Опасный босс. [18+]

Чонгук

Я полный идиот. Надо было подписать заявление Лисы и вышвырнуть ее на улицу с хорошим выходным пособием и рекомендациями — пусть катится на все четыре стороны, только бы подальше от нашего бизнес-центра. Чтобы ее не видеть, чтобы не натыкаться постоянно взглядом на ее прелести и не мучиться из-за того, что у тебя в штанах Пизанская башня.

Но теперь я не могу изменить своего решения, потому что буду выглядеть как истеричная дамочка с предменструальным синдромом, у которой семь пятниц на неделе.

А я не дамочка, я по вине Лисы превратился в возбужденного подростка, день и ночь плавающего в море раскаленных фантазий. Озверел до того, что готов изнасиловать фонарный столб. Познакомился в клубе с девицей и за неделю три раза с ней оторвался. Но это был не секс, а жалкое подобие, потому что его и близко нельзя сравнить с тем, что я испытал с моей ассистенткой.

Хорошо, что на работе был полный завал, не передохнуть, приходилось метаться по городу с одной встречи на другую. А в офисе постоянные совещания, переговоры. Таким образом, была возможность держаться подальше от моего персонального детонатора, то есть, Лисы.

А когда встречались, старался не задерживать взгляд на ее чудесной фигурке, на ее пухлых губах. Потому что сразу же представлял, как она вбирает в свой рот мой член, как продвигается к самому основанию и присасывается так самозабвенно, что втягиваются щеки. В моих фантазиях она смотрит снизу своими карими глазищами, пока я придерживаю ее за гриву намотанных на кулак волос и задаю правильный ритм. Ох, детка, ты бесподобна, давай еще, милая, постарайся для меня...

Трусишки и купальник так ей и не вернул. Еще чего! Это мои трофеи, они до сих пор пахнут ею. Это обалденный запах. Купальник оказался тоже известной марки. Я опять пошарил в интернете и выяснил, что моей ассистентке он обошелся недешево. Богатенькая у меня помощница. Наверное, родители хорошо обеспечивают девчушку, подарили и квартиру, и машину. Ей не надо беспокоиться ни о чем, и она всю зарплату спускает на наряды, косметику и белье.

В пятницу она зашла ко мне в четыре часа дня такая вся из себя скромница, глазки в пол. А я сразу вспомнил наше приключение две недели назад, тоже в пятницу, когда усадил ее на стол, а потом задрал юбку едва ли не до шеи. Она, конечно, ощутила прикосновение прохладной поверхности, а когда я сунул руку ей в трусики, там уже было до такой степени горячо и влажно, что сомнений не оставалось — она жаждет меня так же сильно, как и я ее.

Интересно, что и тогда, и сейчас я просматривал документы, касающиеся компании «Трейд-сервис».

— Мистер Чон, можно мне уйти? — тихо спросила Лиса.

— Чего это вдруг! — тут же взвился я. — У нас еще работы море! — я раздраженно отшвырнул в сторону отчет отдела маркетинга. — Куда вы собрались?

Всю рабочую неделю мы так и общались — церемонно, на «вы», словно оба пытались забыть о нашей увлекательной авантюре в фитнес-клубе.

- Мне нужно к стоматологу.

Я поднял на нее глаза, но прежде чем добрался до лица, сначала обшарил взглядом ее грудь. Под тонкой тканью проступали очертания кружевного бюстгальтера. Так, ну-ка, задолбал уже отвлекаться! Не смотри туда. Но как не смотреть? От шеи вниз по блузке убегает ряд маленьких перламутровых пуговиц, и эти блестящие круглые пуговки рождают в голове ассоциации. Я представляю, как играю языком с ее возбужденным клитором, обвожу по кругу, дразню, а он утопает в соке желания...

— Мистер Чон?

Я очнулся. У девчонки, наверное, зуб разболелся, а я на нее рычу.

— Ладно, идите, — обреченно махнул рукой. — Буду один тут барахтаться. Дьявол! Столько документов, и мне одному это разгребать. Дайте хотя бы чаю перед уходом.

— Хорошо, сейчас принесу, — кротко ответила она.

Даже непривычно видеть ее такой тихой. Обычно фырчит, как ежик, задирает нос, одаривает меня гневными взглядами в ответ на приказы.

Вероятно, зуб так сильно у нее болит, что даже вредности поубавилось у моей колючки.

— Вы в порядке? — поинтересовался я, когда она принесла мне чай. — До врача-то сможете доехать? Дать машину?

Лиса надменно вздернула подбородок:

— Вот еще! Сама доберусь. До свидания.

— Увидимся в понедельник, — сухо бросил я. — Не опаздывайте, пожалуйста.

Ассистентка тут же поднялась на дыбы:

— Когда я опаздывала!

— Ладно, ладно, Лалиса, не скандальте. До свидания, идите уже к своему стоматологу. Вот умеете вы отвлекать от дел!

Нет, ну правда же? Отвлекает она меня безумно.

Девушка ушла, а я еще несколько секунд не дышал и не двигался, чтобы не развеять облако нежного аромата, который она всегда приносит с собой. Что это за парфюм? Без разницы. На другой женщине этот запах будет совсем иным, не сомневаюсь. Он становится крышесносным именно потому что смешивается с запахом кожи Лисы.

Так, хватит.

С головой погрузился в работу, сконцентрировался на то, чем занимаюсь. Не позволю хорошенькой вертихвостке выжрать мой мозг, достаточно, что мой член уже мне не принадлежит, он словно связан невидимыми нитями с этой девицей, чутко реагирует на любое ее движение. Черт.

Ответил на звонок.

— Чон Чонгук, как поживаете? Ким Бао беспокоит. А не встретиться ли нам? Надо бы кое-что обсудить, — услышал я в динамике голос одного из знакомых из круга деловой элиты.

С компанией «Арсенал», принадлежащей Киму, мы почти что конкуренты. Сферы интересов соприкасаются, того гляди начнем грызть друг другу глотки. Но пока удается балансировать на тонкой грани. Не сомневаюсь, Ким спит и видит, как перехват у нас контракт с «Трейд-сервисом». Но пусть уроется, ничего ему здесь не светит. Скорее он отрастит себе косу до пят, чем подвинет нас на рынке. Сейчас у него волос нет совсем, он всю жизнь бреется под ноль.

— Давайте встретимся, — вежливо согласился я. — Всегда рад. Назначайте время и место.

— А если прямо сегодня? У меня в офисе? Как вы на это смотрите? Если, конечно, сможете вырваться.

— А смогу!

— Круто, — обрадовался Ким. — Через час устраивает?

— Договорились. Я подъеду.

Прокачусь, развеюсь. Тем более, что после целого дня общения с Лисой я до такой степени взвинчен, что не помешает отвлечься. Встреча с потенциальным конкурентом — хорошая возможность. Ясно, что с «Арсеналом» нам и обсуждать нечего. В любом случае мы постепенно выдавим их с рынка. Но интересно послушать, что же там придумала бритоголовая детинушка. Соберу инфу, разведаю, какие у конкурентов планы и настроения.

Лиса

На минуту стало стыдно — когда директор вдруг ни с того, ни с сего проявил человечность, предложил машину. На самом деле я намылилась вовсе не к стоматологу. Это была отмазка. Меня наконец пригласили на собеседование в очень крутую компанию, но не могла же я сообщить об этом директору.

Пришлось схитрить, хотя из-за вранья мучила совесть. Что тут поделаешь! Представляю, какое лицо было бы у Чона, если бы я ему сказала: «Отпустите, пожалуйста, мне надо съездить в «Арсенал», я собираюсь устроиться к ним на работу»!

Да его бы удар хватил.

Но директор тут же наехал на меня, и все сомнения как рукой сняло. Да когда я опаздывала?! Вот урод, лишь бы к чему-нибудь прикопаться! Так и хочется надавать по его красивой роже. Просто ужасно он меня бесит, даже цензурных слов не хватает!

Поэтому отправляюсь на собеседование со спокойной душой. Не собираюсь переживать из-за того, что обманула босса.

А в «Арсенале» открылась вакансия в финансовом отделе, как раз по моей основной специальности. В зарплате, конечно, проиграю, но не намного. Главное, конечно, произвести сейчас впечатление на встрече.

Доехала до офиса компании, припарковалась с трудом, пришлось сделать три круга по кварталу, а в конце концов приткнулась во дворе, бросила мою красивенькую бирюзовую игрушку прямо в луже, других вариантов не было. Сама ботильоны промочила, когда вылезала из машины. Блин блинский! Дыра в них что ли? Вроде бы купила в начале осени. Вода внутрь обуви проникла мгновенно, и теперь там образовалась неприятная сырость.

Огромный минус, когда у фирмы нет нормальной парковки. Если меня возьмут, каждое утро ждут такие же мытарства. Но что уж тут поделаешь! Нет, вот зачем мой предыдущий босс сменил фронт? Оставался бы на месте, тогда и мне не пришлось бы сейчас искать, куда податься. Жаль, что он не забрал меня с собой, а отдал на растерзание своему дебильному братцу.

На меня еще и тетка какая-то наехала.

— Как же вы все достали со своими машинами! — возмутилась дама лет сорока.

Она была в распахнутом элегантном плаще, под ним виднелся брючный костюм и белоснежная кофта с пышным воротником-жабо. На голове — красивая укладка, ресницы приклеенные, длиной до Африки, брови нарисованные. В общем, нарядная мадам, ухоженная. А уж гонору сколько!

— К подъезду подойти невозможно, домой не попасть! Немедленно уберите отсюда машину! — потребовала тетенька.

— Извините, не могу, — ровным тоном ответила я, но внутри все вскипело: приказывает она мне еще, грубиянка. — Не нашла другого места. Но через тридцать-сорок минут я уеду.

— Да какая мне разница, когда ты уедешь! — возмутилась расфуфыренная дамочка. — Я прямо сейчас пройти не могу! Мне что, в лужу лезть из-за твоей машины? Как же вы, автомобилисты, задолбали! Используете наш двор как парковку.

Повезло мне, нарвалась на скандалистку.

— Зато вы живете в самом центре, радуйтесь. Конечно, приходится жертвовать какими-то удобствами.

— Дорогуша, держи свое мнение при себе! Тебя не спросили!

Она сквозь зубы добавила замысловатое ругательство, от которого у меня вспыхнули щеки. Ничего себе, она выражается! К сожалению, я все услышала.

В офис «Арсенала» заходила уже с испорченным настроением, хотя летела сюда на крыльях, мечтала получить вакансию. Угораздило же напороться на склочницу!

В многоэтажной офисной стекляшке взлетела в лифте на нужный этаж и сначала нашла туалет. Надо оценить, как я выгляжу после долгой трудовой пятницы. Если забыть про мокрые ноги, то все было прекрасно. Новая белая блузка оказалась отличного качества, она совершенно не мнется и выглядит нарядно — на груди ряд перламутровых пуговок, на воротнике воланы. Как сегодня Чон пялился на эту блузку, почти прожигал взглядом.

Я слегка подправила макияж, припудрила нос, распустила волосы и вновь стянула на затылке идеальным пучком. При этом очень некстати вспомнила, как один самодовольный идиот грубо тянул назад мою голову за гриву и требовал смотреть на себя в зеркало во время секса. От этого воспоминания тело тут же окатило горячим душем, между ног начало пульсировать, а грудь сладко заныла...

Как же так происходит, не понимаю! Все его слова — мимо, они вызывают только раздражение. Но все его действия — в самую точку. Прямое попадание — каждое движение, каждое касание. Никто еще не наматывал на кулак мои волосы во время секса. Как выяснилось, я уже только от этого жеста могу кончить. Такие открываешь неведомые глубины в своей психике и организме!

Две офисные барышни вошли в кабинет вслед за мной. Они мазнули по мне взглядом, а я вежливо улыбнулась. Девушки негромко переговаривались между собой.

— Ох, когда же выходные! Как я устала. Пойдем сейчас покурим?

— Пойдем. Госпожа Пак как раз ускакала домой, там у нее сигнализация сработала, менты приехали.

— Вот и славно, пусть разбирается, а мы отдохнем.

— Задрала она уже. Выдра.

- Угу.

По коридору, застеленному синим в желтую крапинку ковролином, я добралась до отдела персонала.

— Добрый день!

— Скорее уж вечер. Вот и вы, Лалиса, хорошо, что подъехали, здравствуйте, — улыбнулась мне приятная женщина. — Идемте. С вами хочет встретиться начальник финансового отдела. Если вас возьмут, госпожа Хванджэ станет вашим непосредственным руководителем. Поэтому она захотела лично провести с вами интервью.

В груди у меня шевельнулось неприятное предчувствие.

Интуиция не подвела. Начальницей финансового отдела оказалась та самая злая тетка, требовавшая убрать машину от ее подъезда. Да, это была она, и я вновь имела счастье встретиться с этой разодетой грымзой. Она появилась в приемной спустя полчаса.

Мое сердце упало. Я отложила в сторону журнал, поднялась с мягкого дивана, на котором дожидалась аудиенции, и нерешительно взглянула в лицо Пак Хванджэ. Секретарша меня представила. По холеной физиономии начальницы пробежала тень злорадства.

— Ах, это вы, Лалиса? — она улыбнулась, как сытая акула. Так, словно уже слопала меня на ужин. — Проходите в кабинет. Сейчас мы с вами побеседуем.

Спустя сорок минут я выползла обратно в приемную чуть живая. Нет, почему эта фурия сразу не сказала, что моя кандидатура их не устраивает? Сначала мне пришлось оправдываться из-за припаркованной машины. Потом — выслушивать нудные нотации. А затем грымза взяла мое резюме и начала подвергать сомнению каждую его строчку. Она насмехалась надо мной. В целом, покуражилась от души. Было бы из-за чего так зверствовать!

Я искренне пожалела подчиненных этой ведьмы, трудно им приходится с такой начальницей. Она еще и матом их кроет, наверное. Хорошо, если еще не хлещет компьютерными проводами.

Вот и славно, что место от меня улетело, порхая крылышками. Не такое уж оно и теплое, да тут молоко должны давать за вредность! Упаси боже работать в «Арсенале».

Я шла к лифту и пыталась восстановить внутреннее равновесие. Безусловно, после словесных издевательств  внутри клокотал вулкан. Хотелось изо всей силы что-нибудь пнуть или поорать. Из-за этого собеседования я соврала директору, промочила ноги, потеряла время... Как все плохо!

И ведь мои приключения-то не закончились! Я подняла глаза и похолодела: навстречу мне по коридору вальяжной походкой шел... мой босс. Чон, мать его, Чонгук собственной персоной. Только этого мне не хватало!

Он нес портфель и куртку и тоже направлялся в сторону холла с лифтами. Собирался покинуть здание. Почему же мне так не повезло? Почему нам обязательно надо было столкнуться здесь лоб в лоб?

Да чтоб он провалился!

Мы замерли друг против друга посреди офисного коридора. В первые секунды директор пробуравил во мне две дырки — удивленно сверлил глазами.

— Лалиса! Что вы здесь делаете?! А как же стоматолог? Постойте! Вы меня обманули?

Я покраснела. Какой смышленый паренек, сразу все понял. Да что ж за день такой невезучий! Как теперь оправдываться? В голове тут же сложилась целая легенда о том, что стоматолог меня не принял, так как в клинике отключили электричество, а так как я находилась неподалеку, то решила заскочить к любимой подружке, работающей в этом офисном здании.

Но не смогла выдавить ни слова, только почувствовала, что с каждым мгновением щеки пылают все больше. К ним как будто приложили два нагретых кирпича.

— Лалиса, я жду ответа! — продолжал бушевать шеф. — Что вы делаете... в штаб-квартире наших конкурентов? Зачем сюда пришли? — он понизил тон. Но в коридоре все равно никого не было, кроме нас двоих.

Я бессильно смотрела прямо в его глаза, такие красивые, серо-голубые. Сейчас в них застыла холодная сталь. Выразительно очерченные губы презрительно сжались.

— Лалиса, вы шпионите в их пользу? Сливаете им информацию?

— Да вы с ума сошли! — возмутилась я и едва не замахала руками. Нашел что придумать! Фантазия у него без тормозов. Сегодня все пытаются повесить на меня дохлых кошек. Элеонора издевалась сорок минут, теперь этот взялся.

— Так, ну-ка, пойдем!

Чон по-хозяйски хватает меня за руку и тянет за собой вдоль по коридору. Куда? Приходится торопливо семенить за ним следом на моих каблуках. Свободной рукой прижимаю к боку сумочку, на локте висит плащ.

Директор явно в бешенстве, он нахмурил брови и выпятил челюсть, как неандерталец какой-нибудь, и на ней играют желваки. А мое тело уже привычно отреагировало на его властное прикосновение: я плыву. Целых пять дней босс до меня не дотрагивался даже пальцем, а сейчас по жилам пробегают искорки, веселясь и вспыхивая, в крови бурлит шампанское. На запястье железный захват, Чонгук упорно куда-то меня тащит, я спотыкаюсь, мои колени безвольно подгибаются.

Наконец мы достигли цели и очутились в маленькой переговорной комнате с плазмой на стене. Вокруг белого овального стола, на котором лежат яркие рекламные брошюры, расставлено шесть оранжевых кресел.

Закрыв за нами дверь, босс тут же забирает у меня плащ и сумку и вместе со своей курткой и портфелем отшвыривает на стол. Потом припечатывает меня к стене и сжимает пальцами челюсть. Теперь я не могу пошевелиться, только испуганно моргаю и смотрю на его широкие плечи, обтянутые тканью дорогого костюма. Мысли в голове путаются, там сплошная каша. Незаслуженное обвинение больно ранит, а близость разъяренного мужчины и его запах возбуждают.

— Быстро признавайся, маленькая дрянь, — шипит босс прямо мне в лицо, так, что меня обдает его жарким мятным дыханием. — Бегаешь сюда, отчитываешься?

— Ты с ума сошел! — я возмущенно дергаюсь. — Ничего подобного! Отпусти, мне больно!

Я еще не видела его таким злым. Мне реально становится страшно.

— Шпионишь в пользу «Арсенала», — Чонгук сильнее сжимает пальцы на моей челюсти, причиняя боль.

— Ты спятил?! У меня же останутся синяки! — я пытаюсь отодрать его лапу от своего лица, но он прижимает мне плечо локтем, лишая возможности шевелиться, а свободной рукой перехватывает мое правое запястье. — Больно же! Прекрати немедленно!

Оставлять синяки у меня на лице, очевидно, не входит в его планы. Хватка ослабла.

— Совсем с ума сошел!

— Повторяю вопрос: что ты здесь делаешь, черт бы тебя побрал?! Сливаешь информацию?

Какой же умник! Застукал, поймал, напридумывал и теперь бесится из-за своего открытия: его подчиненная тайком работала на конкурентов. Как он себе это представляет? Зачем бы я это делала? Я, между прочим, дорожу своей деловой репутацией.

- Как раз сейчас, когда мы начали работать с «Трейд-сервисом»! «Арсенал» мечтает у нас его отбить. А ты, наверное, твою ж мать, тихонько снабжаешь их данными! — продолжает обвинять он.

Нет, все ясно, сейчас его мозг не снабжается кровью, поэтому директор способен нести только бред. Усиленное кровоснабжение — внизу. Мне в живот упирается член, он уже окаменел и выгнулся бугром в штанине. Понятно, почему мой босс так туго соображает сейчас! Но я и сама не лучше, не знаю что сказать и как защитить себя от несправедливых обвинений.

— Хватит нести всякий бред! — кричу я боссу. — Ты идиот!

Ох, не надо было его обзывать, он и так не в себе... В воскресенье, назвав его придурком, я два раза получила по заднице, и это было довольно ощутимо, рука у него тяжелая.

И точно, услышав оскорбление, Чонгук вспыхнул еще сильнее, серо-голубые глаза потемнели. Босс вдруг переместил руку с моего подбородка на шею, чуть отодвинулся и резко рванул за воротник блузки. Перламутровые пуговки прыснули веером во все стороны.

— А-а-а! Ты точно идиот! Это же новая блузка! Что ты творишь?!

Взгляд его стал бешеным. Мне показалось, что сейчас он меня ударит, залепит такую пощечину, что треснусь затылком о стену.

— Я приходила на собеседование! — дрожа от страха, пролепетала я. От нахлынувшего ужаса сердце прыгало в груди, а во рту пересохло. — Была вакансия в финансовом отделе. Я отправила резюме... И вот... Меня пригласили!

— На собеседование? — озадаченно уставился на меня босс.

Такая простая мысль, вероятно, не приходила в его светлую голову. Я никакой не «крот», а всего лишь мечтала получить здесь должность.

— Но ведь я не подписал твое заявление! Мы договорились, что продолжаем работать вместе!

— Это ты сам с собой договорился. А мне нужно найти место с более высоким коэффициентом выживаемости, чем у тебя в приемной.

— Вот как! Вроде бы тебе неплохо в моей приемной.

— Надоело, что все зависит от твоего настроения.

— Можно подумать, существуют вакансии, где ты не будешь зависеть от настроения начальства, — криво усмехнулся он. — Тогда уходи на фриланс.

Он положил теплую шершавую ладонь мне на шею, посмотрел вниз — на мою грудь, которая бурно вздымалась. Сегодня на мне был тонкий кружевной лифчик, без чашек и косточек, поэтому Чонгук мог отлично видеть, насколько напряжены мои соски, какими острыми они стали.

— И что? Тебя взяли? — хмуро поинтересовался он. Мне это показалось, или в его тоне прозвучало некое подобие страха? Будто бы он боялся услышать положительный ответ.

— Нет. Не взяли. Я не понравилась финдиректору.

— Пак Хванджэ?

— Да. Видимо, я эту дамочку взбесила.

— О, ты это умеешь! — засмеялся босс. Он опустил голову и прижался своим лбом к моему.

— Извини, что наехал. Я был несправедлив.

— Ты вообще слетел с катушек!

— Извини, что напугал, — тихо произнес он и вдруг сделал что-то невероятное — ласково меня поцеловал.