7-8
Глава 7
– Это ведь именно ты скомандовал отступление, – прорычал Коготь, уставившись на Ярохвоста. – Что ты вообще за глашатай, если готов сдавать земли нашего племени врагу?!
Ярохвост выдержал взгляд старшего воина. Немало лун уже минуло после того неудачного нападения на Ветряной лагерь. Солнцезвёзд потерял свою последнюю жизнь и ушёл в Звёздное племя. Синегривка стала новой предводительницей Грозового племени и, несмотря на то, что и Остролап, и Коготь ожидали, что она выберет новым глашатаем кого-то из них, кошка выбрала Ярохвоста.
Много воды утекло с тех пор. Старейшины умирали, рождались новые котята, воины уходили в палатку старейшин, сменяемые возмужавшими и закончившими своё обучение вчерашними оруженосцами. И, тем не менее, Ярохвост, стоя сейчас в предводительской палатке и слушая Синюю Звезду и Когтя, отчётливо понимал, как мало изменилось хоть что-то с тех пор, как он сам ещё был несмышлёным оруженосцем. «А Коготь вообще ни на коготок не изменился».
С той лишь разницей, что положение дел сейчас было хуже, чем тогда. Несколько дней назад они проиграли Речным битву за Нагретые Камни, и это было первое сражение, которое Грозовое племя проиграло на своей территории с тех пор, как Синяя Звезда стала предводительницей.
– Я – глашатай, для которого нет ничего дороже жизней соплеменников, – прорычал в ответ Ярохвост, резко взмахнув хвостом. Как вообще Коготь смеет его в чём-то обвинять? Та битва в любом случае уже была проиграна! – Речные превосходили нас числом. А ещё нужно было срочно доставить Кисточку в палатку целителя. Она погибла бы, если бы мы не отступили. И, вероятно, не только она.
– Мы обязаны были преподать им урок, – прошипел сквозь зубы Коготь, вонзив свои длинные когти в пол предводительской палатки. – Если мы не будем защищать нашу территорию, то Речные подумают, что могут нарушать границу, когда пожелают. Ярохвост допустил ошибку.
– Ярохвост всё сделал правильно, – твёрдо ответила Синяя Звезда. – Иногда лучше проиграть битву, чтобы сохранить племя.
Коготь ничего не ответил, лишь смерил предводительницу угрюмым взглядом.
– Но, можешь быть уверен, мы обязательно вернём Нагретые Камни, – продолжила она.
Ярохвост поёжился, словно в предводительской палатке вдруг стало очень холодно. «Если мы попытаемся сделать это прямо сейчас, то не добьёмся ничего, кроме новых потерь с нашей стороны».
– Только не сейчас, – вставил он. – У нас пока ещё недостаточно воинов. Мы должны собраться с силами, чтобы быть уверенными, что точно сможем выиграть эту битву.
– Иного я от тебя и не ожидал услышать, – притворно-мягко прошипел Коготь, настолько тихо, что Ярохвост едва смог его услышать. – Ты ведь всегда бежишь от битвы.
– Что ты сказал? – яростно промяукал глашатай, чувствуя, как мех на спине встаёт дыбом. Давно уже минули те времена, когда Коготь был в состоянии запугать его, и больше подобное поведение бурого воина Ярохвост был не намерен терпеть.
– Прекратите! Только драк внутри племени нам сейчас не хватало! – предостерегающе промяукала Синяя Звезда.
Коготь тут же покорно опустил голову.
– Молчу, – спокойно ответил он. – Ты как всегда прав, Ярохвост.
Глашатай весь напрягся. Он ни на коготок не доверял ни этой резкой перемене настроения огромного воина, ни его напускному спокойствию.
Что же задумал Коготь на этот раз?
Ярохвост бросил взгляд на чистое вечернее небо у себя над головой. У них как раз оставалось время на отправку ещё одного охотничьего патруля перед тем, как ночь опустится на лес. В лесу сейчас немало дичи, и племени стоит наедаться, пока есть возможность.
– Львиногрив, – позвал он большого золотистого воителя, – возьми Бурана с Клубком и своди их поохотиться.
Тот с готовностью кивнул.
– Я как раз приметил возле Гнезда Двуногих мышиное гнёздышко, – дружелюбно промяукал он. – Так что мы обязательно побалуем племя свежатинкой.
Ярохвост, глядя вслед уходящему патрулю, обратил внимание, с каким нетерпением Клубок, пушистый серый оруженосец, подпрыгивает возле своего наставника. Его собственный ученик, Дымок, сейчас был занят уборкой палатки старейшин вместе с Горчицей и Горелым. Оруженосцы вытаскивали засохший мох и слежавшиеся листья, складывая их в кучку возле палатки. Сами старейшины лежали неподалёку, наслаждаясь последними лучиками заходящего солнца.
– Не забудьте сделать моё гнёздышко помягче! – очень громко промяукала Кривуля, словно пытаясь перекричать свою глуховатость. После того, как кошка потеряла свой слепой глаз, она перебралась в палатку старейшин. Горчица махнула хвостом, давая понять старейшине, что та была услышана.
Тут же, на полянке, расположились брат и сестра Ярохвоста. Пестролистая вытаскивала шип из хвоста Частокола. Чёрно-серый кот вздрогнул, но движения целительницы были стремительными и уверенными. Синеглазка с Кисточкой делили мышь, тихо о чём-то переговариваясь. Остальные воители тоже тихонько переговаривались или просто дремали, в то время как котята Белоснежки и Златошейки носились по лагерю, весело прыгая друг на друга. Их матери пристально следили за котятами, сидя около входа в детскую.
Ничто, казалось, не нарушало вечернего спокойствия, и Ярохвост, думая уже о завтрашнем пограничном патруле, направился к Высокой Скале, чтобы отчитаться перед Синей Звездой об итогах прошедшего дня.
Подходя к предводительской палатке, Ярохвост замедлил шаг, услышав из-за её полога голос Когтя. Что же он обсуждает с предводительницей без его ведома?
– Мы должны ударить немедленно, – донеслось до него шипение бурого воина. – Должны вернуть Нагретые Камни, дав тем самым понять, что Грозовое племя не потерпит посягательств на свою территорию.
– Мне понятны твои желания, но Ярохвост, я думаю, прав, – задумчиво промяукала Синяя Звезда. – С нынешним количеством здоровых воинов у нас мало шансов одолеть Речных в открытом бою.
Шкуру Ярохвоста закололо от раздражения. Неужели Коготь пытается надуть предводительнице в уши у него за спиной?
– Но мы не можем просто сидеть, сложа лапы, – продолжал настаивать Коготь. – Каждое из племён тоже захочет оттяпать от нас кусочек, если почувствует нашу слабость. Позволь мне хотя бы пометить Нагретые Камни – так Речные поймут, что мы не собираемся отказываться от своей территории.
Повисла пауза, и Ярохвост навострил уши, стараясь уловить малейший шорох. Неужели Синяя Звезда поверит, что Коготь готов ограничиться этим? Глашатай прекрасно понимал, что тот не упустит ни малейшего случая пустить в ход когти. Но предводительница, видимо, доверяла Когтю больше, чем Ярохвост.
– Хорошо, – промяукала, наконец, она. – Возьми небольшой патруль и пометьте Нагретые Камни на рассвете. Узнайте, оставляли ли Речные там свежие метки и, если выяснится, что оставляли, уничтожьте их. В одном ты точно прав – мы должны отчётливо дать понять, что не отказываемся от своих претензий на Нагретые Камни. Но это – всё, чего я хочу от тебя, Коготь. Запомни – я запрещаю развязывать новую битву.
Ярохвост едва сумел сдержать рычание, представив себе довольный блеск в глазах бурого воина. То, что он сказал, звучало разумно, но глашатай не верил, что планы Когтя ограничивались меткой территории.
Прежде чем Ярохвост успел отойти, Коготь показался из-за лишайниковой завесы. Он замер, увидев глашатая, и пёстрый воитель почувствовал прилив стыда – его поймали за подслушиванием.
– Кажется, ты всё прекрасно слышал? – мягко спросил Коготь. Ярохвост кивнул. – И не пытайся остановить меня, – продолжил косматый воитель. – Синяя Звезда согласилась с моими доводами. И завтра на рассвете я соберу группу воинов – тех, которые не боятся стоять за своё племя, – и поведу их к Нагретым Камням.
– Подожди, Коготь! – промяукал Ярохвост, когда тот прошёл мимо него, так близко, что их шкуры соприкоснулись. – Я и не собираюсь отговаривать тебя. Наоборот, я хочу пойти с тобой.
Коготь оглянулся, удивлённо вытаращив глаза.
– Хочешь пойти со мной? – переспросил он.
– Да, – подтвердил Ярохвост, подходя поближе. – Ты прав – нам действительно стоит пометить нашу территорию. И я хочу вернуть Нагретые Камни не меньше твоего.
Коготь задумчиво посмотрел на Ярохвоста, задрав хвост.
– Может, я был о тебе слишком плохого мнения…
– Я – воитель, – твёрдо ответил Ярохвост. – И всё, чего я хочу – это защищать моё племя.
На рассвете, взяв с собой третьим Горелого, Коготь и Ярохвост, наскоро перекусив, направились к Нагретым Камням. День обещал быть тёплым, и молодые коты почти бежали, предвкушая предстоящее приключение.
Черный оруженосец с благодарностью поглядывал на воинов, он не ожидал, что его возьмут на столь ответственное дело. Котик важно выпячивал худую грудь, стараясь не отставать от товарищей.
– Мы обязательно вернём себе Нагретые Камни! – промяукал он, в глубине души надеясь, что драться им сегодня не придётся.
– Не сомневайся, так и будет, – пробасил Коготь и покосился на Ярохвоста.
Глашатай сделал вид, что не слышал, о чём говорят соплеменники.
– Запомните: мы лишь помечаем Камни и не ввязываемся ни в какие…
Но договорить он не успел. Откуда-то издалека послышался яростный собачий лай. И он неумолимо приближался прямо к котам.
– …бежим! – что есть силы закричал Ярохвост и пустился бежать. Коготь и Горелый не отставали, он слышал их мерное дыхание за спиной.
Лай раздался уже и справа, и воители поняли, что их гонят к территории Двуногих.
– Скорее, сюда! – Коготь мчался прямо к Чудищу Двуногих. Он в один прыжок заскочил в открытое отверстие, расположенное наверху огромного Чудища. Товарищи запрыгнули вслед за ними. И вовремя. Собаки, разгоряченные бегом и азартом погони, запрыгали внизу, яростно лая и брызгая слюной.
Ярохвост огляделся. Они сидели в странной палатке, расположенной на огромных железных лапах. Вокруг поблескивали какие-то странные палочки и круглые стеклянные штуки разных цветов и размеров.
– Это бульдозер, – сказал Коготь. Горелый и Ярохвост в недоумении уставились на воина. – Я слышал, как Двуногие называли это, – пояснил кот, смущённо потупив голову. – Я долго следил за отцом, когда он… – Коготь замолчал, и его глаза потемнели.
На мгновение воцарилась тишина, даже псы перестали лаять и сели рядом с Чудищем, навострив уши.
«Время офигительных историй», – подумал Ярохвост, испытав однако при этом укол сочувствия к огромному коту.
Горелый, оторвав затравленный взгляд от собак, уставился на наставника. Все помнили эту ужасную историю, когда предводитель их племени ушёл жить к Двуногим. Когтишка тогда сильно переживал, но никто не мог подумать, что он бегал следить за отцом.
– Его Двуногий катался на таком Чудище, – продолжил полосатый кот, – и я сидел часто рядом. Я мечтал вырасти и перегрызть глотку этого Двуногого… Но сейчас я не об этом. Я видел, как и что он нажимал, чтобы управлять этим Чудищем. Этот монстр мог перемещать огромные деревья и даже камни. – Тут Коготь замолчал, осененный какой-то мыслью.
Ярохвост настороженно смотрел на воина, он прекрасно изучил этот взгляд. Коготь задумал что-то опасное.
– Я знаю, что нам нужно сделать! Мы преподнесём этим рыбомордым самый страшный урок в их жалкой жизни. – Он начал обнюхивать блестящие штуки в палатке Чудища, как будто что-то вспоминая. – Горелый, марш на крышу! Будешь говорить мне, куда нужно двигаться. Только кричи громче, у Чудища страшно громкий голос. Ярохвост, ты будешь мне помогать тут.
Коготь прищурился и нажал лапой на большой красный камень овальной формы. Тут Чудище заревело. Собаки повскакали со своих мест и бросились врассыпную. Ярохвост вцепился всеми лапами в кожаное покрытие, на котором они сидели. Горелый был в полуобморочном состоянии, он не соображал, что происходит.
– Горелый, я что сказал! – Коготь зарычал, перекрикивая вой Чудища. Горелый взглянул в глаза коту и понял, что тот его убьёт раньше, чем сможет это сделать Чудище. На трясущихся лапах, пытаясь сохранить равновесие, ученик полез на крышу палатки. Через некоторое время жалобное мяуканье раздалось откуда-то сверху.
– Я на месте… – донесся сдавленный крик.
– Ярохвост, полезай вниз и жми вон ту черную плоскую штуковину. – Коготь махнул хвостом, указывая куда-то на пол палатки. – Нажмешь на нее, когда я скажу! – Глашатай, плохо соображая, что происходит, покорно сполз на пол и положил лапы на штуковину.
– Горелый, держись крепче, мы поехали! – Коготь взмахнул хвостом и заорал что было сил: – Ярохвост, жми педаль!
Ярохвост, осатанев от всего происходящего, нажал на то, что Коготь назвал педалью. Она не поддалась, и кот нажал сильнее. И тут раздался хлопок, повалил едкий дым, и они затряслись от того, что Чудище начало двигаться вместе с ними. Сверху раздался отчаянный визг Горелого.
– Звездное племя, помоги! – шептал про себя Ярохвост, продолжая изо всех сил давить на педаль.
Они грохотали на весь лес, продолжая свое движение. Периодически сверху слышались отчаянные крики Горелого, который кричал, что слева или справа дерево. Коготь, нахмурившись и сосредоточившись, сидел на своей кожаной подставке и нажимал огромной лапой разные штуки на передней стенке палатки.
– Эти рыбомордые навсегда запомнят, как спорить с Грозовыми! – его огромные глаза горели дьявольским светом, и он сам напоминал монстра, повелевающего силами зла.
Чудище отчаянно выло, воняло едким дымом и катило по лесу, распугивая вокруг зверьков и птиц.
– Горелый, когда увидишь Нагретые Камни, кричи! – скомандовал Коготь. И тут же услышал ответ: – Вижу! – по голосу чувствовалось, что Горелый немного успокоился и пришёл в себя. – Мы катимся прямо на них!
Ярохвост до сих пор не понимал, что затеял Коготь, но решил устроить разбор полетов потом, а сейчас работать в команде.
– Ярохвост, тормози! Отпускай педаль! – скомандовал полосатый кот. – Все ко мне!
Ярохвост на затекших лапах с трудом запрыгнул на кожаный выступ к Когтю. Рядом плюхнулся Горелый. Он дрожал всем телом, кончик его хвоста поседел, но в глазах был не испуг, было что-то такое, что Ярохвост испытывал сам. Это была жажда приключений. При этой мысли глашатай поджал свой хвост.
– Итак, мы у Нагретых Камней. Помните ли вы, кому они принадлежат? – Коготь обвел взглядом своё импровизированное войско.
– Нам, Грозовому племени! – хором ответили Ярохвост и Горелый.
– Что заслуживают рыбомордые, посмевшие это оспаривать? – Коготь всё повышал свой голос, перекрывая тарахтенье Чудища, которое стало намного тише, когда они стояли, и теперь напоминало хриплое мурлыканье старейшин. Казалось, что оно стало членом их команды. – Правильно, им полагается рыбий хвост, а не Нагретые Камни!
Ярохвост и Горелый почувствовали новый прилив сил.
– Да, рыбий хвост, рыбий хвост! – закричали они, еще не до конца понимая, как они этот самый хвост им покажут.
– Ярохвост, прыгай вниз и дави педали по команде. Вперед – дави, стоп – отпускай. Горелый, ты будешь помогать мне тут. Видишь эти два камушка? Когда кричу «право» – жми этот, когда «лево» – тот. Всё поняли?
– Так точно, – Горелый выпятил грудь от собственной значимости, казалось, от его былой осторожности не осталось и следа.
– Понял, – коротко ответил глашатай и спрыгнул на уже привычное место возле педали.
Коготь стал нажимать на камушки на стенке Чудища, и то странно зажужжало.
– Эта железная штука может двигать камни! – закричал от восторга полосатый воин, и тут Ярохвост всё понял. Коготь собирался с помощью Чудища отодвинуть Нагретые Камни от границы Речного племени.
– Поехали! – Коготь взмахнул хвостом, и они покатили по мягкой податливой поверхности берега реки.
Полосатый воин кричал им команды, и Ярохвост и Горелый всё выполняли в точности, как он велел. Чудище рычало, дергалось, перемещалось на своих железных лапах влево, вправо, вперед и назад. Коты работали как единый слаженный механизм, в такт биению железного сердца.
Коготь напряженно смотрел вперед, его прищуренные глаза излучали силу и уверенность, как будто он всю жизнь управлял Чудищами. Ярохвост невольно залюбовался им. «Его бы энергию, да в мирное русло», – подумал было глашатай, но тут всё стихло.
– Вот и всё, – сказал Коготь и кивнул в сторону стеклянного отверстия палатки. Ярохвост запрыгнул на кожаный выступ и выглянул наружу.
На том месте, где раньше были Нагретые Камни, остался лишь песок, весь изрытый лапами Чудища. А сами Камни теперь лежали ближе к лесу, явно на территории Грозового племени.
– Мать моя Зарянка… – Горелый тряс головой и не мог поверить в происходящее.
Ярохвост повернул голову в сторону территории Речного племени и увидел патруль, состоящий из Жёлудя, Совокрыла и Мягкокрылой. Коты, не моргая, смотрели на происходящее, словно вкопанные в илистый берег. Их рты застыли в немом удивлении, а глаза были готовы вылезти из орбит.
– Надо вернуть Чудище на место. Поехали. – Коготь хвостом приказал соплеменникам занять свои места.
Горелый запрыгнул на крышу. И прежде чем они начали движение, черный котик повернулся к Речному патрулю и крикнул:
– И запомните, рыбомордые, – отныне Чудища на нашей стороне! Так что не вздумайте больше и носа показывать из-за своей реки, если не хотите быть раскатанными в тонкий лист!
Глава 8
– Ну пожалуйста, возьми меня с собой! – умолял Дымок, семеня вслед за Ярохвостом через лагерь. Небо только-только озарилось первыми лучами рассвета, и вокруг было тихо – большая часть воителей ещё спала. Ветрогон, охранявший вход в лагерь, заметил Ярохвоста и поприветствовал его усталым взмахом хвоста.
– Нет, – отрезал глашатай, выбирая себе мышь из кучи с добычей. – Поешь и ступай к старейшинам – узнай, не нужно ли им чего. А потом потренируйся с Бураном и Горчицей, пока меня не будет – тебе нужно оттачивать владение боевыми приёмами.
– Лучше бы я сходил с тобой, – проворчал Дымок. – Тем более, я ещё никогда не был на Нагретых Камнях. Уверен, я бы научился там гораздо большему.
Ярохвост строго посмотрел на своего оруженосца.
– Я сказал «нет», и это не обсуждается. Ты не был там потому, что Нагретые Камни сейчас слишком небезопасное место для оруженосцев.
Дымок лишь вздохнул.
– А вот Горелый идёт…
– Серьёзно?
Ярохвост удивлённо посмотрел на тощего чёрного котика, сидевшего у входа в воинскую палатку и терпеливо ожидавшего появления Когтя. По шкуре глашатая пробежал неприятный холодок, настолько оруженосец выглядел юным. Казалось, что он был ещё меньше и моложе, чем Дымок.
– Как бы то ни было, мой оруженосец – ты, а не Горелый. И мы закрыли вопрос с Нагретыми Камнями.
Дымок повесил хвост, но нашёл в себе силы почтительно кивнуть.
– Как скажешь, Ярохвост.
Глашатай легонько подтолкнул своего ученика и ласково промяукал:
– Я поговорю с Бураном, когда вернусь, и, если ты будешь усердно тренироваться, то мы с тобой пойдём на охоту.
Подмигнув на прощание воодушевлённому оруженосцу, Ярохвост направился к центру лагеря, где его уже ждали Коготь с Горелым.
– Ты что, собираешься взять Горелого с собой? – спросил пёстрый воитель, подойдя к ним. – У нас не принято водить оруженосцев в небезопасные места нашей территории, если ты забыл.
Коготь удивлённо моргнул.
– Но мы ведь собираемся только пометить границу, Ярохвост, – пробасил он в ответ. – Не о чем тут беспокоиться, – закончил бурый воин, и Ярохвост уловил едва заметные насмешливые нотки в его голосе.
Воитель сомневался. Он мог воспользоваться своим положением глашатая и просто приказать Когтю оставить Горелого в лагере. «Но стоит ли вообще начинать этот спор?»
Коготь шагнул к Ярохвосту.
– Я не допущу, чтобы с ним что-то случилось, – вкрадчиво промяукал он, – обещаю. Ты же меня знаешь.
«Знаю». Ярохвост вдруг вспомнил слова своей сестры, когда они, ещё будучи оруженосцами, отправлялись в поход на Речной лагерь. «Он не позволит, чтобы с нами что-то случилось, ведь это подмочило бы его репутацию». И тогда Коготь действительно спас его от ястреба. С тех пор между ними многое успело произойти, и, тем не менее, лишь благодаря усилиям Когтя он остался жив.
– Хорошо, – согласился, наконец, Ярохвост. – Но помни – мы просто пометим территорию.
Ярохвост повёл свой патруль через дроковый туннель прочь из оврага. Оказавшись в лесу, Грозовые коты взяли курс на Нагретые Камни. Ярохвост с Когтем шли плечом к плечу, Горелый семенил в нескольких шагах позади. Продолжало светать, и в воздухе повис влажный рассветный туман, неприятно холодящий шкуру.
За спинами воинов раздался тоненький рык Горелого, больше напоминавший писк. Ярохвост оглянулся и увидел, как котик встал на задние лапы, передними яростно когтя воображаемого врага.
– Так держать, Горелый! – весело похвалил Коготь своего оруженосца.
– Не могу дождаться, когда мы, наконец, вступим в бой с Речными! – возбуждённо промяукал оруженосец, задрав хвост. – Настоящая битва – самая лучшая тренировка!
Ярохвост беспокойно дёрнул ушами. Влияние Когтя было налицо – ведь то же самое, практически слово в слово, он и сам слышал от бурого воина, когда был ещё оруженосцем. Важно быть сильным воином, готовым в любой момент защитить своё племя, но Коготь жаждал битвы всегда. И, похоже, обучал своего оруженосца тому же.
– Сегодня мы не собираемся сражаться с Речными, – спокойно сказал он Горелому. – Кроме того, сохранять своё племя в безопасности важнее, чем драться с другими, если на то нет крайней необходимости.
Горелый вздохнул, но ничего не ответил, и патруль продолжил движение. «Наверное, мне стоит поговорить с Синей Звездой о том, чему Коготь обучает своего оруженосца, – подумал он. – Ну, по крайней мере, сегодня я присмотрю за ним. И прослежу, чтобы Коготь не спровоцировал его на какое-нибудь очередное безрассудство».
К тому моменту, когда они достигли Нагретых Камней, солнце уже окончательно взошло, приятно согревая их шкуры. Гладкие же гранитные валуны ещё не успели нагреться после ночной прохлады, но Ярохвост знал, что пройдёт ещё немного времени, и они станут теми тёплыми камнями, на которых было так приятно отдыхать, нежась в ласковых солнечных лучах. Аппетитный запах мышей доносился из щелей между камнями. Но был и ещё один запах, куда как менее приятный – терпкий запах свежих меток Речного племени.
– Рассредоточьтесь и пометьте всю территорию, особенно возле берега реки, – приказал Ярохвост.
Коготь с Горелым направились к самим Камням, Ярохвост же начал помечать поверх Речных меток на краю территории. Тишину вокруг нарушал лишь шелест листвы да тихое журчание реки.
«Может, всё обойдётся», – подумал Ярохвост, слегка расслабившись. Коготь с Горелым, закончив свою работу, повернулись к нему.
– Мы всё пометили, – начал Коготь, – но, может…
Его голос был заглушён яростным шипением. Пятеро котов, ощетинившись, показались с дальней стороны Камней. Возглавлял их большой широкоплечий рыжевато-бурый кот, с яростным прищуром смотревший прямо в глаза Ярохвосту.
– Жёлудь, – выдохнул тот. Сделав шаг по направлению к Речному глашатаю, он почувствовал, как его собственная шерсть встала дыбом.
– Что вы тут забыли? – с угрозой прошипел Жёлудь. – Это теперь наша территория.
Ярохвост выпустил когти.
– Нет, Нагретые Камни были и остаются нашей территорией, – промяукал он в ответ. – И пришло время закрыть этот вопрос раз и навсегда. – Его сердце бешено колотилось, но Грозовой глашатай прилагал все усилия к тому, чтобы его голос оставался спокойным. – Дальше это продолжаться не может. Передай Метеору, что мы не отступим.
Он заметил, как двое Речных котов за спиной Жёлудя переглянулись, но Речной глашатай не отвёл взгляд.
– Речное племя не намерено отдавать свою охотничью территорию.
– Точно так же, как и Грозовое, – ответил Ярохвост. – Передай наши слова Метеору.
Жёлудь кивнул. Ярохвост чуть расслабил мышцы, поднимаясь из своей боевой стойки. Ведь Жёлудь согласился передать послание своему предводителю. Очевидно, кровь ещё окропит гладь Камней, но не сегодня.
Внезапно, издав дикий вой, Коготь ударил ближайшую к нему небольшую чёрно-белую кошку. Та, потрясённо вскрикнув, отскочила в сторону. На груди у Речной кошки красовалась глубокая кровоточащая царапина.
Ярохвост едва сдержал крик. «Какой же я был дурак! Изначально же было очевидно, что Коготь не даст этой встрече закончиться мирно». Речные воители потрясённо застыли, но было понятно, что эта пауза продлится недолго. По крайней мере, этого времени должно хватить, чтобы спасти Горелого. Ярохвост повернулся к тощему чёрному котику, с открытым от изумления ртом наблюдавшему за разворачивающимися событиями.
– Горелый, убегай!