Глава 26
Дастин
Я покинул её, лишь когда увидел, что она садится в такси. Однако, признаюсь, я последовал за ней. Я заметил, как быстро она отправилась в свою больницу, где потратила немало денег из своей страхи. Мне все еще приходят уведомления на почту.
Я не знаю, что она проверяет или лечит в этот раз, но какой-то неприятный, даже пугающий инстинкт подсказывает мне, что в её жизни происходит нечто, о чём никто не знает. Подозреваю, что о её состоянии догадываются лишь Коди и Барри, которые записали девушку на анализы в своей больнице ещё после того, как она потеряла сознание.
Мне стоит немало усилий, чтобы не свернуть и не поехать к своему другу, где бы тот ни был, чтобы он рассказал мне то, что ему известно. Если Коралия чем-то больна, из-за чего она упала тогда в обморок в аэропорту, то я заберу ее прямо сейчас, посажу на самолет и увезу, чтобы ей стало лучше.
Неважно, станет ли ей лучше рядом со мной. Я уверен в этом так же, как и в том, что дозы лития в моём организме помогают мне контролировать себя.
Она уже около получаса не выходила из больницы, а я терпеливо ждал, чтобы отвезти её домой и узнать, что случилось. Внезапно зазвонил телефон, и его звонок был слишком громким, особенно учитывая, что он был подключён к панели управления. Выругавшись, я ответил на звонок Лестора.
— Привет, сталкер, — с радостью приветствует меня брат, и его оживлённый тон вызывает у меня желание отключиться.
— Почему это сталкер?
— Не знаю, а разве ты не этим занимаешься с тех пор, как стал ещё больше одержим Лией?
— Я никогда не пытался её преследовать, — закатываю глаза и откидываюсь на спинку кресла, расслабляясь. — Как там общага?
— Не уходи от темы, — с лёгкой досадой говорит Лестор, но в его голосе всё ещё слышится весёлый оттенок, и я не могу сдержать улыбку. — Однако всё не так плохо, как могло показаться нашей матери. Ей даже понравились зелёные обои в общем коридоре.
— Ты уже предоставил ей подробный отчёт о здании, включая запасные выходы, на случай пожара?
Мы оба смеёмся, и я снова обращаюсь к дверям больницы.
— Конечно. Ты же понимаешь, если я этого не сделаю, она либо сама приедет, либо позвонит ректору, чтобы тот выслал ей чертежи и визуальную модель общежития, включая внутренний дворик.
— Внутренний дворик? Это то место, где ботаники и тихони сидят на скамейках и за столиками с ноутбуками и книжками, притворяясь, что учатся на свежем воздухе, а на самом деле просто наблюдают за теми, кто с радостью собирается на вечеринки братства?
— Ты уже мечтаешь о том, чтобы посетить эту вечеринку?
— А твоя Йена отпустит тебя на такие вечеринки? Или ты свои яйца забыл в её сумочке с красками? — я усмехаюсь и достаю пачку сигарет. Мне вдруг захотелось курить. Лия уже сорок минут не выходит из больницы.
— Я хотя бы знаю, где они, а ты свои всё никак не можешь забрать у Лии и, — усмехается Лестор, и я слышу на фоне отдалённые голоса. — Ты же уже успокоился по поводу неё?
— Я и был спокоен, — отвечаю я, выдыхая дым в приоткрытое окно.
В машине воняет собакой, но я всё ещё чувствую приторно-сладкий аромат духов Коралии, который исходит от неё. Как я уже говорил, она повсюду, и с ней её идиотская картина.
— Конечно, особенно после её картины.
— Тебя тоже она задела?
— Задела? Нет. Я только больше убедился, что она приняла верное решение, поставив точку в ваших отношениях, которые ты так отчаянно хочешь сохранить.
— Ну, давай, расскажи мне о зависимости, — я начинаю раздражаться, и мои затяжки становятся всё глубже. Сигарета почти истлела, а я так и не смог успокоиться, хотя бы немного.
— Не буду, — он резко замолчал, и я слышу, как он отвечает кому-то рядом с собой. — Ты просто сам поймешь, что пора ее оставить, когда она скажет тебе это так прямо, что даже тупой поймет.
— Я не тупой, — раздражённо говорю я, глядя на двери больницы. Возможно, я упустил её? Вероятно, Лестор отвлек меня, и я не заметил, как она ушла. Хотя её красный сарафан сложно не заметить у большого белого здания.
— Как скажешь. Что нового еще произошло?
Смирившись с тем, что я напрасно потратил время возле клиники, я закурил ещё одну сигарету и, сев прямо, поехал по дороге, слушая через динамики голос Лестора.
— Да нормально. Хемфри женится.
— Я знаю об этом. Йена рассказывала, что они все сейчас копят деньги на подарок и помогают Леа выбрать платье.
— Если ты всё знаешь, что тогда спрашиваешь? — усмехаюсь я, перестраиваясь на шоссе, чтобы сделать небольшой круг, пока говорю с Лестором, а после поеду за Эмер.
— Откуда я знал, что в твоей жизни из нового только свадьба твоего друга?
— Тогда не спрашивай у меня ничего, — весело фыркаю я и слышу, как Лестор тихо смеется.
На самом деле, я скучал по нему. Нечасто, и только в те моменты, когда он звонил мне или я ему. Но я всё равно скучал по нему как по брату, как по человеку, который мог вывести меня из себя даже когда я был под действием лекарств.
— Неделя, — тихо произношу я, выезжая на шоссе и увеличивая скорость. — У нас есть неделя, чтобы принять решение.
— Ты все еще одержим этой идеей, да?
— Если бы она дала точный ответ, я бы отстал.
— Она не то чтобы дала тебе этот ответ, она повторяет тебе это уже полгода, — тяжело вздыхает мой брат. Я тру лоб, стараясь успокоиться и осознать то, что очевидно для всех.
— Она бы не стала тогда сомневаться сейчас.
— Сейчас? — почти кричит Лестор, и я усмехаюсь. — Она рядом? Или ты снова что-то натворил? Только не говори мне, что тот случай, когда вы меня провожали, повторился, иначе, клянусь, Дастин, я приеду и ударю тебя.
— Попробуй, — смеюсь я. — Но нет, мы просто поговорили. Она не сказала «да» или «нет», она просто дала мне понять, что будет думать.
— Ты в очередной раз надавил на нее. Конечно, у нее не осталось выбора, как принять то, что ей придется делать такое решение даже в ее ситуации.
— В какой ситуации? — хмурюсь я и, сбавив скорость, поворачиваю на съезд к городу.
Лестор хранит молчание, и я готов его придушить от того, что он заставляет меня так сильно нервничать в этот момент.
— Экзамены, — с лёгкой неуверенностью в голосе произнёс он, и я услышал, как он что-то взял в руки.
— Не ври мне, — сурово говорю я, сжимая крепче руль. — Не сейчас, Лестор.
— Я не знаю, я просто так сказал! Всё, прости, брат, мне пора. Созвонимся как-нибудь в другой раз.
Не успел я попрощаться с ним, как он сбросил звонок. Он что-то знает, а если знает он, то, вероятно, знает и кто-то ещё, ведь я уверен, что Лия никому ничего не говорила. И что бы ни случилось, я узнаю, что они от меня скрывают.
****
Эмер проснулась раньше меня, и когда я надевал штаны и шёл в ванную, уже чувствовал запах свежеиспечённых блинчиков. Не знаю, почему я так старался отдалиться от неё.
Мы снова провели вместе весь вечер и ночь, она была полностью в моей власти, но я не мог полностью отдаться ей. Мои мысли постоянно возвращались к Коралии, особенно когда Эмер отходила позвонить семье или по работе или готовила нам ужин. Даже ночью, когда она обнимала меня и лежала на моей груди, всё, о чём я мог думать, была Лия и её ситуация.
Я готов рвать собственные волосы на голове, если временная боль даст мне забыть о тех мыслях, что посещали меня каждую секунду. Честно, я уже думаю, что у нее рак и она пытается справится с ним никому ничего не говоря. Конечно же, я буквально даю себе пощечину за такие предположения, но я просто не понимаю, что еще должно произойти у девушки, что она так чательно это скрывает даже от лучших друзей.
Я умылся холодной водой ещё раз и спустился вниз. Эмер уже приготовила нам кофе и накрыла на стол, добавив два вида джема и сиропы.
— Доброе утро, — произнесла она с нежностью, усаживаясь на стул. — В этот раз ты проспал довольно долго.
— Не сразу смог уснуть, — пожимаю плечами и, взяв кружку в руки, сажусь напротив неё. — Спасибо, выглядит так, словно ты встала на рассвете.
Она заливисто смеётся, откидывая назад свои рыжие кудри, и пристально смотрит на меня.
— Когда я устроилась работать в кофейню, я научилась готовить блинчики за пятнадцать минут, — с улыбкой говорит она, легко пожимает плечами, кладёт себе на тарелку два блина и поливает их шоколадным сиропом.
Разве она не великолепна? В своей огромной старой футболке, которую привезла из Ирландии, с этими нелепыми рыжими кудрями и веснушками на лице. А её улыбка! Она улыбается так, словно только что выиграла миллион долларов, и этот выигрыш никогда не закончится, а ей он и не нужен. Она просто всегда улыбается. Всегда.
— Ты восхитительна, — шепчу я, не в силах сдержать эмоции, но не слышу собственного голоса.
Да, я не самый умный человек на свете. В этом даже нет смысла сомневаться. Однако, когда Эмер рядом, я словно теряю разум. Иначе как объяснить, что когда она далеко, мои ошибки множатся с невероятной скоростью?
Она снова одаривает меня улыбкой и кладет на мою тарелку четыре блинчика с черничным джемом.
— Ешь, — говорит она, и я не в силах отказать.
Сначала я отвёз её на работу. Мне пришлось выехать из дома раньше, чем мне самому это было нужно. Она открывала свою уродливую кофейню, и ей нужно было добраться туда почти за два часа до начала работы. В это время у меня ещё оставалось свободное время до начала моей основной работы в офисе отца, и я сразу же отправился к своему лучшему другу.
— Знаешь, если бы я молилась на ночь дьяволу и утром, открыв глаза, увидела тебя, то совсем бы не удивилась, — говорит мне Адин вместо приветствия. Я улыбаюсь и следую за ней в гостиную.
Было очевидно, что она только что проснулась: её старые шорты были в дырах, а на груди, вероятно, виднелось пятно от соуса, так как чёрная футболка была сильно застиранной и выцветшей.
— Тебе снова приготовить твой любимый кофе с четырьмя ложками сахара? — спросила она, поворачиваясь на пятках и почти дойдя до кухни.
— Конечно, — улыбаюсь я, обнажая зубы. Она хмыкает и уходит на кухню.
Я с радостью занимаю своё любимое кресло, которое, к счастью, оказалось свободным. Его не занял их вечно недовольный белый кот, и я надеюсь, что моя футболка не окажется в шерсти после его пребывания здесь.
— Как ты и просил, с шестью ложками сахара, — Адин ставит на стол прозрачную кружку и садится на диван. В руках у неё такая же кружка, и, судя по пенке на её стенках, там тоже кофе. Гатри пристально смотрит на меня, даже когда делает глоток, и почти не моргает.
— Что происходит опять в твоем маленьком мозгу? — спрашиваю я, беря кружку. Я немного опасаюсь делать глоток, потому что, зная эту девушку, могу предположить, что она действительно положила туда шесть или даже больше ложек сахара.
— Зачем ты приходишь к нам как к себе домой? — я фыркаю от ее вопроса. Конечно, прямолинейность в людях я очень ценю, но иногда нужно понимать разницу между: говорить прямо и правду или быть сукой.
Я все же решаюсь попробовать её кофе и с улыбкой понимаю, что Адин не стала портить мне день с самого утра. Заранее подготовившись, я достаю электронную сигарету и, делая затяжки, запиваю их прекрасным чёрным кофе, не обращая внимания на то, как девушка смотрит на меня, словно готовясь придушить.
— Как же у вас здесь уютно, — с улыбкой произношу я, и она слегка наклоняет голову влево.
— А по-моему, ты просто хочешь бесплатно пить наш кофе.
— Не без этого, — подтверждаю ей я, и она выхватывает мою электронную сигарету, сама начинает курить.
Я слышу, как Коди приближается к нам громкими и даже немного агрессивными шагами. На нём, вероятно, его уродливые тапочки с изображением железного человека. Он останавливается, как только замечает свою не менее агрессивную девушку с электронной сигаретой в руках и меня, который уже полностью расслабился в этой душевной атмосфере.
— Я надеялся, что это был сон, — сказал Коди хриплым голосом, и я понял, что он только что проснулся.
Мы с Адин смеемся, и она, выпустив большой клуб дыма, передает мне мою сигарету. Коди присоединяется к нам, закидывает ноги на диван и начинает собирать свои длинные волосы в высокий пучок. Я уже видел его с распущенными волосами, и, честно говоря, это было не самое привлекательное зрелище.
Он с томным вздохом забирает кружку с кофе из рук Гатри и делает большой глоток, прикрыв глаза. Почти опустошив кружку, он возвращает её блондинке, и я могу сказать по её взгляду, что она мысленно уже ударила его диванной подушкой.
— Мне приятны ваши заигрывания, — отвечаю я, ставя кружку на стол и разминая пальцы. — Но я пришёл поговорить с тобой, Коди.
— Что он натворил, раз ты пришёл к нам так рано? — интересуется Адин, устраиваясь поудобнее на подушке, которую кладёт себе на колени, и опираясь на неё локтями.
— Что ты и Барри скрываете от всех? Что с Коралией? — не обращая внимания на вопрос девушки, я задаю свои прямые вопросы, намереваясь добиться от Коди ответа во что бы то ни стало.
Коди, под моим пристальным взглядом, заметно смутился и начал поправлять свой только что уложенный пучок. Увидев удивлённое лицо Гатри, я понимаю, что она тоже не знает, что происходит с её подругой, и Коди не поделился с ней этой новостью.
Я наклоняюсь немного вперёд, складываю руки на коленях и смотрю прямо в голубые глаза своего друга. Он, в свою очередь, в замешательстве смотрит на меня.
— Что с Коралией? — повторяю я свой вопрос, внимательно наблюдая за его реакцией. Я замечаю, что Гатри, которая до этого сидела сбоку от парня, теперь устраивается так, чтобы тоже видеть его лицо. Под таким давлением он, вероятно, не сможет долго молчать. Он расколется, если не мне, так своей девушке.
— Я не совсем понимаю, что вы хотите услышать, — говорит он почти уверенно, разминая шею и глядя себе под ноги.
— Коди, — произношу я с раздражением, и он, едва заметно вздрогнув, пытается успокоиться.
— А ну говори! — почти кричит Адин и бьёт его по коленке, слишком звонко.
Элмерс с шипением потирает место удара, бросая взгляды то на меня, то на свою девушку. После почти минуты молчания, под строгим взглядом Гатри и моим решительным, он резко выдыхает и поднимает руки вверх.
— Знаете, можете делать со мной всё, что хотите, но я вам ничего не скажу!
— Значит, ты что-то скрываешь всё же? — шипит Адин и снова бьет его уже по другому колену.
Коди с гневом смотрит на неё и, резко ущипнув, забирает подушку, которую она держала на коленях.
— Я врач и не могу разглашать конфиденциальную информацию о своих пациентах.
— Ты лаборант, — напоминает ему Адин и в ответ щиплет его за бедро.
— Так, хорошо, — громко говорю я, чтобы привлечь их внимание и остановить их игры. — Она больна? Это что-то серьёзное? Именно поэтому она тогда упала в обморок?
— Ты ведь поэтому заставил ее сдать анализы и о чем-то переговариваешься с Коннором уже неделю почти?
Мы засыпали его вопросами, и всё, что он смог сделать, — это закрыть уши руками и закатить глаза.
— Я понимаю, что вы переживаете за неё, — начал он, когда мы с девушкой замолчали и уставились на него. — Но поверьте, если она захочет, то сама всё расскажет. Я не могу вмешиваться в её жизнь.
— То есть, ты был вправе ее насильно отвести в больницу? — не сдается Адин.
— Знаете что, — он взрывается и, отбросив подушку почти в лицо своей девушки, вскакивает на ноги. — Скажите спасибо, что я единственный, кто подумал, что она потеряла сознание не просто так, и отвёл её к врачу!
С этими словами он почти убежал от нас на второй этаж, а мы так и остались сидеть с Гатри друг напротив друга, обдумывая, что же такая странная компания, как Лия, Коди, Лестор и Барри, могли скрывать от нас всех.
****
Целый день. С тех пор как я покинул дом Адин и Коди, прошёл уже целый день. Я был в смятении, постоянно прокручивал в голове события и не знал, как поступить. Даже сегодня утром, когда я снова пришёл к Барри на сеанс, я не смог найти ответы на свои вопросы.
— Это не мои секреты, чтобы о них говорить, — только и ответил мне Барри. А затем он продолжил разговор о моем физическом и душевном самочувствии.
Я даже попытался осторожно выяснить у Коннора, что происходит с его девушкой, и была ли это их общая тайна.
— Всё хорошо, она занимается подготовкой к экзаменам. Правда, в последнее время она стала немного нервной, но это вполне понятно: приближается сессия, а впереди три важных экзамена, которые определят, поступит ли она на свой факультет.
Тоже такой себе ответ на вопрос, который я даже не озвучил. Но если Коннор, который живет и спит в одной кровати с Лией, не заметил в ней изменений, то, может, я просто всё снова, как мне бывает присуще, выдумал?
Она ведёт себя как обычно, и, судя по Коннору, он тоже не изменил своим привычкам. В общем чате с друзьями я не замечаю никаких обсуждений. Однако Коди стал реже откликаться на наши предложения собраться и посидеть в пабе. Я даже не знаю, почему так происходит, честно.
Я ждал Эмер в кофейне перед закрытием, чтобы забрать её с работы и поехать куда-нибудь в более уютное и красивое место. Мне не хотелось, чтобы она, устав после долгого дня, стояла у плиты и готовила нам ужин.
Девушка в своей любимой тёмно-зелёной рубашке пересчитывала деньги в кассе, пока я сидел за крайним столиком у окна и наблюдал за проходящими мимо людьми. В какой-то момент, уже собираясь отвернуться, я увидел знакомые белые брюки, которые облегали бёдра. Я едва не вскочил со своего места, но вовремя остановился и стал более внимательно следить за тем, что происходит на улице.
Ты сталкер.
В голове прозвучали слова брата, но я отмахнулся от них и стал наблюдать за девушкой, которая оживлённо и почти истерично разговаривала с Коди на соседней улице от кофейни. Она активно жестикулировала, а Коди читал какие-то бумаги в своих руках.
Я прищурился, чтобы лучше рассмотреть их лица. Но из-за солнечных очков на носу моего друга я не мог его разглядеть, а девушка стояла ко мне спиной, и я видел только её зад. Это было приятное зрелище, но не сейчас.
— Я переоденусь и буду свободна, — её мелодичный голос почти заставил меня отвлечься, но я лишь кивнул и снова стал наблюдать за парой через дорогу.
Лия снова энергично взмахнула правой рукой, но затем ее плечи поникли. Коди постоял так еще несколько секунд, опустил бумаги и обнял ее. Он обнял ее слишком крепко, потому что я заметил, как напряглись его вены на руках. Как же хорошо, что у меня такое хорошее зрение!
Они ещё некоторое время стояли в обнимку, а потом Коралия отстранилась на шаг от парня. Он положил руки на её открытые плечи и начал что-то говорить, а она лишь кивала головой. Когда её плечи содрогнулись, я встал со своего места и хотел подойти к ним, потому что их компания сейчас была мне совсем не по душе. Особенно то, как он одной рукой успокаивающе гладил её по голове, а другой всё ещё читал свои чертовы бумаги.
— Всё в порядке? — спросила меня Эмер с заботой в голосе, и я, словно очнувшись от мыслей, посмотрел на неё. Она стояла напротив, слегка удивленная тем, как крепко я сжимаю в руках телефон и ключи от машины.
— Да, — ответил я, надеясь, что это прозвучало не слишком резко. Она нахмурила брови, но лишь молча кивнула, принимая мою ложь.
Мы вместе вышли на улицу. Когда я снова обернулся на противоположную сторону, чтобы посмотреть на ту парочку, они уже направлялись к торговому центру, Коди всё ещё нежно придерживал её за плечи.
Я не знаю, что произошло между ними только что, но клянусь перед богом, что теперь я ни за что не поверю, что они не скрывают от нас ничего важного. Я обязательно узнаю, какая именно тайна их объединяет. У меня есть пять дней, чтобы собрать всю доступную информацию и сделать всё возможное, чтобы её раздобыть.