Изнасилование.
К девушке по имени Виолетта Тейт, в дом ворвался её школьный враг - Найл Хоран. Она побежала на кухню, чтобы там спрятаться, но всё оказалось тщетно.
- Уйди по-хорошему, Найл, - настаивала Виолетта.
- Я тоже хотел по-хорошему, но ты любишь все усложнять, - Хоран ухмыльнулся, - Кстати, милые трусики на тебе.
Виолетта спонтанно опустила голову. На ней действительно были одни трусы и свободная футболка. Найл воспользовался моментом и скрутил ей руку.
- Хоран, тварь, пусти меня. - рыкнула Виолетта.
Парень не обращал внимания на её крики, вопли и обзывания. Он поднял её на руки и понёс на второй этаж, в её комнату. Виолетта брыкалась, пыталась увернуться, но все тщетно. Её, словно какую-то вещь кинули на кровать. На секунду она выпала из реальности, голова пошла кругом и в глазах потемнело. Такое бывало у неё раньше, когда она резко вставала и начинала идти. Наконец, сознание вернулось к ней, она отползла к стене, еле заметно дрожа. Найлу это нравится. Нравится, что заставил её, наконец, понять с кем она имеет дело.
Он пододвигается к ней, обнаженный до пояса. Виолетта толкает его ногами, он подавляет это маленькое восстание, заламывая её руки и срывая футболку. Её руки тянутся вслед за одеждой, от чего она сама буквально падает в капкан его рук.
- Отойди от меня! Убирайся, извращенец! – Виолетта кричит, вырывается.
- Виолетта, ты хотела этого. Ты всегда хотела этого со мной, но не было подходящего случая. - начал кричать Найл.
- Заткнись! - голос стал хриплым, - ненавижу тебя.
Хоран лишь довольно улыбается и тянет её к себе. Виолетта кричит. Громко. Протяжно. Это начинает выводить парня из себя. Он даёт ей пощёчину. Она теряешь равновесие, звон раздается в ушах, и она падает в сторону, на кровать. Он явно переборщил с силой.
- Не сопротивляйся. Будет хуже, - издевательски проговарил парень.
Найл отпускает твои руки, стягивая с себя джинсы вместе с боксерами, всё еще контролируя ситуацию. Он не хочет, чтобы она вырвалась, чтобы попыталась сбежать. Он хочет подавить эту дерзость, сломать Виолетту.
Она брыкается. Вырывается. Проклинает. Кричит. Найл злится. Буквально срывает с неё последний комплект белья, и грубо властно запускает свою руку меж её бёдер. Ложится сверху. Прижимает её сильнее, проникая в неё пальцами. Стремительно и резко. Она царапает его ногтями, впивается в его спину. Ему всё равно. Слезы. Чуть заметные блески в глазах при лунном свете.
- Сдалась? Теперь ты не такая боевая? – иронизирует он.
Найл коленкой раздвигает её ноги, и двигается вперед, с обжигающей силой погружаясь в неё, заменяя пальцы пульсирующим органом. Грубо. Жестко. Виолетта не хотела кричать, чтобы не доставлять ему еще большего удовольствия, но какое-то время она ещё пыталась освободить руки и как-то вывернуться из его хватки, но это, кажется, только стимулировало его, заставляло вдалбливаться в её тело ещё жестче, быстрее, напористее. Виолетта чувствовала, что задыхается от того, что Найл с силой давил ей на рёбра. Виолетта начала открывать рот в немом крике, зажмуривая глаза. Хоран, словно маньяк забавлялся, играл со своей жертвой, оставляя багровые отметины на ключицах, животе.
Виолетта протяжно стонала, ненавидя себя за то, что посмела насладиться этим. Сейчас. Вот так. С ним. Найл наклоняется к её лицу. Его глаза. Её глаза. Эти искры.
- Давай, Виолетта, умоляй. Проси, чтобы я остановился, - он больше не сжимал рёбра, позволяя ей вздохнуть.
- Катись к черту, - прошептала Виолетта.
Найл рыкнул и с ещё большей силой стал двигаться в ней, показывая, что сейчас не время острить.
Виолетта выгибается, что есть мочи, чувствуя, что она уже на грани. Еще немного и сознание канет в небытие.
- Пожалуйста,…пожалуйста, - повторяет Виолетта, - прекрати.
- К моим просьбам ты всегда была равнодушна, Т\И.
Он тяжело вздыхает. Выходит из неё. Слезает с кровати и начинает одеваться.
- Не принимай это на свой счет. Мне просто надо было, - застегивая джинсы, констатировал Найл, - Было хорошо, Виолетта, до встречи.
И он ушел. Оставил её одну. В слезах. Униженную. Растоптанную. Она почувствовала боль внутри себя. Агонию. Чувствуя каждый засос, оставленный им, каждое прикосновение, его запах на своем теле. Самое мерзкое и отвратительное то, что где-то в глубине души ты хотела этого. Хотела Найла...