Глава 11
Кто сказал, что на свежую голову легче думается?
Да, так и есть. Но не в моём случае.
Ничего такого, успокоилась, в голове нет ни одной мысли о произошедшем. Почему? А потому, что я не помню. Голова как-будто стала чугунным котелком, в котором обычно варят уху на природе. А потом бац, и все сразу на тебя обрушивается.
Школа, директор, родители, смерть и бесконечное море слез и успокоительного.
Мои глаза начали наполняться слезами жалости, обиды, оттого, что на хрупкие плечи семнадцатилетней девушке все это легло, и горечи.
Я обессиленно рухнула на кровать. Я понимала, что не надо рассклеиваться, а взять себя в руки и думать, что будет дальше.
Детдом или родственники? Да и родственников у нас не так уж и много. Восмидесятилетняя бабушка с двумя кошками, которая вряд ли сможет нас принять в своей однокомнатной квартирке, тётя по маминой стороне, живущая в России,которую мы видели всего ничего, раз пять, и брат отца, который с нами вообще не общается.
Джеймс. Любимый братик. Как бы тебе сказать об этом. Ты же такой маленький мальчик, который все ещё должен читать сказки и верить в Санта- Клауса, якобы приносящего подарки на Рождество.
-Ева, хватит сопли пускать! Ты сильная! Ты справишься,- пыталась успокоиться и неуверенно добавила,- Наверное.
Подошла к зеркалу. Красавица. Красные щеки, которые скоро достигнут цвета моих волос, опухшие от слез глаза с потекшим тушом. На голове какое-то гнездо для стаи чаек. Помятая до такой степени школьная форма. Мой вид был настолько жалким, что я опять не выдержала.
-Срать! Срать на все, когда жизнь катится к чертям собачьим!
Миг и я со всей силой бью кулаком по зеркалу, что бы только не видеть себя. Зеркало с негромким треском даёт трещину и осколки зеркала падают на пол. Смотрю на них и вижу капельки крови. Костяшки пальцев были в крови и их так щипало, но это нельзя сравнить с болью в груди. Все внутренности вырвали, оставили душу, чтобы добила окончателтно.
Я скатываюсь по стене, прижимаю ноги к груди и рыдаю. Рыдаю так, как не плакала за всю свою недолгую жизнь.
В голову приходит мысль.
Пойти в ванную, достать лезвие и провести им по запястью, по вене.
Перед глазами всплывает образ мальчишки. Жизнерадостный и заводной. Он всегда такой. Как лучик солнца среди огромных дождевых туч. Джеймс. Мой персональный энергетик, который всегда поднимал настроение.
-Не хочешь жить для себя, живи для него! Тряпка!-кусаю губы до крови.
Чувствую металлический привкус. Захлебываюсь в слезах.
Минут десять так и сижу. Психике конец.
Встаю и иду на кухню. В доме уже тёмно. Только через окна в гостиной в дом попадают последние лучи заката, кроваво- красного заката.
На кухне, положив голову на руки, сидит Джей-Джей.
-Джеймс,-даже не говорю, а издаю какой-то непонятный хрип. Во рту также сухо как в пустыне Сахара.
Джеймс поднимает голову, но не оборачивается.
-Звонила тётя Марго, она уже летит. Нэт ушёл недавно, сказал, что скоро вернётся,-сильный мальчик. Голос такой же.
-Джеймс, прости, что узнал не от меня! -голос дрожит, тело дрожит, руки дрожат, как у заядлого наркомана.
Держусь, держусь, чтобы не расплакаться опять. Но это так сложно. Легче дать волю эмоциям и взорваться.
Молчание в ответ так угнетает. Я подхожу на ватных ногах, обхожу стол и смотрю в глаза брата. Такие родные и тёплые. Такие же красные и стеклянные, нет того блеска.
Я не выдерживаю, подходу к брату и прижимаю к груди.
Дамба не выдержала, вода прорвалась. Первый всхлип, второй, град из слез, не хватает воздуха в лёгких. Рваные вдохи.
-Прости меня, Джеймс! Прости!- который раз я уже плачу? Где моя былая сдержанность? А хрен тебе с маслом, держи карман шире.
-Ева...- мальчик держится. Он сильный, храбрый, моя опора,- Все будет хорошо! Ты же сильная! Ты всегда говорила: "Надо отпускать прошлое и жить настоящим".
-Как же я тебя люблю,- я выпускаю его из объятий и подхожу к раковине.
Наполняю стакан водой. Где-то должна быть валерьянка. Судорожно ищу аптечку. А вот. Беру две таблеточки и запиваю водой.
-А что дальше,Ева?
Сажусь за стол и разминаю руки.
-Не знаю,Джеймс, честно. Не знаю.
Включи пожалуйста телевизор.
-Может не надо?
-Джеймс, пожалуйста.
Джеймс включил телевизор, который был на кухне.
-Здравствуйте, сегодня с вами *** с самыми свежими новостями. Начнём не с самых лучших. В 11 часов утра самолет рейсом Италия-Австрия потерпела авиакрушение. Причина ещё не известна. Сейчас происходит выеснение причины, к сожалению, выжавших не осталось. Погибло около ста человек, в числе которых было пять малолетних детей. Компания семьям погибших приносит свои соболезнования, им будут выписаны тясяча фунтов стерлингов. Ещё раз приносим соболезнования.
Дальше последовали кадры с места крушения.
Я закрыла рот рукой от ужаса. Самолёт, можно сказать,весь сгорел.
Глаза начали наполняться слезами.
-Ева, дорогая, не надо смотреть это. Все будет хорошо,- в дверях стояла тётя Марго с чемоданом в руках. Выглядела она не лучшим образом, выжатая, с опухшим лицом.
-Тётя!- мы побежали к тёте и обняли её со всей силой.
-Все будет хорошо. Мы справимся, я с вами. Мне так жаль ваших родителей, они были очень хорошей парой.
Жизнь- это кино. Но у каждого своя роль. Своё предназначение.
Своё место в драме.