Глава 6
Эстетика Джона Уильямса
Лия
Звуки бьющейся посуды, крик отца пронзают уши. Я спускаюсь по ступенькам, тихо, как мышь, боясь, что меня заметят. Гостиная похожа на фильм ужасов: кресла перекинуты вверх ножками, маленький стеклянный столик разлетелся по полу, в углу лежит мамина любимая ваза для цветов. Отец стоит лицом ко мне, но, кажется не видит, его глаза, налитые кровью, ужасающие, вызывающие неприятную дрожь по телу. Руки сжались в кулаки.
— Ричард, прошу тебя...
— Заткнись! Закрой свой рот! — В сторону мамы полетел первый попавшийся ему под руку предмет.
— Любимый, я... я не...
— Что, ты не..? Не хотела? Не лги мне, стерва, наставила рога, и думала, я не узнаю?!
— Прости меня! Слышишь? Да, я поступила как последняя...
— Потаскуха! — Он молниеносно подскочил к маме, и ударил. Кажется, я даже видела отпечаток крови.
Неосознанно я вскрикнула, прижимая пальцы к губам. Весь взор отца теперь переместился на меня. Не знаю, сколько прошло времени, когда он взял меня за волосы и я, скуля от боли, шагала по осколкам босыми ногами, оставляя следы крови...
Смотря на свою левую ногу, я прошлась по запретным воспоминаниям, к которым обещаю себе каждый раз не возвращаться. До боли зажмурив глаза, я выдохнула, и надела носок. Хватит, не сейчас. Скоро приедет Джон, и мы отправимся в замечательный уикенд, который принесет мне больше пользы, нежели проживание в этом доме.
— Лия, — грозный голос отца прозвучал за дверью, — открой дверь.
Я поджала губы, и повернула замок, впуская отца. Я давно запираю двери в свою комнату, и это все знали.
— Что-то хотел?
— Через неделю мы улетаем с Клариссой в Окленд, у нас дело, должно быть, оно затянется недели на две точно.
— Хорошо. — Кивнула я, радуясь предоставленной мне свободе.
— Не скажу, что нам хочется оставлять тебя, — в его голосе звучал упрек, ну как же, — но придется. Нам некогда возится с тобой там.
— Я уже поняла.
Спорить с ними – всё равно что биться головой об стену. Даже битье головой будет действеннее, чем беседа с ними.
— Ты должна понимать, что наш отъезд не дает тебе права вести разгульный образ жизни. Никаких вечеринок, тусовок с отбросами общества и малознакомых людей в этом доме быть не должно! — Уже чуть громче, презрительно бросил он.
— Я тебя поняла, отец.
— Я надеюсь на это.
Он вышел из комнаты, и я тут же заперлась. Этот мужчина терпеть не может слово «папа», для него «отец» звучит более величественно, он чувствует себя блядским пижоном, и это не может не бесить. Я бы с удовольствием звала их по имени, но это не в компетенции «счастливой семьи».
Выйдя из дома, парень подбежал ко мне и забрал сумку с вещами.
— Ты гардероб с собой взяла? — Он хмыкнул, закинув вещи на заднее сиденье.
— Поверь, если бы я взяла свой гардероб, он бы и в две легковушки не влез.
— Буду иметь ввиду. — Он открыл мне дверь, и я села внутрь теплого авто.
В салоне как всегда был приятный цитрусовый аромат, и я, вдыхая, взяла ментоловую жвачку. У меня странная страсть на ментол. Я ем жвачки с этим вкусом, затем сразу использую спрей-освежитель для рта, чтобы сильнее ощущать прохладу.
— А далеко этот дом?
— В трех часах езды без пробок.
— Ого, долго.
— Ты сегодня ела?
— Кофе и эклер.
— Лия, ты не ешь эклеры.
— С чего ты взял?
— Ты сама мне говорила. — Парень покачал головой.
Когда это я успела?
— Ладно, только кофе.
— Открой бардачок, — я сделала то, о чем он просил, — возьми то, что захочешь, и съешь. Дорога неблизкая, а по приезду надо ещё разобраться с продуктами, прежде чем что-то готовить.
Вообще-то, я и не особо была против. Ем я мало, даже не так мало, как редко. Многое повлияло на мой образ жизни и ментальное здоровье.
— Спасибо.
Я взяла самый маленький злаковый батончик, и стала есть маленькими кусочками, тщательнее пережевывая.
— Как дела с проектом?
— Ну, — я вспомнила наше занятие с Миллером, — неплохо. Знаешь, я должна была сама делать, но одноклассник предложил помощь.
— Мне стоит ревновать?
— Конечно, нет, — я отмахнулась, — у него есть материалы, которые сделают нашу презентацию сногсшибательной.
— Должно быть, он чувствует себя важным, раз его хвалит сама Лия Аддамс.
— Я ему не говорю об этом. Скажу после сдачи.
Ещё один плюс наших отношений – мы не скрываем друг от друга практически ничего. Не знаю, как у Джона, но у меня совершенно никакой ревности не возникает.
— А у тебя на работе? — Я посмотрела на него.
— Дела пошли вверх, Коллинз уже на стадии ухода из компании, конечно, есть некоторые трудности, чтобы я смог заменить его, но, — парень улыбнулся, — я всё продумал.
— Я уверена, у тебя получится.
Он взял меня за руку, и сжал её. Я следила за его профилем. Джон был красив, бесспорно. Каштановые кудрявые волосы, которые парень так часто пытался уложить. Зеленые глаза успокаивали, мне нравилось смотреть в них, изучать, как красиво они выглядели в лучах утреннего солнца. Пухлые, чуть суховатые губы, которые легко поддавались моим поцелуям. Плавные скулы и ровный чуть большой нос. Джон был любителем жизни за городом и цитрусов, только благодаря ему я смогла рассмотреть в природе нечто большее, найти эмоции в оттенках растений.
Он работает в компании своего отца, создает дизайны для сайтов. Было немного проблематично устроить туда человека без образования и опыта работы, но этот парень невероятно талантлив.
— Ты где витаешь? — Он положил мне руку на колено.
— Просто смотрю.
Его рука стала подниматься выше, одновременно вырисовывая невидимые узоры. Я тяжело сглотнула, учитывая, как давно его руки не ласкали меня. Джон запустил мне руку под платье, и нежно тронул уже пульсирующую зону, отчего я закусила губу. Мне хотелось попросить его остановить машину, чтобы утолить ужасное желание, которое буквально горит во мне, но я лишь продолжала наслаждаться этими пытками, прекрасно осознавая, что парню тоже нелегко.
— Скажи, — его бархатный голос заставил меня распахнуть веки, — ты трогала себя всё это время?
— Нет, я ждала тебя. — Тихо произнесла я. И это было правдой, я редко прибегаю к самоудовлетворению, уж больно мне нравится спускать все своё ноющее желание сексом.
— Хорошая девочка.
Он отодвинул мои трусики, и прошелся средним пальцем по горячим складочкам, оценивая влажность. Довольно улыбнувшись, он заставил меня расставить ноги шире, и вошел средним пальцем внутрь. Мне пришлось задержать дыхание, дабы не дать стонам вырваться.
— Готовишь свои нежные стоны для меня?
— Да. — Ответ получился скорее, как стон.
К среднему пальцу присоединился указательный, и Джон стал активно двигать ими внутри. Я откинула голову, глубоко дыша. Он умело владел ими, отчего я чувствовала, что скоро кончу.
— Джон... — Его имя сорвалось вместе со стоном. Мышцы крепко сжались вокруг его пальцев, а моё тело содрогалось в сладких конвульсиях. Он медленно вытащив пальцы, погладил до сих пор истекающую промежность, и, медленно облизал остатки. Только немного отойдя, я заметила, что дыхание парня было таким же учащенным, как и моё. Сквозь тесные брюки было видно его возбуждение.
— Что бы ты хотела поесть?
— Я... я не голодна сейчас.
— Это я знаю, но, нам же надо что-то приготовить на природе?
— Ну, предлагаю мясо и овощи.
— Отличная идея. — Он посмотрел на меня и улыбнулся.
Когда мы приехали, погода совсем разгулялась. Конец марта нас порадовал, было невероятно тепло, порой даже жарко. Я вышла из машины, и осмотрела домик. Он был небольшим, отличался от многих в городе, но безумно уютным. Вокруг него росло множество кустарников, а если отойти дальше, можно заметить теплицу.
— Это дом моей бабушки, — уточнил он, — здесь всё по-старому, она не позволяет кому-то наводить порядки, всё сама.
Он поставил сумки на порог.
— А вон там, — он указал на теплицу, — цветы, мы обязательно зайдем туда, там прекрасный аромат.
Я улыбнулась. Внутри дома пахло древесиной, судя по всему, здесь одна спальня, ванная комната и гостиная совмещенная с кухней. Мило.
— А твоя бабушка не против? — Почему-то я почувствовала себя неуютно, предположив, чем именно мы будем здесь заниматься.
— Нет, она сама предложила.
Спальня оказалась довольно большой. Огромных размеров кровать с балдахином стояла посредине комнаты, я немного опешила от столь резкой смены интерьера. По бокам стояли маленькие тумбы теплого оттенка, а на них небольшие светильники.
— Что же, кровать прекрасна, но...
— Но ты смущаешься на ней... спать?
— Мягко сказано.
Парень обнял меня за талию, целуя в макушку.
— Бабушка уже пять лет спит в гостиной, после смерти дедушки она не может находиться на такой большой кровати одна, так что, — он сел, — смущаться нечего.
— Мне жаль...
— Всё в порядке, она пережила этот период, но привычка оставаться на диване никуда не делась. — Он притянул меня к себе, заправил волосы за ухо, и нежно поцеловал. Я запустила руку в его густые волосы, немного оттягивая назад, отчего он протяжно застонал.
— Лия, я очень хочу тебя, но для начала, давай разберем вещи, и приготовим что-нибудь поесть, иначе я умру от голода дважды.
— Ладно, — я мягко улыбнулась, — идем.
Когда все вещи были разобраны, а овощи и мясо приготовлены для дальнейшей готовки, мы прошли на улицу. За домом оказался мангал и беседка, а рядом и качели с навесом.
— Я нарежу овощи, это единственное, что у меня получится отлично.
— Да ладно тебе, ты просто любишь наблюдать за моей готовкой.
— Это в первую очередь.
Я не умею готовить. Совершенно. Могу с полной уверенностью сказать, что природа даже не планировала меня наделять малейшими навыками готовки. Мне повезло, что Джон потрясающе готовит, к тому же, он любит это делать.
— Слушай, — как-то странно начал парень, — я не хочу давить на тебя, но и не спросить не могу, — он повернулся ко мне, — ты не думала, возможно мне стоит тебя познакомить с родителями?
Я промахнулась, и вместо перца порезала палец. Мигом взяв бумажное полотенце, я зажала рану.
— Чёрт, детка, тебе больно? — Джон подбежал ко мне.
— Нет, всё хорошо, обычная царапина. Ты что-то говорил о родителях?
— Эм, не забивай голову, ладно? Поговорим об этом позже.
— Хорошо...
Я не была против, что мы закончили этот разговор даже толком не начав. Знакомство с родителями очень важный шаг, и... я не готова к такому. Но предложение парня заставило меня немного задуматься над тем, что он может чувствовать.
— Итак, дальше я сам, — он забрал нож, — иди на качели.
Я сделала так, как он сказал, и взяв в руки телефон, стала листать ленту. Всё такое неинтересное... я почти вышла, но Миллер выставил фото, где он с Анной в кафе. Внутри почему-то зажглась необъяснимая злость, как он может ходить с ней в кафе? Точнее... сначала со мной ест мороженое, а потом её водит по кафешкам! И главное, Анна совершенно безразлично относится к этому!
Я много раз подумала, прежде чем написать ему, какой он козел. «Не позволяй эмоциям и чувствам управлять тобой!». Я выдохнула, и заблокировала смартфон.
— Будешь сок?
— Да, пожалуйста.
Парень налил в стакан апельсиновый сок, и сел рядом. Невероятный запах мяса дошел до моего носа, и я почувствовала ужасный голод. Когда я в последний раз ела мясо на природе?
— О чем задумалась? — Он приобнял меня, одной рукой зарывшись в волосы, второй гладя по щекам.
— Хорошо здесь. Нет машин, лишних звуков, только ты, я и тишина.
Джон ничего не ответив, поцеловал меня. Да, он пахнет комфортом.
Поедая горячее мясо, я слушала истории парня. Не смотря на его любовь к спокойствию и тишине, у него всегда находятся интересные истории.
— Ну, в итоге лифт застрял, а мне пришлось ещё полчаса провести с ним один на один, выслушивая его теории.
— Боже, это так нудно! Почему ты ему об этом не скажешь?
— Лия, я не прямолинейный человек, во мне большую роль играет вежливость.
— Вот и попроси его «вежливо» заткнуться. — Я поправила парню волосы.
— Если я так вежливо попрошу, как ты предлагаешь, то я и года там не проработаю.
Я закатила глаза и продолжила есть. Интересно, этот Жигало уже ушел?
Спустя какое-то время, мы решили возвращаться внутрь на улице похолодало, начал моросить неприятный дождь. Уже выпив с Джоном немного прихваченного с собой вина, я расслабилась, и без смущений, что этот дом принадлежит бабушке парня, скинула на ходу одежду.
— Мисс Аддамс, вы решили меня соблазнить? — Парень оглядел меня с ног, до головы.
— У твоей бабушки душ или ванная?
— Ванная.
— Отлично.
Включив воду, и отрегулировав её так, как мне подходит, я взяла из своей сумки маленький флакон пены для ванны и морскую соль. Я всегда беру с собой такие бутылочки. Сняв белье, и положив его в небольшой пакет, я села в ванную. Да, я давно не грелась в горячей воде, с непривычки, мне показалась она кипятком.
— Какая чудная картина. — Возле меня оказался Джон. Полностью обнаженный, не смущаясь своей наготы. В его руках было два бокала вина, которое он подал мне. — Впустишь?
— Естественно. — Кокетливо сказала я, прикусив нижнюю губу.
Он сел напротив, пристально смотря на меня. Я сделала глоток вина, и вдруг мне пришла идея. Приблизившись к нему, я остановилась в пару сантиметров от его губ.
— Ты хочешь поиздеваться надо мной? — Его пьянящее дыхание заводило.
— Как я могу? — Наигранно-возмущенно спросила я, целуя его подбородок, щеки, опускаясь к шее. Холодный бокал коснулся его гладкой кожи, он громко выдохнул. Мне пришлось очень постараться, чтобы не наброситься на него с поцелуем.
— Лия...
— Тише. — То ли приказ, то ли просьба, но он послушал.
Я скользила языком по его ключицам, спускаясь вниз, облизала сосок. Руки парня сжали мои плечи. Немного наклонив бокал, тонкая струя вина покатилась по его накаченной и горячей груди. Он издал горловой стон, когда я слизала языком.
— Я не чувствовал тебя уже так долго, а ты меня заставляешь сходить с ума? — Его голос был похож скорее на рык. — Нет, милая, — он сжал мои волосы, притягивая к себе, прошептал на ухо, — раз уж я из кожи вон лез, чтобы не трахнуть тебя, как только ты села в мою машину, и позволил кончить первый раз без меня, то сейчас я не буду так благосклонен перед тобой.
Я хватала воздух ртом, мне нравились его словечки и то, с какой интонацией он всё это говорил. Джон повернул меня к себе спиной, и заставил встать на колени, глубоко прогнувшись в спине. Одна его рука погладила мою ягодицу, нежную, скользкую из-за пены, а другая уже ласкала горячими пальцами.
— Джон, хватит...
— Хватит, что?
— Хватит мучить меня.
Он томно засмеялся.
— И это ты говоришь мне? — Он без предупреждения вошел, отчего я громко застонала. — Мне? После того, как ты вертела передо мной своей сексуальной задницей?
Он грубо входил в меня, заставляя громко кричать. Толчки были уверенными, сильными, и такими упоительно-прекрасными... я чувствовала свой финиш, и как только член Джона затвердел во мне, отдалась ощущениям и позволила ему держать меня в руках, содрогаясь всем телом.