Целительница Звезд

Люси.

Жизнь никогда не останавливается, жизнь почти невозможно начать с начала, с чистого листа. Когда чья-то жизнь обрывается, когда душа уходит туда, откуда не вернуться, то на ее место приходит новая, совершенно чистая сущность, которая не запятнана предрассудками, чужим мнением и амбициями. Началась ли моя новая жизнь? Открыла ли я книгу своей судьбы с начала или просто перелистнула на новую главу? Я не знала точно, но более ведьмы из Тёмного леса не было, была только Люси — целительница, которую привез Принц Нацу. Женщина, которая спасла его и которая теперь живет в этом дивном дворце, от вида которого перехватывает дыхание. Внутри я все еще была той же, но все же Эрза смогла увидеть и вытянуть из меня ту девушку, которая могла смеяться и хохотать бездумно, просто радуясь мгновению, которое породило этот смех.

Время текло быстро и бесшумно, недели текли так быстро, что я еле успевала за ними. Я решила составить картотеку всех, кто находился во дворце. Каждый день ко мне приходило двое и рассказывали о том, чем они болели, что они чувствовали тогда, чем болели их родные и близкие, а я писала, писала, писала, магическое перо еле успевало все сделать. Мужчины болели многим, множество ран, сломанных конечностей, пробитые внутренности, я удивлялась тому, как они смогли выжить после этого, пока не узнала, что Нацу — потомок Бога Огня и Войны, который мог обращаться в дракона. На теле Нацу могли появляться маленькие красные чешуйки и они спасали его от многих ран и болезней, кровь, что текла в его жилах, спасала его от ядов, поэтому он и смог выжить после того страшного яда, который попал через стрелу и меч в его тело. Его сестра Леви обладала знанием книжника, и это очень часто влияло на ее поведение, иногда она вела себя как маленький ребенок, а иногда как старик, который повидал на своем веку очень многое, к тому же она имела благословение Богини Воздуха, что делало ее почти Богиней-полукровкой. Гажил был Дракаром — Демоном стали и металла, его сила была безмерна, и он был настолько вспыльчив, что я его побаивалась, Леви сама его привела ко мне и сказала осмотреть, у него было много ран, которые не заживали совсем, я помогла, чем могла, но все равно заживать еще было многому.

Люди, что жили здесь, были необычными, даже кухарка Миражанна имела какой-то дар, как и ее брат с сестрой. Теперь я понимала, почему Нацу, Эрза и Грей не боялись меня и не испытывали отвращения к моему облику, все здесь были в какой-то мере монстрами, чудовищами, теми, кого сторонились и боялись. Знаете, как я была удивлена, когда узнала, что Фрид, тот черствый мужчина-контрабандист и маг писания, влюбился в красавицу Миру? Я была так удивлена, увидев его на кухне в ее обществе, что просто взвизгнула и проорала громкое «Что?!». В этом месте, которое со временем начало становиться мне домом, было много интересного и неизведанного: библиотека, которая так понравилась мне, что я ночами напролет проводила там, тратя на сон два-три часа. Я говорила, впервые за долгое время, так много, а еще мне хотелось петь, много, сидя и смотря на луну, раскачиваться в такт мелодии, напевать слова из детства, значения которых, я не понимаю до сих пор. Мир мой поменялся за какие-то две недели, мне так нравились улыбки тех, кто находился здесь, впервые меня принимали за девушку: мне подавали руку, когда я спотыкалась и падала, мне отодвигали стул, мне не давали носить тяжести. Казалось, месяц - маленький срок, особенно для тех, в ком была хоть крупица магии. Маги и полукровки жили намного больше людей. Сто лет для нас миг, мы могли прожить пол тысячелетия и не постареть ни на миг, но после войны осталось так мало магов, а старцы, что приезжали до войны в деревни и рассказывали детям сказки, показывали фокусы, исчезли. Я слышала все это от Дрега, но сама не видела ни разу.

***

— Люси, ты сегодня очень задумчива, что-то стряслось? — я сидела на кухне, это место мне очень нравилось. Прекрасный запах выпечки и свет солнца из окон придавали этому месту уюта.

— Да, есть одна проблема. Я прочитала в одной книге, что есть тринадцать сущностей заключенных в ключах, их называют Звездными Духами. Они сильнее, чем Боги, имеют бессмертие, и если прислать одного из них, то можно загадать любое желание, но не все люди имеют это умение, а только те, в ком течет хоть капля их крови. В другой же книге говорится, что духов двенадцать и что Боги — это дети Духов, полное противоречие. Первая книга старше и датирована 213 годом эрой мира, а вторая 478 эрой страха. Больше шестиста лет и такая разительность, к тому же, этот один дух, то дух кошки, самый старший дух, по легендам этот дух был подарком дочери Короля Духов и всего закрытого мира, после девочка сама создала двенадцать оставшихся духов и дала им имена. И если считать по второй теории, то Боги должны были появиться только после этого, но Боги существовали и до этого момента, — сказала я как на духу.

Звездные духи очень привлекали меня. Эту легенду мне рассказывал и Дрег, и я решила узнать побольше, читать я умела, пусть и не очень быстро, но дни тренировок и горы книг, и я отлично читаю. Историй было несколько, но только одна книга полностью совпала с легендой рассказанной мне в детстве. К тому же писатель, что написал ее, был магом звезд и потомком одного из Духов. Но все же слишком много книг оспаривали его факты и начинали путать еще больше. Это не нравилось мне. К тому же, я возмущалась, хотелось поделиться с кем-то, вот я проболталась Мире. Девушка же сейчас повернулась ко мне лицом и, определенно, пыталась оборвать поток информации, который лился из моей головы и уст.

— Подойди к Леви, она очень много читает, расскажет тебе все, что спросишь — в этом вы слишком похожи друг на друга. Я не настолько умна. В вопросах любви обращайся ко мне, — она улыбнулась мне улыбкой сплетницы и соблазнительницы. Да, в этом ей не было равной, хоть она и любила за всю свою жизнь только раз и то Фрида, с которым они медленно, но верно шли к помолвке. Любовь для нее была тем, чего она ждала долгие годы и чего все-таки добилась.

— Спасибо за совет, — сказав это, я вышла из кухни.

Запах свежего пирога не покидал меня до входа в комнату Принцессы. Леви была единственным человеком, которого слушались абсолютно все, даже Лексус, который был очень взрывным воином, именно воином. Он не был рыцарем, да и не было в его действиях ни капли благородства, но я видела, как он менялся при двух людях в доме, и даже ни один из них не был хозяином дворца. Могучий воин прислушивался к словам Нацу и Жерара, но слушался приказов только Леви и исполнял просьбы магички-предсказательницы — Каны. Девушка была хороша собой, ее каштановые волосы всегда были в беспорядке, а ее откровенная одежда смущала только меня, остальные, наверное, привыкли к ее внешнему виду. Лексус и Кана были очень интересной парочкой, мне казалось, что они состоят в браке друг с другом, но это было не так, они даже не были помолвлены, они даже не встречались, но уже проводили ночи друг у друга в комнатах. Они сильно выделялись на фоне всех, слишком непохожие на других, слишком не чудящиеся правил и законов. Это поражало меня сначала, нагоняло в краску, но потом я привыкла, узнав, что Кана очень хорошая женщина. Она знала многое и могла ответить почти на любой вопрос, но я плохо ее знала. Мы общались всего пару раз.

Леви же была тихой и спокойной, не в пример той же Каны, которая была взрывоопасна в сочетании с вином или любым спиртным. Леви была начитана, много знала. Она всегда читала, даже за столом, хоть книгу почти всегда забирал Принц Нацу. Она начинала улыбаться, только вместе с ним и всегда злилась и дулась со своим охранником Гажилом. Она была милой по отношению ко всем и настойчивой в делах. Она помогала брату с бумагами и очень плохо следила за своим здоровьем. Ее желудок был из рук вон плох, а неправильно сросшиеся кости и вовсе пришлось ломать снова, чтобы они не ныли в холодную и дождливую погоду так сильно, что она плакала по ночам в своей комнате, чтобы ей не было больно стоять и сидеть. Тот день я запомню навсегда. Слишком много костей, которые было тяжело залатать даже магией. Но мы справились, и сейчас она могла бегать и даже учится стрелять из арбалета.

Сейчас, направляясь к ней, я боялась. Мы мало говорили, но я и так поняла, что она очень настороженно относится ко мне. Нет, не из-за лица и из-за моего тела, из-за чего-то еще. Она была больше похожа на маленького ершистого зверька, который не понимал, что происходит. Она была умна не по годам, и я очень стеснялась своих манер рядом с ней и того, что я очень мало знаю, в отличии от нее.

Я постучалась в дверь. Дерево было приятным теплым на ощупь, не знаю почему, но это придало мне сил. Дверь сначала не открывали, но потом послышался щелчок, и она отворилась. Маленькое окошко в мир книг. Я знала, что ее комната была больше похожа на библиотеку, но не предполагала, что на столько. Шкафов с книгами было так много, что казалось они занимали все пространство. Комната была удивительна. С небесно-голубыми шторами и портье, с огромной кроватью с балдахином того же цвета, с, определенно, мягким диваном и креслом, и огромными стопками книг. Из-за них не было видно даже цвета стен. Это было удивительно. Не знаю почему, но тут было уютно, то ли из-за запаха книг, что витал здесь, то ли из-за полутьмы и включенных магических светильников. Свет был очень мягким и, казалось, заполнял все вокруг. Здесь было даже чудеснее, чем в библиотеке.

— Здравствуй, Люси, что-то стряслось? — она опустила голову в приветствии, ее голубые волосы были в полном беспорядке.

— Приветствую вас, Принцесса. Нет. Я хотела бы Вас попросить разъяснить мне кое-что. Мира посоветовала обратиться к вам, — сказав это, я присела как можно ниже, сложив руки впереди. Это было похоже на поклон. Надеюсь.

— Не называй меня так. Просто Леви. Мы здесь семья, мы все не имеем другой семьи, кроме тех людей, что находятся здесь и сейчас. Проходи в комнату и впредь обращайся ко мне на "ты", — она улыбнулась и пропустила меня в свою комнату.

Я вошла. Леви выглядела немного не выспавшейся, но, думаю, она читала, а не спала. Если быть честной, то я всегда думала, что Гажил всегда находится с ней, даже в комнате, но, скорее всего, он живет через дверь, как раз в стене была маленькая арка, в которой виднелась еще одна комната, а там дверь. Скорее всего, он живет там. Волосы Леви больше напоминали воронье гнездо, ее одежда тоже оставляла желать лучшего. Платье было сильно помято, и на ней не было корсета, но даже без него, ее фигура была очень хрупкой и красивой.

— Так зачем ты пришла? Что за вопрос? — она присела на диван и показала рукой, чтобы я присоединилась, что я и сделала.

— Я прочла в одной книге легенду о Тринадцати Звездных Духах, но во всех других говорится, что их двенадцать и многое другое, что противоречит первой книге. Она старше чем остальные, и я не знаю чему верить, — сказала я.

— Почему тебя это так заинтересовало? — спросила она, а я не знала, что ответить. Сказать ли правду? Думаю, стоит это сделать.

— Мужчина, что вырастил меня, рассказывал мне сказки о них, множество сказок. О том, что их было тринадцать и о том, что духа кошки подарили дочери Короля Звездных Духов, и что он был первым созданным духом, что потом дочь Короля создала и остальных двенадцать.

— Что же, понятно. Я могу тебе с этим помочь, - она встала и пошла к стеллажам, бормоча под нос, что «она где-то здесь», — вот!

Она подошла ко мне и дала мне в руки очень старую книгу, казалось, она может рассыпаться в прах. Кожаная обложка была усыпана звездами, а на древнем языке было написано, что эта книга о легендах всех высших. Я могла читать этот язык только благодаря Дрегу. Книга в некоторых местах была подпалена, будто ее пытались сжечь, но ничего не получилось.

— Эта книга — настоящий и первый сборник о легендах, хотя, каких легендах, если это правда? Я прочту тебе пару легенд, но знаешь, хочу сначала спросить, ты знаешь, как появился наш мир? — сказав это, она начала поглаживать книгу, как маленького свернувшегося котенка.

— Немного. Мне рассказывали, что все началось с Прародительницы, она устала быть одна и создала себе мужа — Короля Звездных Духов, он же усыпал тьму звездами, и появилась наша земля, место, по которому люди ходят ногами, и в котором растут деревья и трава. Потом у них появилась дочь. Ее имя никто не помнит, но именно она создала людей и именно она создала Духов, которые и породили Богов разных стихий. Люди - ее создания, хоть мы, кажется, и стоим выше Богов, но люди без силы мало что могут.

Она улыбнулась мне. Ее карие глаза сверкали, как алмазы. Кажется, она была чему-то очень рада, но я не понимала чему.

- Ты права, твой друг, наверное, читал эту книгу и очень хорошо ее запомнил. Ты знала, что все маги потомки Богов и Духов в итоге? Мы имеем магию и можем творить, как Боги, - сказав это, она подняла книгу вверх и закружила ее в потоке воздуха, — но есть маги, потомки не просто Богов, потомки Прародительницы, их редко можно встретить, их нет практически, их магия — это дар, за который нужно платить, но не так, как заплатила ты.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я. Я не понимала на что она намекает и это порождало все больше вопросов в моей голове.

— Я сама не знаю. Возьми ее и прочти, ты же знаешь этот язык, не так ли? — сказав это, она вложила в мои руки самую большую ценность в моей жизни.

— Да, спасибо.

Я встала с мягкого дивана и сжала в руках книгу. Поклон получился неуклюжим, но я очень старалась. Из комнаты я выбежала как можно быстрее, мне не терпелось прочесть сокровище, которое попалось мне в руки. Моей благодарности не было предела, но я не могла более произнести и слова. Мне слишком не терпелось приступить к чтению.

Моя комната была маленькой, но от этого более уютной, чем другие, которые я видела. Света здесь было много, а уютное и маленькое кресло приглашало меня к чтению. Я села в него и положила книгу на колени. Проведя руками по корешку, я ощутила тепло, книга была старой и по трепаной от времени. Я открыла книгу, листки древнего пергамента тихо похрустывали в моих руках от перелистывания страниц и тихого приглаживания иных. Запах пыли и туши разносился по комнате. Сердце пело и танцевало, в груди щекотало какое-то знакомое чувство, а перед глазами встала чья-то улыбка, тихий смех и детские ручки трогающие все ту же книгу, что лежала на моих коленях.

Все это застыло перед глазами, я будто находилась в этом старом воспоминании, то ли моем, то ли книги, то ли этого места, этой комнаты. Я была словно во сне и не могла проснуться. Было так хорошо, солнечно и тепло, я не хотела уходить. Руки женщины трогали мои волосы, заплетали золотистые нити в косы, гладили голову, а губы женщины напевали песню-колыбельную на древнем и старом забытом языке, который я слишком хорошо знала.

Я мурлыкала под нос эту песню, когда готовила, когда была в лесу, когда творила магию. Эта песня была всегда со мной, а этот дивный голос с любовью пел мне в ответ.


Качнет колыбель тихо дрема Ночница
Коснется лба нежной рукой,
Уставшее солнце все ниже садится
Скрываясь за Дочкой-рекой.
И месяц уж по небу ходит высоко,
Он млад нынче и златовлас
А зори его холодны и далеки,
Но чем-то похожи на нас.

Ой Лели усни, а я буду тихонько тебе напевать о ветрах
О лютых морозах, о зимах студеных,
Что спят в человечьих сердцах.
Там хитрые змеи, там вещие птицы,
Там люди без песен и глаз.
Они под полой прячут души и лица,
Но чем-то похожи на нас.

А знаешь мой Лада, есть люд за горами
Без слез, без Богов, без любви,
У них неживая земля под ногами
А руки и думы в крови.
У варваров мечи и речи булатны,
Ты с ними сразишься не раз.
Они так жестоки и непонятны,
Но чем-то похожи на нас

А пуще всего ты узнаешь, мой сокол,
О жизни великих людей.
О воле невольной, о доле нелегкой
О удали славных мужей.
Там дивные дивы, да щедрые нивы
Любовь и красу берегли,
Чтоб снова рождались благи и счастливы
Все дети нашей земли.


Эта песня больше была для мальчишки, чем для маленькой девочки, но я помнила тихую фразу, которая всегда, будто была в моей голове. «Ты дочь воина — значит и сама воин.»

Что значит эта фраза из уст этой золотоволосой красавицы? Я не знала и не понимала, она не первый раз появлялась в моих снах и видениях, но в первый раз говорила со мной, прикасалась ко мне и я была этому безумно рада. Женщина, которая породила меня и которую я не помню. Моя мама. Златокудрая красавица с чудесным голосом, с прекрасными голубыми глазами. Еще я помнила котенка, маленького и мягкого. Более же в моей памяти ничего не осталось.

— Люси! Ты где?! Все хорошо? — прокричал голос за дверью.

Я слишком задумалась, слишком меня утянули в свою даль далекие ведения не того человека. Ответов было все меньше, а вопросов все больше.