60
ЮЛИЯ:
Руки опустились вместе с телефоном Дани на дрожащие колени. Мои плечи не были готовы нести такой груз на себе, а перешагнуть через такое пламя я не могла. Грудь наполнилась тревогой, которая смешалась с непонятными, колющими частицами предательства. Единственный человек, который сможет понять эту боль, нанёс тот самый удар мне в спину.
Я отдала ему все.
Все до последний капли и приложила к этому всему свою жизнь.
Это ведь я отдала ему тот самый нож, которым Даня уколол меня в спину.
Из всей жестокости, которую я видела все эти годы от Дани, я не ожидала такой по отношению к себе.
В горле встал ужасно неприятный ком, от чего я даже прокашлялась, но слова вымолвить так и не смогла. Не знаю, что может быть дороже человека, который любит и принимает тебя таким, какой ты есть. И я не понимаю, как можно за одну ночь растоптать эту любовь. Любовь-которая заставляла меня верить в что-то доброе в Даниле Милохине -лидирующим криминальным лицом Лондона.
—Если ты прямо сейчас не скинешь это со своей груди, ты больше никогда не будешь спокойно дышать,- спокойно произнёс Амадо, выкуривая свою сигарету. Незнакомец держал меня на ногах своей поддержкой, пока человек, который разбил мне сердце нервно курил на балконе.
Быть может, Амадо был прав?
Я вновь закусила губу, немного проскулив от разочарования, признавая тот факт, что даже не могу остаться наедине со своими мыслями, ведь за дверями этой квартиры меня поджидаете опасность. Со злости, я кинул чертов телефон в стену.
—Крошка, не надо...,— едва успел произнести Лопес, слегка прикрыв голову руками. Мобильник разлетелся мелкими деталями по комнате, создавая глухое эхо. На шум прибежал Данил.
-Что за дьявол?- спросил он, сощурив глаза.
Наконец, ошеломление стало отпускать меня, позволяя ярости заменить его. Я впервые усомнилась в этом мире.
-Как ты мог? - спросила я, едва дыша. Я вложила всю душу в этот короткий вопрос. Но Данил продолжал делать вид, что не понимает в чем дело. Он метался глазами по стёклам от его мобильника, не сосредотачиваясь на моем вопросе.
Мои возвышенные чувства точно так же были разбросаны по этой квартире, только их видела я одна.
Остальным было глубоко наплевать на них.
Расплывчато, но я все ещё пыталась найти ответ в бездушных и пустых глазах Данила. Однако, в голове его творился туман, который не давал Дане сосредоточиться на мне, поэтому все мои слова были обычной галиматьей для него.
- Ты ужасен, Данил,- прошептала я, пытаясь присесть назад на кровать.
Ноги совершенно не слушались, поэтому Лопес подхватил меня, когда я начала сползать на пол.
Это всегда была я.
Та, что где-то в душе ждала Данила пять лет и та, что пыталась найти в нем свет, когда Данил угрожал мне лишь тьмой.
Я зарылась в ладони, пытаясь действовать разумно и не показывать своей слабости, но сдерживать слёзы казалось теперь бессмысленно.
Почему-то я была уверена в своей наблюдательности и казалось, что я держу все под контролем и мы играем по моим правилам.
Я сама позволила толкнуть меня в эту пропасть, ведь я вечно стояла на краю.
Когда очередной фантом боли пронёсся через все тело, тёплые пальцы коснулись моих едва покрасневших запястий. Боль в них давно утихла, ее затмила новая.
—Лия, посмотри на меня,- тяжело дыша, произносит Даня, и мне хочется просто исчезнуть в пространстве. Я слегка отталкиваю его.
—Что там было? - спросил Даня у Лопеса, который все это время молча наблюдал за происходящим.
- Тебе, видимо, отписала та, что выхаживала, пока мы охотились на
Юлию, - голос его тоже помрачнел. Не знаю от злости или от сожаления.
Мне было чертовски плохо.
Даня резко замолчал, медленно отпуская мои запястья. Он вышел из комнаты, оставив меня так и сидеть у кровати, а сам что-то бормотал себе под нос. Белая пелена перед глазами не давала мне четко разглядеть его и, быть может, это к лучшему. Возможно, Даня закипал где-то в душе, но он умело скрывал это, а мне до слез, до сжаться сердца было больно. И в этом я боялась признаться.
Вся моя высосанная из пальца история о идеальных отношениях с
Данилом просто разрушилась из-за одного сообщения.
Амадо облизал свои губы, а тело перенёс с одной ноги на другую. Он слишком долго находился в одной позе. Затем, испанец задумался и тоже вышел из комнаты. Через некоторое время, я услышала тяжелые шаги, предупреждающие меня о том, что пора стереть с лица солёные капли слез и выглядеть сильной.
—Давай закончим с Александром и потом спокойно разойдёмся,- слова
Дани шаровой молнией прокатились по моему телу, оставляя непонятное ощущение. Он был спокоен и тактичен, а я была убита.- Я не оправдываю свои действия, не принуждаю прощать меня, но ты все ещё цель нашего общего врага.
Это казалось чертовски умным решением, но ведь в душе мне хотелось другого. Я мечтала услышать извинения и увидеть раскаяние. Глупо верить в то, что люди способны измениться, особенно,Данил Милохин.
Но ведь надежда единственное, что держит нас в здравом уме.
Я посмотрела в голубые глаза и поняла, что взгляд Кинга больше не казался родным, он был ядовитым и убийственным для меня. И я не смогу простить ему все то, что он сделал.
-Я не стою этих слез, Юлия.
Даня нахмурился и потёр свой лоб. Ему трудно давались эти слова, но он все же продолжал:
-Ты знала это с самого начала.
Я прошлась тыльной стороной ладонью по лицу, шмыгнув носом.
-Я не создан для отношений,-Даня откашлялся,-вот такой он я.
Разведя руки в стороны, Даня сжал губы в одну линию. Я отказывалась, что либо отвечать, а с его предложением неохотно, но согласилась. На данный момент есть вещи серьезнее, чем выяснение отношений. Я всегда знала, что Даня не идеальный, но никогда не думала, что он позволит себе такое низкое предательство.
Амадо вернулся в комнату и предупредил нас о том, что скоро пора вылетать назад в Лондон. Билеты он перебьёт за ночь на самый ближайший рейс, а Даня будет следить, чтобы никто подозрительный не поджидал нас у подъезда. Лопес идеально знает почти все планы Александра, поэтому теперь покончить с ним казалось в разы легче.
—Покушай, потом обсудим дальнейшие действия,- испанец с чёрными глазами передал мне тарелку с лапшой быстрого приготовления и я тут же поблагодарила его за заботу.
-Я думаю, что пора выключать свет,-предложил Даня и Амадо тут же согласился с ним. Свет медленно потух во всей квартире, единственное, что освещало помещение- мой мобильник и включённый ноутбук Амадо.
Пока я пыталась запихнуть в себя очередную ложку еды, Лопес улёгся на ковёр и принялся что-то искать в ноутбуке.
-Как я полагаю, электронные билеты были в твоём телефоне,— уточнил
Лопес у Дани, перейдя на страницу авиакомпании Великобритании-
British Airways.
—Нет, они у меня тоже были,- я пролистнула всю почту до нужно мейла и передала телефон Амадо.
—Отлично,— порадовался он,- это займёт минимум времени.
—Что дальше? — спросила я у нового знакомого. Испанец встряхнул чёрные кудри на своей голове и цокнул.
-Un minuto,- пробормотал он и вновь что-то тыкнул мышкой.-Нужно лишить Александра его лучших людей, тогда добраться до него будет проще.
-Это не так уж и легко,— сказал Даня и Амадо вновь согласился с ним. Я ловлю себя на мысли, что эти двое уже все обсудили и решили.
—А вот это самая сложная часть. Александр последнее время особо не занимается делишками брата и сестры; он редко может ограбить банки или музеи, а если и решается, то готовится очень тщательно.
—А чем он занимается? — спросила я.
—Подставляет влиятельных людей. Как правило, узнаёт их слабые места, скачивает все данные о них, напрашивается в друзья, а потом шантажирует,- быстро протараторил он с милейшим акцентом.-Многие готовы даже переписать своё состояние на него, лишь бы он хранил их маленькие секреты.
— Это подло...
Амадо положительно кивнул, соглашаясь со мной.
-Если честно, то это гениально. Он рубит больше бабла, чем брат и сестра,— вдруг, заявил Данил и я несомненно сморщилась от его слов. Он, заметив это, продолжил:-В любом случае, он угрожает нам троим, поэтому его нужно как-то ликвидировать.
Верно. В нашей истории все складывается так, что победителем выйдет лишь одна сторона. Либо мы, либо Александр. Я нервно сглотнула, пытаясь собрать все кусочки идеи в одну, и собрать пазл, который может нам помочь. И вдруг, меня осенило.
—Кажется, я знаю кто нам может помочь.