Часть 27.
Pov. Чонгук.
– Это что ты устроил, Чонгук? Какого хрена ты мне лжёшь? – Намджун делает шаг вперёд, закатывает рукава чёрной толстовки. – И почему я только спустя четыре дня узнаю, что пропавшую подругу моей девушки спиздил ты?
– А я должен перед тобой отчитываться? – атмосфера между нами накаляется, но я продолжаю смотреть на него спокойно. Что он мне сделает? Ничего. Расквасит нос? Пусть попробует. Получит в ответ. – Делаю, что хочу. Пожелаю девчонку – заберу себе. С каких пор ты такой заботливый? Из-за бабы размяк?
– Нет, просто ты теряешь контроль. Мой криминальный брат, что убивает людей направо и налево, вдруг решает почитать мне мораль. – Я на сто процентов уверен, что она здесь не по своей воле. Так скажи, какого фига она лежит там?
Всё это начинает утомлять. Сверлю его взглядом, но пытаюсь сохранить спокойствие. Впервые в жизни пытаюсь решить дело не кулаками. Но, кажется, Киму плевать.
Он делает ещё шаг вперёд.
– Это дочь того мудака, – не растягиваю, говорю сразу. Чтобы потом не было недомолвок. Судя по его лицу, Намджун хоть и удивлён, но всё же злится. Да что с ним стало? Та официантка его зомбировала? – Я просто с ней веселюсь.
– Ты хотел сказать мстишь? Невиновной девчонке, что даже не знает о злодеяниях отца?
– Уже знает, – равнодушно хмыкаю. – Ты что, в святоши заделался? Если да, тебе лучше свалить отсюда. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы мы поубивали друг друга.
– Блять, Чон, – друг вспыхивает и делает резкий шаг вперёд. Ещё один. Мы с ним одного роста, поэтому сталкиваемся грудью и смотрим друг другу в глаза. – Я тебе уже говорил. Забей ты на него. Мать не вернуть. И девчонку оставь в покое. Сдох он, понимаешь? Сдох. Не увидит он больше мучений дочери, если ты так хотел этого. Не воскресит его ничего! Пора перестать гнаться за местью! Лучше бы наказывал тех, кто заслужил.
Нет. С ним что-то не так. Не может он мне таких слов сказать. Всегда был на моей стороне, хоть и смотрел осуждающе.
А сейчас буквально защищает Лису. С чего это?
– Мне плевать, – цежу сквозь зубы. – Девчонка останется здесь. До тех пор, пока я не захочу убить её или выкинуть.
Перед глазами мелькает тёмная тень. Резкая боль парализует пол-лица, и голова косится в сторону. Во рту чувствую металлический привкус, и не сразу понимаю – Нам меня ударил.
Поднимаю на него испепеляющий взгляд. Убиваю им, пытаясь сдержаться. Если сейчас начну – не остановлюсь. А я перед этим выпил. А когда ещё и алкоголь мозг застилает, вообще убить могу. Даже друга.
– Что это? – ухмыляюсь, выплёвывая изо рта кровь. Пиздец, до чего докатились. – Благородство? Ради бабы своей печёшься? Подружку потеряла?
Ещё один замах, но в этот раз ловлю ладонью крепкий кулак друга. По его лицу замечаю – сам еле сдерживается.
– Нет, ради тебя, дебила. Куда твоя месть тебя загонит? В могилу.
– Я же отправлюсь, не ты. Вали отсюда, Джун. Если не хочешь, чтобы мы сломали друг другу носы.
– Я никуда не уйду без девчонки.
– Ты ради давалки своей стараешься? – усмехаюсь, но рано. Намджуну явно не нравятся разговоры о его новой девушке, что глаза чернеют. Опять замахивается, но в этот раз ударяю первым – я ему не игрушка для битья. Позволил ударить один раз – второй нет.
Он чуть не кидается на меня, словно дикий зверь.
Мда. Голову знатно сносит.
– Лучше тебе уйти. Если ты не хочешь, чтобы твоя Майя узнала о тебе всю правду. Она ведь не в курсе тех дел, что ты творишь? Как убиваешь людей, толкаешь наркоту. Или как развлекаешься в пабах по вечерам. Хочешь, чтобы она обо всём узнала?
Знаю, что поступаю нечестно. Но мне похуй.
Второй его удар принимаю с усмешкой. Снова сплёвываю кровь, что заволокла весь рот и уже не чувствую боли, что коликами отзывается на лице. Да насрать. Столько было ранений, что это – комариный укус. Особенно, когда друг бьёт вполсилы.
– Иди нахер, Чонгук. Когда ты будешь сдыхать где-то в подворотне, знай – я тебе не помогу.
Поворачиваюсь в его сторону и вижу отдаляющуюся напряжённую спину. Так легко сдался? Только услышав, что расскажу его шлюхе о нём? Мда…
Улыбка сползает с моего лица, когда дверь квартиры захлопывается, а я делаю несколько шагов назад, падая на стул.
Трогаю пальцами челюсть, пытаюсь сделать так, чтобы меньше болела. Хорошо, что не вывихнул. Ехать в больницу сейчас нет никакого желания.
Врач наш падаль. Ему конец. Уверен, что это он всё рассказал.
Ударяю пострадавшим кулаком о стол и громко выдыхаю. Делаю ещё один удар, вкладывая в него больше силы. Стекло трескается.
Разбиваю в кровь, чувствуя острые пощипывания, что простреливают всю руку.
Вот как можно вляпаться в такое говно?
Потерять друга из-за мелкой букашки. И из-за чего? Из-за другой девчонки, в которую Нам вставляет свой член.
Хоть и понимаю, что дело тут не совсем в бабах.
А в доверии. Которое я подставил под удар...