Часть 66.
Pov. Лиса.
Меня толкают в ярко освещённую комнату, из-за чего чуть не слепну.
И когда дверь закрывается, барабаню по ней и прошу меня выпустить.
– Пожалуйста, помогите!
Потому что я знаю, зачем меня сюда привели.
Клим не трогал меня около недели. Звал на ужин, как и остальных своих женщин и мы вместе ели. Иногда посещал нашу комнату, которую он называл гаремом. Вроде… Живём в современном мире, но и здесь этот ублюдок отличился.
Но он постоянно кидал на меня странные взгляды.
И вот сегодня…
Меня отвели к врачу. На осмотр. И сделали клизму. Я вырывалась, спрашивала для чего, но тот лишь ответил, что так нужно.
Но потом… Я всё поняла и без него. Мне нельзя сейчас секс. Клим спрашивал на прошлом осмотре. И доктор.. Ответил, что мне нельзя ничего делать несколько недель. И они ещё не прошли.
И, кажется, этот псих не выдержал.
Потому что собирается трахнуть меня туда, где не трогал даже муж.
И опять я думаю о нём, а сердце сжимается, превращаясь в маленькую горошину.
– Ну, Лиса, хватит тебе. Не так ты должна идти к своему мужу…
– Мужу? – резко оборачиваюсь, чувствуя, как глаза вылетают из орбит. – Мужу?!
– Не кричи, – морщится. – Да, мужу. Конечно, ты станешь моей женой через… Примерно недельку. Да, думаю столько. Поэтому.. Не нужно сопротивляться, дорогая. Иди сюда, в мои объятия.
Он раскрывает руки, приглашая к себе.
– Не смей. Ко мне. Приближаться, – чеканю. Я так просто не дамся.
– А то что? – насмехается.
Идёт вперёд. Шаг за шагом. Понимаю, что стоять у дверей не лучшее решение. Тем более что она закрыта. А вот окно…
Чёрт!
Делаю шаг в сторону, иду к тумбе, только подальше от него. Ищу чем защититься.
И я нахожу, но… Мне нужно заманить его к столику. И боюсь, если буду сопротивляться, то… Ничего не получится. Он оттащит меня куда подальше – я не вырвусь.
Потому что вижу их. Наручники. Прицепит к кровати и мне конец.
Сглатываю, и судорожно размышляю, что делать.
План приходит моментальный. Глупый. Который может лишить меня жизни, но…
– Я боюсь, – выпаливаю честно. – Вдруг с ребёнком что-то случится?
Я строю из себя дурочку и делаю вид, что ни о чём не догадываюсь.
– О, поверь, с ребёнком ничего не случится, – скалится. – Мы опробуем твой… Задний привод.
Пот скатывается по виску. А я подхожу к тумбе. Плохо дело. Схвачусь за что-нибудь, и зеркало меня выдаст. Поэтому дожидаюсь монстра. Пока тот вальяжным шагом идёт ко мне.
Я умру, если у меня ничего не получится.
– Меня никогда не… – строю из себя недотрогу.
– Ничего, я опытный любовник, – отмахивается.
Приближается ко мне. Встаёт почти вплотную. Смотрит сверху вниз. А меня тянет блевануть. Как только в голове появляется это картина. Как он, старый, залезает на меня сверху и входит своим…
О нет!
Он же наверняка ещё и под халатом голый!
Господи, что же делать…
Я судорожно размышляю. Не могу схватиться за вазу. Он заметит. Поэтому едва не вою из-за отчаяния.
Но что-то внезапно происходит.
Я будто слепну.
Передо мной только темнота. И лунный свет, что закрадывается в комнату из-за раскрытых занавесок.
– Какого хрена?
И в этот момент… Я понимаю, что это мой шанс.
Мне всё равно, почему погас свет. Но Клим сам не ожидает этого.
Не думаю. Только делаю.
Хватаю фарфоровую небольшую вазу. Замахиваюсь и ударяю старика по голове. Тот не понимает в чём дело, отшатывается, хватается за голову.
Но я не остановливаюсь. Он всё ещё в сознании.
Хватаюсь в панике за второй предмет, и пока он пытается отойти от первого удара, бью ещё раз.
Он едва не падает.
Страх бьёт огромным молотом по всему телу.
Адреналин подскакивает в крови. Я хватаюсь за ещё одну посуду и снова ударяю о его голову.
Клим с грохотом падает на пол. Как и моё сердце в облегчении.
Я тяжело дышу, и не понимаю, что происходит.
Не знаю, убила ли я его…
Но мне насрать!
Мне надо выжить!
Ступаю босыми ногами по стеклу. Плевать на порезы. Мне нужно найти ключ от двери.
И на удивление, я нахожу его быстро. В кармане халата. Открываю двери и аккуратно выхожу в коридор. На всякий случай беру в руки ещё один предмет. Чтобы ударить. Здесь наверняка есть охрана.
Поэтому аккуратно передвигаюсь по темноте. Я совершенно не знаю куда идти. Но я слышу отдаляющиеся голоса вместе со своим сердцем.
И это… Наверное, хорошо. Все в недоумении, почему выключился свет.
И меня это ни капли не волнует. Если бы не сбой в электричестве, я бы сейчас лежала прицепленная на кровати, пока старик вбивается в мою задницу.
Я её Чонгуку-то не дала, а здесь этот говнюк. Пусть ест землю.
Иду по коридорам, крепко держу в руках фарфоровый чайник. Мне повезло, что Клим – коллекционер посуды. И почему-то держит его на тумбе. Наверное, декор. Чёрт его знает!
Поворачиваю за угол, затихаю. Прислушиваюсь и когда понимаю, что рядом никого нет, аккуратно и негромко бегу. Пытаюсь вспомнить, где здесь выход.
И молюсь всем богам, чтобы меня не заметили.
Внезапно что-то слышу. Шорох. Шуршание. И шаги. Останавливаюсь и пытаюсь услышать хоть что-то ещё через бешено стучащее сердце.
Куда бежать?
Только намереваюсь сделать это в противоположную сторону от шушуканья.
Но не успеваю.
Огромная ладонь опускается на рот. Сдавливает его. Вторая рука выхватывает моё оружие из пальцев. А я не могу пошевелиться. Как парализует.
Нашли!
Нашли!
И теперь убьют!
Но я так просто не сдамся. Я не для этого терпела всё это. Тряслась, когда осматривала голого Клима с его стручком под халатом.
Наступаю безумно амбалу на ногу. Слышу тихое шипение и голос.
Замираю.
Потому что…
– Лиса, стой, – тихий шёпот мне что-то напоминает.
Сердце падает вниз. Раздаётся шум в ушах. И стук в висках.
Я оборачиваюсь. В надежде. Что сейчас… Я увижу мужа. Живого, целого и невредимого.
Кинусь ему в объятия. Обниму, поцелую.
И я должна облегчённо выдохнуть, потому что вижу Намджуна, но…
Это не Чонгук.
Не он пришёл спасти меня.
Не он сейчас обнимает меня. Не он смотрит таким… Взволнованным взглядом.
Потому что…
Его больше нет.
– Джун… – едва не плачу. Слёзы подступают к глазам. – Это ты?...
– Я, я, тише давай, – я тут же замолкаю. – Джин, иди сюда. Нашёл я.
Что? Джин? Он же… Чонгук сказал найти его. Но я не смогла бы убежать.
А сейчас он здесь? Но он ведь плохой…
Из-за тени выходит Джин. Вид серьёзный, но в то же время скучающий. Этот человек понимает, куда попал?
Его будто заставили сюда прийти.
– Иди сюда, – Джун обхватывает мои плечи. Поднимает на руки, и я чуть не взвизгиваю. Но вовремя замолкаю. – Так будет быстрее. Нам надо как можно быстрее драпать отсюда. Джин, всё готово?
– Да давно уже, – отзывается сердито. – Пошли. Мне явно здесь не хватает огонька.
Намджун кивает. Срывается с места. Бежим по коридорам, выглядывая из-за угла.
И я понимаю, что сейчас не время, и скорее всего поздно, но…
– Там Клим. В комнате. Не знаю, живой или мёртвый, но… Может, добьём?
Я не знаю, откуда у меня эти мысли в голове. Всё этот мальчик, что растёт у меня в животе. Ему передаётся характер отца. А мне в итоге его желания.
– Нет, – отрезает. – О нём потом позаботятся. Молчи.
Захлопываю рот. Нет, так нет.
Выбегаем на улицу. Бежим по траве. И только сейчас… Я замечаю рыжие отблески на макушках деревьев. И когда мы начинаем отдаляться от дома, понимаю…
Что он горит.
Красиво. Ярко.
Красно-оранжевым пламенем.
Господи, там же люди… Ещё и девушки. Нана.. Она ведь хорошая! Что если… Господи, именно та часть дома и горит!
Закусываю губу, и снова чуть не плачу.
Мне их жалко. Правда, жаль. Они были… Беременны. Как и Нана. Она одна-единственная, кто был нормальной в их компашке.
– Намджун, стой, – неожиданно останавливаю его. Округляю от изумления глаза. Что он творит? – Там Джин, он…
Присматриваюсь. Мужчина остановился примерно метров в десяти от нас. Смотрит на горящий дом и прикуривает сигарету.
– Ой, блять, – вздыхает. – Джин, хорош! Уходим! Потом на огонёк свой долбанутый посмотришь! Фетишист грёбанный.
– Что он делает? – он вообще нормальный?!
Намджун вздыхает.
– Пока не сгорит дотла – хер уйдёт. Знаешь, с каким он удовольствием поджигал дом? Я думал, он прям в штаны кончит.
А…
Ясно… А по нему и не скажешь. С виду серьёзный такой.
– Херово, – изрекает громко псих. – Хорошо горит. Кому-то там не поздоровится… Может, и повезёт, живым выйдет…
Я буду бездушной тварью, но…
Мне становится всё равно. Я хочу убраться отсюда.
Поэтому когда Джин всё же оборачивается и вальяжно идёт следом, пока Намджун уносит меня всё дальше, я, наконец, облегчённо выдыхаю.
Потому что…
Мой двухнедельный кошмар… Закончился.