Глава 22
Мое первое утро в новом доме началось рано. Как ни странно, я хорошо отдохнула на новом месте: то ли удобная кровать тому причиной, то ли непередаваемое ощущение домашнего тепла. Впервые за длительное время я чувствовала себя превосходно и валяться больше не желала. Даже рука благодаря врачам-эшартам почти не болела, в чем я поспешила убедиться, повертев и подвигав ею.
На Земле я частенько просыпалась раньше звонка будильника, потому что солнечные лучи, заглядывая во все окна, мешали спать дальше. На Эшарте, в этих подземных пещерах, образованных тектонической деятельностью и дальнейшим вымыванием породы водой, раннее утро выдавало лишь более яркое красновато-золотистое свечение, прогонявшее остатки ночных теней.
Дэнарт еще сладко спал, раскинувшись на кровати. С восторгом полюбовавшись его сильным поджарым телом, выскользнула из-под тонкой простыни – несмотря на жару, спать без ничего я не привыкла – и отправилась на кухню готовить мужу завтрак. Еще вечером, засыпая, пообещала себе порадовать Дэна своими кулинарными способностями.
С горем пополам я разожгла печь, как показывал Дэнарт. И в очередной раз удивилась – привычного жара вокруг она не распространяла. Но огонь, разгораясь, устремлялся вверх, и голубоватое пламя, достигая конфорок, раскаляло их докрасна. Стоило немного разворошить источник огня, как температура нагревания снижалась. Все дело в загадочных серых брикетах, которые аккуратными стопками лежали сбоку от печки.
С еще большим трудом – методом проб на вкус и запах – я разобралась, что можно приготовить из тех продуктов, что у нас имелись. Закрывая дверь шкафа для консервации, так как привычных холодильников здесь не имеется, зато есть другие технологии хранения, тихо выругалась – чуть не проморгала жарящиеся овощи.
Ичи настойчиво мешался под ногами и, жалостливо похрюкивая, выпрашивал еду. Положила в его миску несколько кусочков разных овощей – на выбор. Желтый цвет чешуи «хамелеончика» подсказал, что он доволен. Мое настроение тут же подпрыгнуло вверх – хоть кто-то удовлетворен завтраком.
Оправила на себе майку Дэна, похожую на наши «алкоголички», которую мне вчера выдали поносить, пока в торговые ряды не сходим. И начала накрывать на стол, бегая туда-сюда.
Неожиданно меня привлекла любопытная картина за окном, заставив броситься к входной двери и, открыв ее, выйти на террасу. Наверное, через специально сделанные отверстия в каменном куполе вниз тонкими лучиками струился золотистый свет. Так, словно пространство вокруг прорезали прутья решетки. Мелкие песчинки поблескивали в лучах, и было хорошо заметно, что в воздухе их много. И все равно дышать легко и приятно – воздух в пойме не такой сухой, как в эрхе.
В слепящих лучах света пролетел кто-то пернатый, врезаясь в только что появившееся небольшое облачко насекомых. Разглядеть подробно птичку не удалось, та металась как заведенная, занятая добыванием завтрака.
Заставив вздрогнуть от неожиданности, мне на плечи легли тяжелые мужские ладони, прижимая к большому, уже такому родному телу Дэнарта.
– Любишь рано вставать? – хриплым со сна голосом поинтересовался он.
– Нет, само получилось. Выспалась. И еще хотела сделать тебе приятное – приготовить что-нибудь поесть, – потерлась макушкой о его плечо, а потом поделилась впечатлениями: – У вас здесь очень красиво и непривычно.
– Я очень надеюсь, что со временем привыкнешь, тебе понравится жить на Эшарте. Со мной! – тихо произнес Дэнарт, уткнулся носом мне в макушку, выдохнул, пошевелив дыханием волосы.
Тяжело вздохнув, ответила:
– Ты даже не представляешь, насколько сильно я сама этого хочу!
Я повернулась к Дэну лицом, а он обнял меня за плечи, крепче прижимая к себе. И мы, наверное, с минуту смотрели друг другу в глаза. Делясь душевными силами и надеждой, получая удовольствие от того, что теперь мы вместе.
– Дружище, как я рад тебя видеть! А я и не надеялся, что меня прямо у порога встречать будут, – громко заявил позади меня мужской голос.
Дэнарт уже привычно нахмурил переносицу и мрачно уставился мне за спину. Я же в этот момент вспомнила, что стою в мужской, слишком открытой майке до колен и трусах. Ойкнув, не оборачиваясь, шмыгнула в дом и кинулась надевать опостылевший комбинезон.
Буквально через минуту выйдя из спальни, увидела беседующих Дэна и незнакомого брюнетистого эшарта с колечком в ухе. Мужчина, заметив меня, замолчал и слишком внимательным изучающим взглядом осмотрел с ног до головы, в конце выдав:
– Невероятно! Так сильно похожи и так отличны от нас...
Дэнарт подобрался и настороженно спросил:
– Ты знаешь, кто такая Марьяна? Откуда? Эта информация засекречена Верховным Думом!
Незнакомец ладонью откинул челку с расцвеченного черной сеткой лба, взлохматил на макушке волосы и выдохнул:
– Значит, ты еще не в курсе?! – на пару мгновений замолчал и неожиданно сделал мне комплимент: – Ее имя Марьяна? Красивая...
Мы с незнакомцем услышали глухое рычание Дэна. Видимо, тот хорошо знал эшарта, к которому пришел в гости, да еще в несусветную рань, поэтому, не напрягаясь, улыбнулся мне и представился:
– Меня зовут Жеуз, я друг Дэнарта.
Я кивнула, не уверенная в том, как мне дальше себя вести. Тем временем Жеуз громко произнес:
– Включить новости!
Дэнарт после слов друга помрачнел и обернулся к окну. Там в утреннем свете проявился призрачный квадрат, который уже через полминуты стал непрозрачным и запестрел красками. Несмотря на пока непонятное поведение мужчин, я восхищенно выдохнула. Это же фактически телевизор. Есть в жизни счастье!
Правда, буквально через минуту я так уже не думала.
На экране в углу виднелся снимок с изображением всей нашей пестрой и уставшей компании, выходящей из здания службы безопасности. Я с удивлением рассматривала собственное вытянутое в удивлении лицо с выпученными от вспышки глазами. Да уж, красота неописуемая! Мои спутницы выглядели не лучше.
А под снимком мелькали лица ведущих и их оппонентов.
Наш ранний гость начал пояснять:
– Это началось вчера. Показали снимок с комментариями, что эшарты не воюют, а развлекаются. Причем не по городской линии, а по мировому... А потом начался кошмар. Посыпались звонки от сотен адаптеров, что эшарты проводят жуткие эксперименты над их женщинами. В угоду своим низменным желаниям меняют цвет кожи, разрез глаз – в общем измываются... Я сегодня пока на смене был, к нам в правопорядок за ночь раз сто позвонили, сообщали о волнениях... угрозах. Видимо, это повсеместно началось, потому что с раннего утра, с периодичностью в час, крутят ролик с выступлением членов Верховного Дума. Они заявили о встрече с представителями иной расы, идеально подходящей нам: эшартам и адаптерам.
– Звук! – хрипло приказал Дэнарт, подходя ко мне и переплетая наши пальцы. Мы оба уставились на экран и слушали.
«...пять несчастных женщин, которых удалось спасти нашим доблестным воинам, рассказали много интересного о своей расе и драматическом путешествии на Эшарт. В благодарность за спасение своих жизней, – с пафосом и наигранным трагизмом вещал худощавый, словно пылью припорошенный, адаптер, – они согласились на полную связь с танцорами, которые спасли их из когтей рархов».
В следующий момент я в ужасе смотрела на себя на экране и слушала тихий, напуганный, неуверенный голос, которым я еще вчера рассказывала следователям из разведки о том, кто мы, откуда и как здесь очутились. Эти козлы даже момент с принуждением не вырезали, дав зрителям в полной мере насладиться моими стеклянными глазами и честными ответами. Вновь захотелось помыться, но это было еще не все. Дальше я смогла увидеть допросы моих спутниц и невольно пожалела их, пока смотрела.
Да уж, после подобной картины к людям проникнутся симпатией даже самые лютые шовинисты и ксенофобы.
Следующий ведущий уже взывал к зрителям:
«Сколько, сколько еще нам терпеть рархов на Эшарте? Они сеют зло и смерть по всей Вселенной. И вот вам прямые доказательства этого: беззащитные, сломленные женщины и те, кто до сих пор томится в застенках станции...»
– Переключить! – резко произнес Дэнарт.
«Члены Верховного Дума собрались на срочное совещание. Присутствие на Эшарте женщин Земли требует всестороннего рассмотрения. Следует помнить, что они такие же, как мы, и идеально нам подходят. По их словам, землян – миллиарды! Хватит на всех...»
– Выключить! – рявкнул Дэнарт.
– Это ужасно! – промямлила я, чувствуя себя неожиданно уставшей.
Дошла до дивана и опустилась на него.
– Родная моя, поговорят и перестанут. Зато тебе не придется прятаться и что-то скрывать. Во всем этом есть и свои положительные стороны... Мы сможем скорее оформить полную связь на законных основаниях... – хрипло шептал Дэнарт, опустившись рядом со мной на колени и взяв мои ладони в свои.
– Он прав, Марьяна. Моя пара увидела новости час назад и плакала, слушая ваши рассказы. Она очень переживает за землян и за адаптеров...
– А за эшартов? То, что я услышала, – мерзко! Но еще хуже, что в условиях всеобщей трагедии обе ваши расы все равно ведут политические игры. – Я с горечью передразнила ведущего: – В благодарность за спасение согласились на полноценную связь... Да бред это! Кто б меня заставил, если бы я Дэна не захотела?!
Жеуз довольно улыбнулся и посмотрел на меня уже совершенно другим взглядом. С уважением, сочувствующе, а не с жалостью, словно на умирающую собаку. Но главное – по-свойски!
В животе не ко времени заурчало. Смущая, но напоминая, что завтрак готов и на столе, а мы тут – голодные.
– Пойдемте к столу, я поесть приготовила. Заодно выясним, насколько землянка смогла разобраться в ваших продуктах, – пригласила я, старательно скрывая негативные эмоции.
Жеуз, услышав мое предложение, с изумлением, сменившимся восхищением, посмотрел... на Дэнарта.
– Несколько дней связаны, а тебе уже завтрак готовят? Невероятно!
Муж, поймав мой хмурый взгляд, стер с лица самодовольную ухмылку и помог встать на ноги. Пока ели, я наблюдала за их лицами, чтобы не соврали по поводу моих кулинарных способностей.
– Немного необычно, но неожиданно вкусно! – прокомментировал Жеуз.
– Почему неожиданно? – вскинулась я и заявила: – Я неплохо готовлю, но все ваши продукты мне пока не знакомы и...
– Простите, Марьяна. Просто наши женщины не всегда умеют готовить, предпочитают переложить это дело на плечи мужа. Особенно в первые годы образования полноценной семьи.
– Наказывают вас за принуждение? – уточнила с кривой ухмылкой я.
Жеуз пожевал почти незаметную губу, тяжело вздохнул и кивнул согласно. Хотя тут же поправился:
– Но вы должны нас понять... И не во всех случаях требуется подавление...
– Ага, через раз, как я уже поняла! – едко, все еще злясь на собственный опыт, парировала я.
Жеуз ничего не успел ответить – раздался незнакомый звонок. Дэнарт, покрутив головой, кивнул на мой планшет и пояснил:
– Это твой видеофон. Ответь – это может быть важным.
Встав из-за стола, нашла свое средство связи и, как научили вчера, активировала. Чтобы увидеть разъяренную Ксюшу, которая спросила:
– Ты уже видела... их новости?
Я кивнула, а она продолжила:
– Уроды, да! Нет, ну зачем на весь мир демонстрировать. Бли-и-ин, Марьян, я там такая страшная, ненакрашенная, без прически. Что они обо всех землянах подумают?!
– Думаю, они по одной тебе обо всех нас судить не будут, – не удержалась я от сарказма.
Ксюша хмыкнула, а потом, вновь чем-то разозленная, заявила:
– Ты помнишь, как этот дракон недоделанный мне ласковое прозвище придумал... ичи. Прикинь, я его сегодня увидела... Соседский, возле нашего склепа каменного охотился.
– Шкер еще жив? – смеясь, поинтересовалась я, вспоминая свое знакомство с «красивым» динозавриком.
– Да что с ним будет-то?! Сидит вон молчком и трескает завтрак... я приготовила... утречком. Хотела порадовать. До того, как с ичи встретилась.
– Подозреваю, попал он в неприятности, – улыбаясь до самых ушей, констатировала я.
– Да он не в неприятности попал, а на деньги! На мой новый гардероб! Как я такой лахудрой перед телекамерами еще раз появлюсь? Нам нужно имидж Земли исправлять. Так что давай, разводи своего на кредитную карточку с золотой каемочкой и пошли закупаться...
Я заметила, что Дэн и Жеуз с большим вниманием слушают наш разговор и тоже улыбаются, качая головами. Последние заявления Ксюши заставили меня покраснеть от смущения.
– Сегодня... и хоть пару дней лучше посидеть дома, дождаться, когда ажиотаж пройдет, – громко посоветовал Жеуз.
– Это кто у вас там? Гости? Боже, ты представляешь, вчера не успели домой зайти, так к моему, как к памятнику, тропу топтать начали. И все в гости напрашиваются. И с утра уже пара прилетала... пациентов. Проходной двор какой-то, а не дом. Я сама скоро пациентом психушки стану, – не стесняясь посторонних слушателей, эмоционально жаловалась Ксения.
– Звезда моя, ты невероятно вкусно готовишь! И еще более прекрасно выглядишь, – раздался «за кадром» голос Шкера.
Ксения неожиданно смутилась, невольно расплылась в счастливой улыбке, а потом шепнула мне:
– Ой, ладно, потом поболтаем. Тут Шкер уже наелся, некогда мне трепаться больше.
Экран «планшета» погас, и я услышала, как смеются Дэнарт и Жеуз, который произнес:
– Нет, адаптерам они не подходят! Они точно – для эшартов! Темперамент так и хлещет!
В город нас с подружками выпустили лишь через неделю. Когда обстановка вокруг землян успокоилась и местное население свыклось с мыслью о нашем существовании. Слушая новости, которые постоянно крутили по «телику», я уже не напрягалась, если ведущие обсуждали нас и планы правительства Эшарта в отношении Земли. Даже радовалась, когда ретивые умники-адаптеры с экрана требовали организовать экспедицию к нашей Матушке-Земле. Вообще каждый день звучало столько обсуждений, прогнозов, версий, что голова шла кругом. И конечно, информацию о самих эшартах я тоже изучала, задавая Дэнарту множество вопросов, чтобы не попасть впросак в пойме.
Кроме того, я откровенно наслаждалась предоставленным отдыхом. Вдоволь поскитавшись и намучившись в плену у рархов и в эрхе, я теперь банально спала, ела, улыбалась по утрам лучам Эша, баловала мужа кулинарными находками и трепалась с подружками по видеофону, делясь впечатлениями. Ичи, по-моему, охотиться перестал, хвостиком ходил за мной, выпрашивая корм, но его хозяин хоть и заметил, что я домашнего питомца балую, но пока на диету посадить не требовал. В общем, я обживалась и в подробностях знакомилась со своим домом: присматривалась, прислушивалась, принюхивалась, заглядывала в каждый уголок.
– А мы не опоздаем? – с тревогой спросила я Дэна.
– Марьяш, ты третий раз спрашиваешь! Я связался со своим крылом – твоих подруг доставят к месту встречи, как договорились. Мы будем там в то же время, что и Жеуз со своей парой. Прямо у торговых рядов.
Кивнув, вздохнула, порядком волнуясь перед предстоящей вылазкой в город. Оказаться среди толпы эшартов и адаптеров – страшно до чертиков.
Дэнарт, оценив мое состояние, подошел, крепко притиснув к своему телу, погладил по спине.
– Я с тобой и никому не позволю причинить тебе вред или обидеть, – тихо напомнил он.
Прижалась к его груди и, слушая ритмичный сильный стук сердца, успокоилась. С мужем я точно в безопасности, если даже против начальства он не побоялся пойти ради моего благополучия. В который раз уловив странный шум в его груди, словно там гудит пламя, решила спросить. А то уже несколько дней хотела, но каждый раз отвлекалась на что-то другое.
– У тебя здесь пламя гудит? – погладила широкую грудь моего мужчины ладошкой. – Как вы вообще его испускаете и не обжигаетесь?
Дэнарт зарылся пальцами в волосы на моем затылке и ответил:
– В груди у эшартов есть полость – мешочек, связанный с легкими, так анатомически устроено. Там скапливаются определенные продукты метаболизма наших организмов. Затем глубокими вдохами нагнетаем воздух и выпускаем струю пламени наружу. При «пламенном» выдохе первой распыляется специфическая смазка, которая защищает слизистую поверхность. Со временем наши умники научились подобную, только уже синтезированную, использовать в качестве обработки зданий или техники от пожаров.
– А у адаптеров такая функция имеется? – заинтересовалась я. – Почему они не могут трансформироваться в драконов?
– Драконов?! Хотел бы я посмотреть на этих ваших драконов... У адаптеров есть похожая особенность, но выполняет другую функцию. Видишь ли, эта полость, или мешок, как доказали наши ученые, раньше являлась воздушным мешком для плавания. Со временем, по мере выхода эшартов на поверхность, он трансформировался, как и все тело, в оружие. Способ защиты! А у адаптеров так и остался воздушным мешком. Зато они в воде до сих пор как грохи себя чувствуют. И могут на длительное время задерживать дыхание, используя воздух из этой полости.
Услышав объяснение, я опешила:
– Так все просто? А я-то думала...
– Марьяна, мне перед выходом нужно сделать одно дело, но боюсь, тебе не понравится! – осторожно заявил Дэнарт, при этом его ладонь на моем затылке превратилась в каменную, не давая отодвинуться.
– И что за дело? – испуганно спросила я.
Он мягко потянул меня за волосы, заставив посмотреть прямо в красные глаза, и пояснил:
– Надо обновить на тебе метку!
– Почему именно сейчас? – прохрипела я, запаниковав.
– Понимаешь, милая, таким образом я немного скрываю твой аромат, смешиваю со своим. Для других эшартов ты будешь пахнуть мной, и новая связь не возникнет.
Сквозь страх во мне пробился сарказм, и я позволила себе мелочную издевку:
– Что же ты, не хочешь, чтобы другие расцветили свой мир? Жадничаешь?!
Мягкость и сочувствие в глазах Дэна испарились. Сейчас на меня смотрел дракон-собственник и большая-пребольшая жадина!
– Своим я делиться не намерен!
Чуть более жестко, чем до этого, он заставил меня отклонить голову вбок и склонился к метке на шее. Затем, не так больно, как раньше, но все же ощутимо и болезненно, укусил. И пока муж пил мою кровь и менял мой запах, я мстительно решила не экономить сегодня его деньги.
Когда он закончил, в том месте стало горячо. Потом лизнул метку, причмокнул и сам поправил комбинезон на моих плечах. Я же, смирившись с некоторыми неудобствами семейной жизни с эшартом – куда ж без них, – потянулась и вытерла уголок его рта, где осталась капелька крови.
– Как вы можете пить эту гадость? – поморщившись, спросила у него.
– Почему гадость? – удивился эшарт. – Твоя кровь пряная, терпкая. Хотя мне не с чем сравнить, кровь эшарты пьют только у своей пары. Возникает непреодолимое желание попробовать хоть глоточек, а потом подсаживаешься... да и зрение улучшить только дурак откажется...
Последние слова были произнесены с ухмылкой, и я удрученно покачала головой. Драконы, что с них возьмешь!
– Э-э-э... Не поняла, почему с правой стороны улицы над названием магазина одна большая буква, а с левой – другая? – в недоумении спросила Света.
Мы дружно уставились на Ре – жену Жеуза, – которая согласилась проводить нашу компанию по торговым рядам и рассказать о том, как одеваются на Эшарте, что модно носить.
– По правую сторону идут торговые ряды для эшартов, а по левую – для адаптеров. Вы же сами могли отметить, что между нами имеется... некоторая разница. Так вот, чтобы зря время не терять, на витринах сразу указывают, кому предназначена одежда.
Мы снова посмотрели на узкую улицу, вдоль которой теснились лавки. Над каждой из них возникали яркие голограммы с предлагаемым товаром. Этакое сочетание технического прогресса со старыми традициями.
В очередной раз с раздражением потрясла стопой в шлепанце, вытряхивая надоедливый песок, застрявший между пальцами. Затем невольно глянула на аккуратную ножку Ре с чуть выступающими сложенными перепонками. Удивительно!
– Ну что, приступаем? – с нетерпением и энтузиазмом спросила Ксения. – А мы по каким рядам пойдем? По левым или правым?
Ре пожала плечами, поправила свои короткие серые волосы, разгладила складочки на ярко-красном открытом платье до щиколоток, затем, бросив на нас оценивающий взгляд, предложила:
– Думаю, сегодня пройдемся и по тем, и по другим. Чтобы вы могли составить свое мнение и почувствовать разницу между нашими видами. Все же адаптеры предпочитают яркую красивую одежду из тончайших тканей. И форма ее тоже немного отличается. В основном носят хатери – свободную одежду, застегивающуюся спереди, закрытую сверху донизу. Либо более открытые и облегающие платья для дома, праздников или свиданий. Под них надевают нижнее белье: раздельное или совмещенное. А эшарты из-за цветовой неразборчивости чаще носят однотонную одежду мрачных тонов. Они за долгую монохромную жизнь так привыкают к ней, что потом не видят смысла перестраиваться. Да и не умеют правильно сочетать цвета. И выглядят смешно... в глазах адаптеров. Например, Жеузу я все вещи покупаю сама, а то он может розовые штаны с зеленой жилеткой надеть... Особенно слежу, когда мы к моей маме идем. Она – натура утонченная, а тут такой эстетический шок... Мама до сих пор не может отойти от моей связи с эшартом, а уж розовое с зеленым...
Джулия, подхватив Ре под локоток, с понимающей улыбкой принялась делиться своими знаниями о моде землян. И так увлекла адаптершу, что уже через полчаса мы буквально порхали от одного магазина к другому. Все сравнивали, обсуждали, иногда смеялись, иногда громко восторгались, чем привлекали нежелательное внимание, но все равно получали огромное удовольствие. И количество свертков в наших руках росло с каждым новым магазином.
Уже в конце первого торгового ряда Ре посоветовала нам оформить доставку покупок на дом. А сами мы под удивленными и любопытными взглядами прохожих направились в кафе.
– Странно! У нас бы вокруг инопланетян уже толпа любопытных зевак собралась, через которую пришлось бы силой пробиваться. А у вас – смотрят, но не подходят... – задумчиво произнесла Света.
Ре благодушно улыбнулась и пояснила:
– У нас не принято демонстративное внимание и явное любопытство. Это нарушает жизненное пространство индивидуума, давит психологически. И вообще, в открытую глазеть неэтично. Тем более вас каждый час показывают по видеофону, а между показами рассказывают. Думаю, вы приелись и стали привычным элементом жизни.
У нас пятерых от услышанного вытянулись лица.
– А вот у землян любопытство неистребимо! – честно заявила Ксения.
Кира, которая рядом со взрослыми тетками немного терялась и смущалась, на эту реплику только согласно, уверенно кивнула.
В этот момент я уже в который раз заметила красную шевелюру Дэнарта, мелькнувшую возле одной из колонн. Наши мужчины тенями следовали за нами. Бедняги! На глаза старались не попадаться, но незримо следили за нашей безопасностью. Что заставило меня задуматься: а не по этой ли причине к нам никто из любопытных не подходит близко?!
Как только мы направились к кафе, мужчины тут же материализовались рядом, беря под руку каждый свою подругу. Возле входа в одно из крытых помещений, в которых, как мы узнали, располагались кафе, я удивленно застыла. Прямо на нас двигалась интригующая группа мужчин. Настолько необычных, что у меня рот приоткрылся от изумления.
Такие же высокие и крупные, как эшарты, но с очень бледной кожей, покрытой едва заметной сеточкой чешуи, и бело-серыми волосами на голове. Даже одежда на них серая, бесцветная, как и они сами. Жутковато-белесые мужчины приближались к нам, а я пораженно вздохнула, разглядев их глаза – узкие, но светящиеся, как у кошек в темноте. Но сейчас-то день и светло?!
Но главное, что меня поразило, – передвигались они с помощью хвоста. Длинного и похожего на змеиный. Одеты были странные инопланетные создания в хатери, полы которого чуть ли не метут песок, а сзади извивается мощный серый хвост. И двигались они, как змеи... Жуть!
Я хрипло спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:
– Это кто?
– Белые! – словно выплюнул Дэнарт.
Как раз в этот момент белесая хвостатая компания поравнялась с нами, затем, более внимательно нас разглядев, остановилась и вперилась пристальными плотоядными взглядами. До чего неприятно стало! Я передернулась, а Дэн, заслонив меня собой, рыкнул на незнакомцев и начал подталкивать меня в кафе.
– Танцор, так это тебе досталась землянка? Скажи, а других на станции много? – скрежещущим голосом требовательно спросил один из белых.
– Не знаю! – зло ответил мой дракон и прошел за мной.
Пока мы рассаживались в кафе за широким каменным столом, видели, что белые еще несколько минут стояли возле входа, о чем-то совещаясь.
Кира нервно прижалась к плечу Эрила, глаза которого при этом удовлетворенно блеснули. Он неосознанно посмотрел на «змеелюдов» за окном и с видом победителя обнял за талию свою юную жену. Ох уж эти мужские игры!
– Так кто это такие? – холодно спросила Света, посмотрев на Эгера.
Но наш главный умник сначала предложил нам сделать заказ на интерактивной панели в центре стола, а потом заговорил:
– Это – белые! Второй подвид эшартов, но мы считаем их третьей расой. Нас они зовут крылатыми, потому что мы выбрали ветер и пространство. Адаптеров – ластоногими за приверженность воде, сами же они ушли под землю. В основном кочуют в недрах планеты и живут в пещерах, где растет мох, текут подземные реки и водится... хм-м... рыба, как вы ее называете. У них нет крыльев, но они трансформируются, как и мы, правда, в ползунов. У белых есть свои особенности: они совсем не различают цветов, ненавидят и плохо переносят яркий свет, их зрение всю жизнь монохромно. Но они могут видеть тепловое излучение.
– А больше у вас тут никого не осталось... не знакомого нам? – язвительно спросила Ксения.
Мужчины почти синхронно качнули головами, вынуждая им поверить.
– А почему вы о них с таким презрением и злостью говорите? Тем более раз вы похожи... – осторожно спросила я.
– Нашла с кем сравнивать?! – вскинулся Шкер. – Да белые как мехты: ползают под землей и рыщут, что бы где присвоить. Они же – кочевники, полмира под землей считают своим. Полезные ископаемые добывать разрешается, только купив у них лицензию. А сами все без спроса берут. Своих женщин у них еще меньше, чем у нас, так они и наших, и у адаптеров воруют, потом ищи-свищи...
– А вы только с разрешения... женщин берете? – ядовито процедила Ре.
Шкер же запальчиво опроверг:
– Может, и не спрашивая, но, по крайней мере, ваши родственники всегда знают, где вас искать и все ли с вами в порядке! Мы не вырываем вас из социума, а лишь предлагаем нашу защиту!
– Защиту от чего или кого? Позвольте мне узнать? – не на шутку разъярилась Ре.
Жеуз обнял ее за плечи и, повернув голову, внимательно посмотрел ей в глаза. Взгляд длился слишком долго, поэтому, чем он там занимается, вопросов не осталось.
– Прекрати! – рявкнула я, не в силах сдержаться.
Мужчина перевел взгляд на меня, поморгал, а потом ответил:
– Ре не любит нервничать и переживать, но часто расстраивается по пустякам. Таким способом я снимаю напряжение у нее и убираю негатив.
– Ну-ну! – в один голос дружно подковырнули землянки.
Жеуз, к нашему изумлению, смутился. И все же кинул вопрошающий взгляд на Дэнарта и остальных драконов. В его глазах, без сомнений, читалось: как же вы с ними управляетесь без подавления?!
Дэнарт пожал плечами, расслабленно откинулся на спинку стула, поправил за моей спиной подушку и просветил друга:
– Нам запрещено пользоваться ментальным воздействием, тогда связь будет добровольной и полной. И мы пообещали этого не делать.
Ре уже отошла от процедуры подавления и фыркнула. Жеуз пялился на нас всех еще с минуту, потом несколько раз молча покивал, как болванчик, обнял свою пару за плечи и отвернулся. Но я успела поймать в его глазах тоску, зависть и горечь. Боже, как жаль эти два народа. Такая зависимость друг от друга и такое непонимание.
Из-за этого инцидента радостное настроение после хорошего шопинга растаяло, но вкусный обед вернул благодушие. Так что домой разбирать новые вещи мы вернулись в хорошем расположении духа. Раскладывать и примерять покупки – тоже удовольствие. Особенно в нашем положении. Лично я подумала, что сегодня помимо милой и родной, меня еще и дорогой назовут. Я очень старалась!
Когда раздался сигнал, оповещающий о чьем-то визите, Дэнарт сам отправился проверять, кто там пришел. Выяснилось – служба доставки. Немного ошеломленный муж отошел в сторону, а в гостиную заносили пакеты и коробки. Я же вприпрыжку ринулась к своим покупкам.
Устроившись на полу, с невиданным ранее наслаждением по столь обычному поводу распаковывала вещи и любовалась ими, поглаживая ткани, обувь или аксессуары. Ведь еще совсем недавно я думала лишь о том, как выжить. А мечтала о глотке воды!
Дэнарт, присев рядом на корточки и подобрав лежащий рядом пластиковый сопроводитель с указанными ценами и общим итогом, крякнул от удивления. Затем недоуменно произнес:
– Я не знал, что содержание своей женщины выливается в такие затраты. Неужели тебе необходимо столько всего?
– А ты как думаешь? У меня же ничего нет. Совсем! И это лишь малая толика того, что я хотела бы купить. Ре показала нам всего один торговый ряд. На первый раз, так сказать.
Пока отвечала, распаковала красивый зеленый комбинезончик и тут же приложила обновку к себе, демонстрируя Дэнарту. Тот протянул свою большую ладонь и потрогал ткань, словно впервые видел. Нахмурился, но промолчал. Я подвинула к себе новый пакет. Дэнарт уселся рядом на пол и с любопытством наблюдал за появлением наружу очередных предметов туалета, сопровождаемых моими довольными взглядами и благодарностями эшартской текстильной промышленности, иногда комментируя цвета вещей.
Сидеть рядышком ему надоело быстро, и он, придвинувшись ко мне вплотную, приобнял, окутав собственным особым, пряным ароматом, который мне так сильно нравится. Разбавив запах новеньких вещей, яркой нарядной горкой лежавших рядом, добавив мне чуточку счастья.
Каждой обновкой я хвасталась перед мужем, улыбаясь до ушей. Дэн же сидел молчком, наглаживая мои бедра, и в то же время, мне казалось, тоже наслаждался вот таким нашим времяпрепровождением. Даже несмотря на то, что иногда, увидев вещицу и выяснив ее стоимость, он ненадолго мрачнел.
Вскоре мы оказались в окружении одежды и пустых пакетов. Я счастливо выдохнула, оглядывая свое хозяйство, а Дэн между тем осторожно произнес:
– Знаешь, я бы хотел поговорить с тобой на эту тему откровенно.
Я согласно кивнула, уже догадываясь, о чем пойдет разговор, – ведь я весь день так старалась:
– Давай поговорим!
Муж дотянулся до своего планшета-видеофона. Длинными сильными пальцами быстро набрал на дисплее нужные данные. Затем придвинул гаджет ко мне и показал.
– Вот наш с тобой счет. Здесь отражены все мои доходы, – Дэн начал показывать различные колонки цифр, – а тут фиксируются расходы на содержание дома, питание и прочее. Вот видишь: здесь указана сумма, которую ты потратила сегодня? – Я кивнула, внутренне холодея от ужаса, а он продолжил: – Тогда ты можешь сравнить наши доходы за оборот и расходы за сегодняшний день. Они немного несопоставимы. К сожалению, я не политик и не...
Я резко повернулась и закрыла ему рот ладошкой. Нельзя, чтобы он пытался оправдываться за то, что его доходы за месяц, или оборот, как здесь говорят, намного ниже той суммы, что я потратила за несколько часов. Стало стыдно, что мне даже в голову не пришло уточнить, на какую сумму рассчитывать. А дорогой мне мужчина не ругается – испытывает неловкость от того, что не может с легкостью «проглотить» этот счет и ему приходится сейчас объяснять почему.
– Прости, Дэнарт! Я, конечно, хотела стать для тебя «дорогой» женщиной, но не настолько.
Деликатный дракон понятливо хмыкнул, с нежностью погладив меня по щеке. Сейчас он открылся с другой стороны.
Настала моя очередь оправдываться:
– Мы пока еще не ориентируемся в ваших ценах, читать не умеем, нас Ре вела...
Вспомнилась ехидная торжествующая вспышка в глазах жены Жеуза, когда Джулия спросила, можно ли нам во все магазины или лучше посещать какие-то конкретные. А насчет цен она вообще посоветовала не забивать себе голову, пусть наши мужчины радуются, что теперь у них есть мы. А мы и рады были оторваться по полной.
– Ре, значит... С нее станется. У них много лет не получается завести ребенка, и она чудит иногда: то всем словно мать родная – поит и кормит, то в меланхолию впадает, становится злющей и мстительной, как голодный грох. Видимо, сегодня она таким образом решила отомстить нам, эшартам. Поставив в глупое положение! – весело просветил меня Дэнарт.
А я удивилась, ему бы печалиться – столько денег потерял, а он веселится.
– То есть ты не злишься на меня за такие траты? – недоверчиво спросила я.
– Злюсь? Нет, конечно! Сам виноват, надо было проконтролировать. Объяснить! Тебе же все равно придется столкнуться с этим в будущем. Да и поговорить не мешало. Просто Ре вас провела по самым дорогим торговым рядам. Есть не хуже, но дешевле. И основные покупки можно было бы сделать и там. Я не против делать тебе дорогие подарки, но не в таком количестве за раз. Иначе мы обнулим счет... и придется ходить в гости на завтрак, обед и ужин. – Уже вовсю забавляясь, закончил он.
Я забралась к нему на колени и, взяв его лицо в плен своих ладоней, с легкой горечью призналась:
– Жаль, что я тебе ничего не купила.
Дэнарт приятно удивился, услышав мои слова, а я крепко обняла его за могучую шею и уже через мгновение отстранилась для того, чтобы легкими поцелуями покрыть его лицо. Провела пальцем по красной моноброви, заправила за уши яркие мягкие кисточки и снова потянулась за поцелуем.
Дэнарт чуть отклонился и, пытливо посмотрев мне в глаза, произнес:
– Мне хочется купить еще кое-что – брачные кольца. Ты согласна?!
– А мне тоже его надо носить? У вас как замужний статус женщины обозначается, помимо запаха? – тут же проявила я любопытство.
Дэнарт склонился к моей шее и шепнул, почти невесомо касаясь кожи, обдавая своим горячим дыханием:
– И женщины, и мужчины носят брачное кольцо на кончике левого уха. Это древний обычай, появившийся, еще когда три расы эшарта были единым видом. Правда, в древности вдевали не металл, а каменные палочки. В архивных домах такие остались как исторический экспонат.
Последнее он договаривал, медленно раздевая меня и укладывая прямо на пол. Выданный военными серый опостылевший комбез оказался среди вороха новой одежды. Я не сопротивлялась, сама с нетерпением и страстью смотрела на Дэнарта, пока он томительно медленно раздевался сам, неторопливо скользя по моему обнаженному телу жарким взглядом.
Я запомнила, как выглядит каждый сантиметр его тела, и все равно восхищалась силой, мощью, пластикой моего обнаженного мужчины и той осторожностью, с которой он прикасался ко мне, той трепетностью его отношения. Даже теряя в страсти контроль, Дэнарт инстинктивно сдерживал силу, оберегал меня от любой боли.
Тягуче грациозно он потянулся ко мне, нависая, опасаясь придавить к полу огромным тяжелым телом. Я не выдержала и сама потянулась к его губам, обхватывая за шею и притягивая к себе еще теснее, требовательно обвивая ногами его талию. Грудь ныла, так хотелось коснуться мужской груди, потереться, ощутить на себе его руки. Задыхаясь от поцелуя, ощутила его резкое глубокое вторжение, выгнулась дугой, помогая, расслабляясь до предела, чтобы вобрать больше. Стать полностью одним целым.
В какой-то момент мы встретились взглядами: напряженный, горящий – Дэнарта и мой – кажется, переполненный любовью и чувственным восторгом. Я не контролировала свои эмоции и чувства. Одной рукой цеплялась за его плечо, а второй – гладила его брови, скулы, нос. Он захватил ртом мои пальцы и лизнул раз, другой. Я же потянулась к его губам, ощущая дикое напряжение внутри и встречая участившиеся резкие толчки. Мы буквально выдохнули имена друг друга, касаясь сухими губами и содрогаясь от наслаждения. Немного позже Дэнарт сжал меня в объятиях и стремительно перевернулся на спину. Теперь я лежала на нем и, удовлетворенная, слушала, как бьется его сердце.
Лишь спустя время мы – уставшие, но счастливые – вместе разложили одежду по шкафам. Убирались, готовили и общались, узнавая друг друга лучше, ближе. Вопросы, ответы – я по-прежнему знакомилась с миром Дэнарта и его окружением, а он слушал о моем прошлом. За прожитую бок о бок неделю мы смогли узнать не только характеры друг друга, ярко проявившиеся во время тяжелых испытаний, но и понять, что мы представляем собой в повседневной жизни.
Я смогла наконец ощутить нас семьей, а себя – полноценной женой.