Глава 2
Стайлс медленно осмотрел весь этот идеал женской красоты и сексуальности. Снова. И снова. Будь его воля, он бы любовался прекрасными и нежными чертами лица девушки, её хрупкой фигуркой часами, а её голос уже был готов записать на диктофон и слушать часами. Она очаровала его полностью.
Стайлс, честно говоря, был готов отказаться от всех принципов (которых было немало) ради неё. Он прекрасно осознавал, что за лишь за мысли! о клиентке его могли уволить, не говоря уже о романе. Но как можно устоять перед такой девушкой?
До шатена не сразу дошло, что его новоиспеченная клиентка ждёт ответа. Поэтому, неловко прокашлявшись, он, чуть понизив голос, ответил ей:
— Да, мисс Ласс, это я.
Бьянка мило, немного по-детски улыбнулась. Гарри сдержал порыв подойти к ней поближе и коснуться уголков её губ. Повторяя про себя должностную инструкцию, он решил начать выполнять свою работу, за которую ему платят неплохие деньги.
— Итак, мисс Ласс...
— Можно просто Бьянка? — осведомилась русоволосая красавица. — Мне немного неловко от такого обращения.
Стайлс пришел в восторг от её вопроса. У него раньше были среди клиенток содержанки «папиков», и все, как одна, вели себя отвратительно, ставя свою персону на ступень выше, чем остальных людей. Таких девушек, как правило, инструкторы не любили, поэтому каждую тренировку доводили до полуизнеможения. Обиженные красавицы быстренько уходили, не желая закатывать скандал.
А Би (как решил назвать ее про себя шатен) была совершенно из другого теста. Ей не только не претила мысль общаться с простым парнем из сферы услуг, более того, она разрешила ему называть себя по имени. Для избалованной молодой девчонки она была слишком хороша.
— Отлично, Бьянка. Тогда я просто Гарри, договорились?
На лице Стайлса появилась широкая улыбка, которая давала возможность увидеть ямочки на его щеках. Парень протянул улыбнувшейся девушке руку, которую она с удовольствием пожала. Ведь дружить с клиентами не запрещено, так ведь?
— Вернемся к разговору, Бьянка, — Гарри мигом стал серьезным. Свою работу он любил, поэтому подход к ней был что ни на есть профессиональный. Но больше всего его радовал конечный результат. Хотя, как ему казалось, Би могла днями напролет хомячить что-то на диване, ей это бы не навредило. — Ты раньше занималась спортом? Что ты ешь? Делаешь ли какие-то упражнения? Есть ли у тебя вредные привычки?
Девушка задумалась.
— Я стараюсь вести здоровый образ жизни. Вредных привычек у меня нет, разве что могу выпить бокал шаманского на каком-то вечере. Ем только свежие овощи и фрукты, рыбу на пару и творог, очень редко могу побаловать себя чем-то сладким. Пью чай, обожаю зелёный. По утрам бегаю. Раньше ходила в спортзал, но потом перестала.
Гарри слушал и не верил ушам. Все его клиенты приходили сюда из-за проблем со здоровьем, попытками избавиться от лишнего веса, просто тратить время. У всех был какой-то изъян. У Бьянки же его не было.
«Был, — напомнил себе Гарри, — она спит с богатым мужиком».
Быстро отогнав все мысли в сторону, парень понял, что составит расписание упражнений вечером. Он постарается сделать эту девушку еще более прекрасной, даже если она не будет ему принадлежать. Она просто будет делать жизнь тех, кто ей близок, ярче и теплее. Приняв такое решение, он кивнул ей в сторону площадки, где проходила разминка.
— Сегодня пройдемся по общим упражнениям, а завтра уже по программе заниматься будем, ладно?
Ласс кивнула и, направившись к матам, кинула через плечо:
— Завтра не получится, Гарри. Я буду ходить только три раза в неделю.
— Почему? — удивился Стайлс, направляясь за своей подопечной.
Девушка резко развернулась, почти сталкиваясь с парнем. Выставив ладошки, которые уперлись в его грудь, чтобы не прижаться к своему тренеру, она покраснела и прошептала:
— У меня учёба. Скоро сессия, хочу хорошо подготовиться.
Стайлс был готов. Можно было вызывать скорую. Эта девушка — уникальна. Она учится, следит за собой, не задирает нос.
Ну почему такие очаровательные особы достаются тем, у кого карман от денег лопается?! Вот где справедливость в этом мире?
***
За время первой их тренировки Гарри хотелось по меньшей мере пять раз убежать в медпункт и попросить накапать карвалола, да побольше. Он просто не мог смотреть, как его личный пример идеальности бежит по беговой дорожке, делает присед со штангой. А когда Бьянка попросила остановиться на пару минут (ей хотелось попить), Стайлс едва себя сдерживал, наблюдая, как капельки воды стекали по её шее и спускались к ложбинке между грудями. Он чувствовал себя каким-то маньяком (плюс накануне он видел клип Maroon 5, в котором Адам Левин следил за каждым движением жертвы; парень выражал надежду, что не превратится в психа, который будет качаться на трупиках животных).
В общей сложности Ласс занималась три часа, за которые несчастному Гарри хотелось умереть раз десять (и не воскрешаться). После тренировки девушка быстро собрала вещи, достала из рюкзака книгу (парень успел заметить название — «Джейн Эйр»; невольно ему подумалось, что русоволосая уже нашла своего мистера Рочестера) и, улыбнувшись своему наставнику, попрощалась. Стайлс, ответив ей тем же, мгновенно помчался в уборную, где начал яростно плескать водой в лицо, стараясь понять, что не так с ним, что не так с ней, что не так с этим миром.
Пока он размышлял о вечном и не очень, дверь открылась, и на пороге появился самый близкий Стайлсу коллега — Лиам Пейн. Этого парня дамочки любили не меньше, а он отвечал им более тёплыми, почти сыновними чувствами, чем Гарри. Пейн, явно видевший новую клиентку приятеля, прислонился к стене и, натянув самую очаровательную ухмылку, приготовился шутить.
— Ну, Стайлс, ещё не закрылся в кабинке? Думаю, тебе не помешает, ведь тебе твои шорты явно могут стать немного маленькими.
— Остроумный Пейн, я скучал! — шатен развернулся, вытирая мокрые руки о футболку и демонстрируя, что все вещи впору. — Иди к своим бабулям, они уже ждут.
Лиам закатил глаза.
— Гарри, я понимаю, ты у нас типа взрослый и самостоятельный, но всё же, говнюк, если тебя выкинут отсюда за шашни с этой красоткой, я буду скучать. Помни это.
С этими словами коллега покинул уборную, а Стайлс, убедившись, что ладони сухи, развернулся к зеркалу, взъерошил отросшие кудри и прошептал своему отражению: «Скажи это идиоту-сердцу».