Глава 2
Пятнадцатилетний Гарри Поттер лежал на спине на своей очень неудобной кровати, уставившись в простой белый потолок. Это были летние каникулы, и ему было скучно. Черт побери, он был вне себя от скуки. И хотя он действительно никогда по-настоящему не предвкушал наступление каникул из-за Дурслей, он определенно не хотел проводить их запертыми в маленькой, уродливой, пахнущей лимоном комнате. Блэээ.
Он знал, что часть его души умерла из-за того, что случилось с его крестным отцом, и из-за того, что он узнал о глупом пророчестве. Но ему не хотелось об этом думать. Не сейчас. И то, что он оказался запертым в маггловском доме, закрытым от всех друзей, конечно же, помогло ему игнорировать это.
И все же это заставило его задуматься о Волдеморте. Нет, не о том, как он заманил подростка в отдел тайн, убил Сириуса или овладел его разумом. Нет, никаких обыденностей вроде этой. Он думал, что лишь Волдеморт виноват в том, что сейчас он заперт в этой чертовой комнате и ему нечего делать.
— О чём, во имя всего святого — неужели у домашних эльфов есть свой собственный эльфийский Бог, которому они поклоняются? — Орден думал?! Он же был подростком! Неужели они действительно ожидали, что он будет сидеть взаперти в этом доме вместе с Дурслями целых два месяца?! Они были сумасшедшими!
И это вернуло его к началу всей этой истории. Ему было скучно, поэтому, чтобы противостоять этому, он отослал Хедвиг с письмом для Темного Лорда. Только когда его любимая сова исчезла из виду, он понял, что это, вероятно, не самая умная идея, которая у него когда-либо была.
Поэтому он лежал там, ожидая возвращения Хедвиг, надеясь… молясь, чтобы Волдеморт не убил ее. Его шрам не горел, даже не болел, но он не был уверен, хорошо это или плохо. Со старым-добрым Волди это было почти невозможно определить.
— Хедвиг! — воскликнул он совершенно внезапно, когда сова грациозно влетела в окно, к счастью, уже не зарешеченное. Он протянул ей руку, ожидая, приземления. Когда она села, он внимательно осмотрел ее, с облегчением убедившись, что она цела, и более того, у нее в клюве было зажато письмо.
Было ли это его собственное письмо, которое она не смогла передать (оскорбление её удивительным навыкам, естественно), или Волдеморт действительно написал ему ответ? Поскольку кроме него ответить было некому, он взял письмо свободной рукой, развернул его и понял, что оно не его. Что означало…
Поттер,
Хотя я и не понимаю, почему это должно меня беспокоить, но как, во имя Салазара, я могу быть виноват в том, что тебе нечем заняться? И, ты хочешь, чтобы я тебя развлекал? Скажи, я похож на красноносого клоуна?
Волдеморт
Какое-то мгновение Гарри просто смотрел на письмо. А потом на его лице медленно расплылась улыбка.