Глава 5 | От лица Винсента
Он сидел в кресле, в одной руке держа бокал виски, в другой же руке у него была сигара.Она давно уже потухла, но он был занят другим. _Зара_
— Надень красное, — произнёс он, не глядя.
— Что?
— Красное. Которое я купил. Сегодня мы идём в клуб.
Зара кивнула, в последний раз посмотрев на него, медленными шагами она скрылась в гардеробной. Он заметил что она чему-то сопротивляется, но он знал, что у нее нет каких-либо шансов сбежать.
Она была полностью под его властью, он умело держал её на поводке и она ему бесспорно подчинялась.
Он сидел в кресле, смотрел в одну точку и ему показалось, что эта паршивка сбежала. У нее были попытки сбежать, но все они заканчивались синяками и слезами.
Его взгляд потемнел, он собирался уже проверить её, но в ту же секунду дверь гардеробной открылась, и она вышла.
Красное платье. Облегающее. Бёдра, талия, грудь — всё сливалось в одно идеально соблазнительное целое. Но больше всего его взгляд задержался сзади. На том, как сидело на ней это платье. Как двигалась ткань, обтягивая округлость её ягодиц при каждом шаге.
Его тело отреагировало мгновенно. Мысли потемнели, дыхание стало чуть тяжелее.
Желание вспыхнуло, плотное, горячее — взять её, сорвать с неё это платье, быть у неё первым. Он усмехнулся своим мыслям, облизал губы и, не отрывая от неё взгляда, сказал тихо, но властно:
— Иди сюда, Зара
Я видел в её взгляде вызов — она пыталась сопротивляться, но прекрасно знала, чем это закончится, если она ослушается.
Медленно, не спеша, она подошла ко мне. Я знал, что она делает это не по собственной воле, и это только сильнее будоражило меня.
Схватив её за запястье, я резко притянул к себе, так что она упала на колени передо мной.
– Ты знаешь, что делать, – сказал я низким голосом.
Её взгляд скользнул по выпуклости в моих штанах, и, не говоря ни слова, она расстегнула ширинку. Чёрт, она делала это нарочно медленно, дразня меня, испытывая моё терпение.
Я потянул ее за волосы, заставляя ускориться. Она задыхалась, пыталась отстраняться, но я не отпускал — и от этого желание становилось лишь сильнее.
Когда я закончил, она подняла на меня взгляд.
– Глотай, – приказал я холодно. – И только попробуй пролить хоть каплю.
Она подчинилась, но всё же уголок её губ выдал маленькую предательскую каплю.
– Я предупреждал, – сказал я с хищной ухмылкой.
Резко подняв её с пола, я повёл к кровати и, не давая времени опомниться, бросил на кровать.
В её глазах блеснул страх.
Красное платье упало на пол, и я вошёл в неё, не давая ей времени привыкнуть.
Её стон был глухим, сдержанным — и я чувствовал, что она пытается не показать мне, как сильно её предаёт собственное тело. Она цеплялась за простыни, царапала мои плечи.
– Ты всё ещё думаешь о нём? – прорычал я, вспоминая, как она смотрела на этого идиота Деклана.
Она ничего не ответила — лишь закусила губу и отвернула голову.
Я ускорился, и её дыхание стало рваным, губы дрожали, но в глазах больше не было страха — лишь что-то похожее на... одержимость. Она ненавидела меня, но жаждала снова и снова.
Когда всё закончилось, я откинулся назад, тяжело дыша.
– Умойся. Горничная принесёт тебе другое платье, – сказал я спокойно, будто и не было только что того, что мы сделали.
Она медленно поднялась, бросив на меня взгляд, полный негодования... и чего-то ещё, чего она сама не хотела признавать.
Они спустились к машине без слов. Он первым сел за руль, она — рядом. Только хлопнула дверь, как его рука легла ей на колено. Крепко. Владеюще.
Она не дернулась — просто сидела, глядя вперёд. Машина тронулась, ночь за окном тянулась неоном и бликами. Его пальцы сжимали её кожу всё сильнее.
Порой он медленно вёл ладонью выше, добираясь почти между ног, но каждый раз останавливался, будто смакуя паузу. В салоне пахло кожей и напряжением. Она не дышала — он улыбался.
У клуба он резко затормозил, вышел первым. Зара увидела, как он уверенно направился к охране, коротко кивнул — и ворота сразу распахнулись.
Он даже не обернулся, зная, что она пойдёт следом. Свет ударил в лицо, музыка хлестнула по телу басами, и в тот момент, когда она переступила порог клуба, что-то внутри резко сжалось. Шестое чувство. Или судьба. Потому что среди толпы кто-то уже смотрел на неё