🌟Путь новым звёздам🌟

Мои мысли унеслись далеко-далеко, пока они беседовали. Я не могла разорвать эту невидимую связь с прошлым, не могла отпустить то, что осталось там, за гранью миров. Сколько бы времени ни прошло, я всё ещё Кейт — та, кем была когда-то. И как бы я ни пыталась это отрицать, именно это имя, именно эта личность — единственное, что держит меня на плаву, единственная ниточка, связывающая с прежним миром.

Мой взгляд невольно упал на Лукаса. Он всё ещё разговаривал с Атанасией, но его красные глаза вдруг остановились на мне. В этот момент он словно застыл, прервав свою речь на полуслове. Что-то промелькнуло в его взгляде — то ли понимание, то ли сочувствие. Он всегда умел читать между строк, чувствовать то, что другие пытались скрыть.

Я продолжала рассеянно гладить ворону, сидя на диванчике, стараясь не выдать своих истинных чувств. Но Лукас… Он видел меня насквозь, словно мог заглянуть прямо в душу и прочесть все мои тайны.

В его взгляде было что-то такое, от чего по спине пробежал холодок. Будто он знал больше, чем показывал, будто понимал мой внутренний конфликт лучше, чем я сама.

Невыносимо больше молчать. Его пристальный взгляд, словно лазер, прожигал во мне дыру. Эти красные глаза, не отрываясь, следили за каждым моим движением, за каждым вздохом.

— Да что с тобой такое?! — не выдержала я, в голосе прорезалась резкость. — Почему ты так пялишься? Великий Лукас, неужели тебе больше заняться нечем, кроме как сверлить меня взглядом?

В моём тоне проскользнула язвительность, но я уже не могла себя контролировать. Его молчаливое наблюдение начинало действовать на нервы, вызывая внутри странное, почти болезненное напряжение. Казалось, он видит меня насквозь, читает все мои мысли и чувства, словно открытую книгу.

Лукас лишь приподнял бровь, но ничего не ответил. Его молчание только подливало масла в огонь моего раздражения.

Его голос прозвучал неожиданно — низкий, хриплый, пропитанный раздражением. Лукас наконец соизволил ответить, и в его тоне было столько пренебрежения, что у меня внутри всё сжалось.

— Ты совсем дурында, да? — процедил он, не сводя с меня своих пронзительных красных глаз.

Я замерла, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Его грубость застала меня врасплох, но я не собиралась показывать слабость.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело.

Атанасия, заметив напряжение между нами, осторожно вмешалась:

— Может, не стоит так резко? Мы все здесь друзья…

Лукас лишь раздражённо отмахнулся:

— Друзья? С чего ты взяла? Я просто пытаюсь ей объяснить очевидное.

Он снова повернулся ко мне, и в его взгляде читалось явное превосходство.

— Ты ведёшь себя как ребёнок, цепляясь за прошлое. Пора уже принять реальность.

Я сжала кулаки, борясь с желанием огрызнуться в ответ. Но что-то в его словах зацепило меня, заставив задуматься. Может, он прав? Или это просто его обычная манера общения?

Мои глаза вспыхнули яростью. Больше не могла держать это в себе. Кто он такой, чтобы копаться в моих чувствах?

— Это не твоё чёртово дело! — выпалила я, глядя ему прямо в глаза. Голос дрожал от гнева, но я старалась держаться твёрдо. Его проницательность раздражала до невозможности. Особенно сейчас, когда он попал точно в больное место.

Атанасия попыталась вмешаться, но Лукас лишь отмахнулся от неё, как от назойливой мухи.

— Только когда будешь рыдать в подушку, сама приползешь ко мне, — его голос сочился сарказмом, а в красных глазах плясали насмешливые огоньки. Он явно наслаждался тем, как выводит меня из себя.

Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Хотелось стереть эту самодовольную ухмылку с его лица. Но что-то в его словах зацепило — будто он знал больше, чем показывал. Или просто умел давить на больные места?

— Не дождёшься, — процедила я сквозь зубы, отворачиваясь. Но внутри всё кипело, и я знала — этот разговор ещё не закончен.

Мои топазовые глаза закатились сами собой. Я перевела взгляд на Атанасию, которая только-только собиралась что-то сказать… но исчезла. Будто растворилась в воздухе. Я снова посмотрела на Лукаса — и в его глазах не было ни капли удивления.

— Запомни, — процедила я, наклоняясь к нему ближе. — Моя мать — императрица. И я, даже если ты самый великий маг на свете, могу уничтожить эту страну одним движением руки. Ты служишь мне, и мой статус выше твоего. Напоминаю, кто здесь главный.

Но мои слова, как и ожидалось, не произвели на него никакого впечатления. Он лишь посмотрел на меня с откровенным презрением, словно на неразумное дитя.

Терпение лопнуло. Я резко поднялась с дивана, глубоко вздохнула, а затем, не раздумывая, схватила его за волосы и несколько раз ударила по лицу.

Его глаза расширились от неожиданности. Впервые кто-то осмелился поднять на него руку. Впервые кто-то посмел проявить такую дерзость. И в этот момент я увидела в его взгляде что-то новое — не презрение, не насмешку, а… удивление?

Пока Лукас приходил в себя, я тяжело вздохнула и резко села на пол от усталости. Я не могла смириться с тем, что со мной происходит, и с эмоциями, которые это вызывает. Я попала в другой мир, и всё это крутилось у меня в голове. А ещё меня не покидали мысли о странной смерти, которую я пережила. Я хотела вернуться в свой мир, но, по крайней мере частично, я всё ещё оставалась принцессой этого мира.

— При каких обстоятельствах я смогу вернуться домой? — спросила я, спокойно глядя на Лукаса. Он лишь молча взглянул на меня.

Лукас медленно опустился рядом со мной на пол, его взгляд оставался непроницаемым, но в глубине глаз читалась усталость. Он долго молчал, прежде чем ответить, словно взвешивая каждое слово.

— Возвращение домой… — наконец произнес он, его голос звучал непривычно мягко. — Это не просто желание, а сложная магия, переплетенная с судьбой. Ты связана с этим миром сильнее, чем думаешь. Твоя смерть там… она была не случайной.

Он сделал паузу, наблюдая за моей реакцией.

— Ты стала принцессой не просто так. Твоя роль здесь важна. Но… если ты действительно хочешь вернуться, нужно найти способ разорвать эти узы. Только помни: иногда возвращение домой может принести больше боли, чем новая жизнь.

Его слова повисли в воздухе, тяжелые и неоднозначные. Я видела, как в его глазах мелькает что-то похожее на сочувствие, но оно тут же скрывается за привычной маской отстраненности.

Внезапная тишина была нарушена появлением Атанасии. В этот раз она не тратила время на слова — её глаза горели яростью, а движения были резкими и агрессивными. Не говоря ни слова, она бросилась на Лукаса, вцепившись ему в волосы.

Началась настоящая схватка. Атанасия, охваченная гневом, не контролировала себя, её кулаки мелькали в воздухе, пытаясь достать до лица противника. Лукас пытался отцепить её руки, но она вцепилась в него, как разъярённый зверь.

Я замерла, не зная, что делать. Их борьба становилась всё более ожесточённой — они катались по полу, толкались, пытались друг друга побороть. Атанасия рычала от злости, а Лукас сохранял ледяное спокойствие, хотя было видно, что ему нелегко справиться с её неистовым напором.

Время словно остановилось, пока они продолжали свою безумную борьбу, каждый из них был поглощён желанием победить другого.