Ненависть...

- chapter 21.2 -

Вскакиваю со своего места, чуть бы не упав, и выбегаю из столовой. Несколько любознательных глаз проводили меня с интересом, предполагая причины такой поспешности...

В коридоре целый наплыв людей, я с трудом пробираюсь вперед, окликаю сестру, но ее нет. Тханг бежит за мной, пытается унять мою внутреннюю истерику, но все это бесполезно. Я уже заведена на защиту Чау, и я не успокоюсь, пока не услышу и не удостоверюсь в правде и лжи.

Гулкая толпа стояла на втором этаже, в центре которой стояла Чау с Юнги. Я кидаюсь в их сторону, замечая, как светится моя собственная сестра и как хмурится Лим, однако увидев меня он расползается в чертовой ухмылке, которую я мечтаю стереть навсегда.

― Как ты это объяснишь? ― Срываюсь на крик, пристыдив на секунду Чау. Прекрасно знаю, что ей неловко из-за меня, что я позорю ее на обществе и прочее, но остановиться не в силах. Меня колошматит.

― По-моему, здесь все и так понятно. ― Раздраженно говорит она, пытаясь сохранять равнодушие к моему появлению. При этом моя сестра постоянно поглядывала на Юнги.

Я хватаю ее за руку и вывожу из круга под неодобрительные выкрики толпы. Лим с интересом следит за нами, поднимает руку, чтобы другие ученики тут же заткнулись, и прислушивается.

― Какого черта ты творишь? ― Срывается истеричный шепот. ― Неужели ты не знаешь, кто это? И, вообще, как такое произошло?! Вы же даже не общались ни разу!

― Для начала, заткнись. ― Грубо огрызается Чау, чувствуя себя загнанной в угол. ― Да, мы встречаемся, а что такого?

― Ты еще смеешь спрашивать? Это же Лим!

― И? ― Она пронзительно щурится на меня, приподнимая одну бровь. Сегодня странный день, ибо все пытаются так или иначе выставить меня полнейшей дурочкой, которая ничего не понимает.

Мне просто не хватает воздуха от возмущения и ее спокойствия.

― Вот видишь, тебе даже сказать нечего! Только одна фамилия и все! Так быть может ты перечислишь мне все его злодеяния? ― Она начинает новый выпад, желая вырваться из моего капкана. Я не успеваю и слова вставить, как она продолжает:

― Только одну его фамилию и кричишь! Это глупо, Дунг! Очнись! Что ты знаешь об этом человеке? Совершенно ничего!

― А ты? Ты знаешь хоть что-нибудь о нем?

Чау закатывает глаза.

― Для отношений этого вовсе не нужно. Главное ― он такой опасный, что все его бояться, и меня точно трогать не станут.

― В том то и дело, что люди не просто так его бояться. ― Пытаюсь достучаться до нее, но Чау уверенно хочет уйти. ― Не бывает дыма без огня!

― Хватит думать, что ты самая проницательная! ― Взвизгнула Чау, вскинув руки. ― Ты ничего о нем не знаешь, а уже считаешь за самого страшного злодея! У тебя нет никаких доказательств! Так что ― перестань! Я ухожу!

Она оставляет меня одну, уверенно двигаясь к Юнги.

Тханг подошел ко мне, с сочувствием посмотрел в глаза. Я понимаю, что все это время держала его телефон и тыкала им в лицо Чау, отчего скорее отдаю его с раздражением. прислонившись к стене, пытаюсь переварить эту словесную перепалку, чувствуя странное раздвоение мнение.

А что если Чау права?

― Мне кажется, что ты просто переутомилась. Экзамены, контрольные, оценки... Все это плохо сказывается на нервной системе. ― Ли отводит меня в сторону. ― Может тебе стоит отдохнуть? Это правда помогает.

Ее слова вертятся в голове, приносят жуткую боль и сковывают все тело. Мне хочется выть от отчаяния и своей собственной безнадеги. Вот черт! Нужно же было этому человеку появиться в нашей жизни! Если раньше ссор с сестрой было куда меньше, то сейчас они просто зашкаливают.

Дьявольский человек.

― Ненавижу. ― Прошептала я, буравя его взглядом.

Он оборачивается на мгновение.

― О чем это ты? ― Трясет меня Тханг, но я не обращаю на него внимание.

Юнги сталкивается со мной взглядом. Он насторожен, но, видя мою сердитость, тут же расплывается в улыбке. Его рука осторожно скользит по талии Чау, опускаясь куда ниже позволительного, а взгляд следит за моими эмоциями, будто бы специально провоцируя. Однако я стойко стою на собственном месте, что ему определенно не нравится, и парень начинает шептать что-то сестре на ухо, касаясь периодически губами ее щеки и кожи.

Я отворачиваюсь в гневе и тут же ухожу.

***

Сложно представить, как тяжело видеть назойливую парочку в школе, которая раздражает одним своим присутствием, одними своими разговорами, сплетни которых долетают до тебя. Но куда сложнее видеть то, что твоя сестра сама создает все это, будто бы она в фильме, конец которого однозначно будет счастливым.

Я время хожу терпеливо с Бао, стараюсь приглядывать за ними, но почти что каждый вечер Юнги тайно увозит мою сестру, а куда ― я не знаю, зачем ― тоже неизвестно. И все это время, пока моей сестры нет, я отсчитываю минуты до ее возвращения. Обычно это происходит далеко за полночь.

Занимаюсь тестами, подготовками, но сознание активно мучает своими догадками. А если они вновь пьют? Что будет, если он вновь затащит Чау непонятно куда? До конца недели они возвращались на его машине почти в одно и то же время, да и сестра вроде бы не была пьяна.

Бао пишет сообщения, я вяло ему отвечаю, глядя в окно. С минуты на минуту должна подъехать его машина, из которой выбежит счастливая Чау. Они просто обнимутся, он проследит до того момента, как она исчезнет в подъезде, а после уедет. Обычно все было так, и я внимательно следила за происходящим сейчас.

Его машина молниеносно въехала в наш двор, резко остановилась. Тишина. Только прохлада и одинокие редкие звезды на небе. Ветки ровно покачиваются от ветра, свет гаснет в соседских окнах, но только не в моем. Я упорно жду сестру.

А вот и вышла Чау, за нею Юнги, который прислонился на капот автомобиля и посмотрел прямо на мое окно. В темноте тяжело разглядеть его лицо, но я уверена, что он ухмыляется. Ведет какую-то, только ему понятную игру.

Она сама подбежала к нему, сама прижалась, но он так и не опустил голову, глядя на меня. Я дернулась, скрылась за шторой, мне стало дурно. В этот самый момент, на улице, Чау потянулась к нему губами, он сначала нехотя поцеловал ее, желал отстраниться, но, зная, что я смотрю, углубил поцелуй, распуская руки.

Что же он делает? Почему я не могу разглядеть в нем той простоты, которую пытается навесить на всех Чау? Я вижу в нем что-то темное, как огромное пятно, сожравшее его сердце, от которого совершенно ничего не осталось. Безразличие на лице, но злоба внутри.

Дверной замок щелкнул, послышались тихие шаги.

Я выскочила из комнаты. Чау чуть бы не вскрикнула, но с трудом сдержалась.

― Ты следишь за мной? ― Она была зла, но счастье все равно пробивалось сквозь довольную улыбку.

― Перестань с ним встречаться! ― Шикаю я, угрожающе сжимая кулаки.

― Еще чего! Я с ним счастлива! Или... О Боже! Ну, конечно. Он был прав.

― О чем ты?

Ее победная улыбка несколько напомнила мне самого Юнги, но я скорее отбросила эту мысль.

― Юнги как всегда прав. ― Говорит она низким шепотом в темноте коридора. ― Ты завидуешь мне! Конечно же, ведь со мной самый желанный парень нашей школы!

― Ты говоришь глупости, ― и мои губы сомкнулись в тонкую полоску. ― Ты совсем уже обезумела, выбилась из рук... Ты хоть подготовку к экзаменам начала? Нет! Нужно думать о будущем, Чауа. Никак иначе. А этот... этот Лим не принесет нам добра. Разве ты...

― Да пусть тебя уже трахнет Бао! Мужика тебе надо!

Она практически вскрикнула это, сказала таким тоном, от которого я тут же отшатнулась. Мы оба замерли. Она от страха, что проснется отец, я от неверия в то, что она действительно это сказала. Что-то пискнула, тут же исчезла в своей комнате, а я так и осталась стоять в коридоре в своих широких спальных штанишках с пончиками и массивной футболке.