти глупые слова, ни друзья, понял? Да мне вообще никто не нужен! — Его последние слова звучали как мольба, скрытая, неозвученная, но такая отчаянная. И Хёнджин услышал её.
— Я хочу попытаться.
— Что? — Феликс не понимал, о чём говорит старший, и, глядя на него настороженным взглядом, пытался прочитать ответ в его глазах.
— Стать твоим другом, — ответил Хван и улыбнулся, показывая, что ему можно доверять. — Ну, знаешь, тусить там вместе, секретничать, девушек обсуждать и тому подобное.
— Зачем тебе это?
— Ты выглядишь как тот, кто нуждается в человеке, который будет рядом, как тот, кто нуждается в друге. И я попытаюсь стать им.
— Эм. Ты делаешь мне одолжение?
— Ни в коем случае! — Феликс взглянул на Хёнджина, пытаясь найти в его взгляде насмешку или жалость, но вместо этого там была забота? И понимание? — Мне кажется, ты хороший человек, когда не выделываешься и не дерзишь всем вокруг, просто ещё не разобрался в себе.
— Ты будешь разочарован, убедившись в обратном.
— Это значит, что ты даёшь мне шанс?
— Я отвечу, если ты отдашь мне ключи. — Феликс выставил вперёд руку, повернув ладонь тыльной стороной вниз, намекая, что туда нужно положить ключи, поэтому Хвану ничего не оставалось, кроме как отдать Феликсу то, что он хочет.
— Так каков твой ответ, мальчик-загадка?
— Переписывай работу, Хёнджин. — Он повернул ключ и толкнул дверь, выбегая из кабинета и оставляя Хёнджина с улыбкой на лице. Феликс сам не знал: согласен он или нет на предложение старшего. Повторять ошибок прошлого не хотелось, но новенький не кажется тем, кто может предать. И всё же Феликс не понимает, зачем это нужно Хвану. В любом случае даже если это шутка, Ли же не сказал старшему «да», значит, всё в порядке. Он вообще думал, что Хёнджин это всё несерьёзно, и надеялся, что тот его больше не тронет, но Хван, видимо, так не считал.
***
На следующий день Хёнджин пришёл в университет с самой лучезарной улыбкой, на какую только был способен, и плюхнулся на стул рядом с Феликсом, читающим очередной роман.
— Привет!
— Здравствуй, Хёнджин, — говорил это Феликс загробным тоном, не отрывая взгляд от книги.
— Что читаешь? — В руках Феликса была книга, название которой Хёнджин не мог прочитать, потому что оно было на английском.
— А, ты не знаешь английского? Тогда скажу тебе по буквам: «К-а-к с-д-е-л-а-т-ь т-а-к, ч-т-о-б-ы т-е-б-я н-е д-о-с-т-а-в-а-л-и н-а-д-о-е-д-л-и-в-ы-е п-а-р-н-и».
— Я же просто поинтересовался, зачем грубить-то сразу. — Его ни капли не задели слова младшего, но он не упустил момент, чтобы скорчить обиженное лицо, которое Феликс тактично проигнорировал.
— А я не просил тебя интересоваться мной. Из-за тебя теперь все смотрят в нашу сторону. — Хёнджин только сейчас заметил, что большинство одногруппников с интересом смотрят на них и о чём-то шепчутся.
— Прости, — тихо сказал Хёнджин, поджав губы, и виновато опустил голову, понимая, что младшему очень некомфортно находиться в центре всеобщего внимания. И если Хёнджин и правда хочет с ним сблизиться, то такого больше нельзя допускать.
Предприниматель? Узнай, как построить системный маркетинг!
t.me
Один канал вместо платных курсов по системному маркетингу. Присоединяйся!
В Telegram...
Пока Хёнджин размышлял над тем, что делать дальше, Феликс смотрел в окно, изучая пейзаж утреннего, ещё не проснувшегося Сеула, и размышлял над действиями старшего. Из раздумий Ликса вытащил шёпот в правое ухо, со стороны которого как раз таки сидел Хван.
— Что такого творится за этим окном, что ты постоянно туда смотришь?
— В этом твоя проблема, Хёнджин. — Феликс повернулся к нему лицом так, что между ними оставались лишь миллиметры, но парня это, видимо, не смутило. — Ты не наблюдательный.
Только сейчас, находясь в опасной близости, Хёнджин смог разглядеть россыпь веснушек на лице младшего; к ним хотелось прикоснуться и проверить, настоящие ли они, потому что раньше Хван такого не видел.
— Посмотри сам. — Феликс снова отвернулся к окну и указал пальцем куда-то вдаль. — Видишь этот большой клён? — За окном и правда стоял клён, высокий, широкий и с пышной листвой. — Каждый день на нём всё больше и больше листьев меняют свой окрас: зелёные становятся жёлтыми, жёлтые — оранжевыми, оранжевые — красными, красные — бордовыми, а затем они опадают, кружась в медленном вальсе со временем. Мы никогда не примечаем таких небольших изменений и замечаем только очевидные моменты, когда листья зелёные, потом мы отмечаем для себя, что деревья стали полностью красными, а после — когда листва полностью опадёт. Это как наша жизнь: ты или будешь ценить каждый момент, не упуская из виду ни один из них, будь он хороший или плохой, или же, не замечая мелочей, ты упустишь самые важные моменты, а когда жизнь незаметно подойдёт к концу, и последний лист упадёт на землю, ты поймёшь, что слишком многое упустил. Я наблюдаю за этим деревом, ежедневно меняющим свой окрас, за людьми, идущими на работу или учебу: кто-то спешит в офис в страхе, что его уволят из-за опоздания; кто-то, наоборот, идёт с ночной смены, спеша домой на завтрак с семьёй; кто-то идёт не спеша, потому что спешить некуда. У всех свои причины и мотивы — каждый действует, руководствуясь чем-то.
Хёнджин задумался, будто бы младший ответил на один из тех вопросов, что так интересовали Хвана, словно в этих замысловатых словах была зашифрована и его причина. И если это так, то Хёнджин был готов разгадать этот шифр.
У Хёнджина есть план.
На следующей же перемене Хёнджин решает подойти к их старосте, той самой Пак Со Ён, и узнать адрес Феликса. Он ловит её в коридоре, когда она уже хотела зайти в кабинет студсовета, откуда её пришлось бы очень долго ждать, и, понимая, что так просто адрес он не получит, решил действовать не совсем честным способом.
— Эй, Со Ён, привет! — Хван улыбнулся ей и провёл рукой по волосам, зная, что в такие моменты выглядит безумно сексуально.
— Д-да, привет, Хёнджин, ты что-то хотел? — Было видно, что девушка волнуется, теребя край своего кардигана и опуская взгляд на носки своих кроссовок, а значит, что Хёнджин пока что делал всё правильно.
— Мне о-очень ну-ужен адрес Феликса, — специально тянул он гласные, чтобы вызвать некую жалость у девушки.
— Но я не могу разглашать личную информацию наших одногруппников.
— Ну пожа-а-алуйста, сделай это для меня, ну, Со Ён. — Хван сделал самое милое выражение лица: приоткрыл глаза и сложил губы бантиком, делая при этом очень грустный взгляд.
— Но мне влетит, если кто-то узнает, что я это сделала. — Хёнджин понял, что если эта тактика на девушку не действует, то придётся её поменять.
— О, я обещаю, — наклонился к её уху и прошептал он соблазнительно низким голосом, а после добавил: — Никому об этом не скажу.
— Ладно, — пискнула девушка и поспешила зайти в кабинет, выйдя через минуту, держа в руках бумажку с адресом Ли, которую она отдала Хёнджину.
— Только обещай, что никто не узнает, пожалуйста.
— Обещаю, принцесса, можешь не беспокоиться. — Хван щёлкнул по носу девушки и, обняв её на прощание, быстро убежал по своим делам.
Хёнджин прекрасно понимал, что достал нужную информацию не совсем законным путём, но, как говорится, на войне все средства хороши, тем более ничего плохого делать он не собирался.
Ахуеть...
3583к слов...