Кто потерянный принц?

Альбера задыхалась — и ей казалось, что не одна она. Половина сидевших за столом людей находились в напряжении. И причина тому была одна — Ровен.

Ровен, стоявший в дверях обеденного зала, под конвоем гвардии. Ровен, находившийся в здравии и ясном уме. Не в кандалах. Не в статусе эквира.

И совершенно безразличным взглядом смотревший прямо на Альберу.

Она не ожидала, что произойдет что-то подобное. Она не ожидала, что..! 

Но ее интуиция оказалась права.

Когда Альбера прибыла в Восточную столицу, небо осветилось всполохом белой молнии. Надвигалась буря.

Их встретили распахнутые красные ворота, через которые они въехали в город. Горожане, стоявшие по сторонам от дороги, во все глаза смотрели на Альберу, с прямой спиной сидящую на лошади впереди процессии с сиром Пейром, и флаги, что несли знаменосцы по бокам их эскорта — три белых слезы дракона на фоне кровавого «моря». Три слезы, которые указывали на три столбца королевства Ровенра — озеро, откуда расходились четыре великие реки, столицу, дома королевской крови, и топи. Три столбца, которые по мнению принцессы, не имели такого сильного сакрального значения, которое любили приписывать им другие.

В один момент к ней подъехал Роберт, и шепотом сообщил, что принцу Ровену стало еще хуже, — и из-за этого его карета объехала их медленную процессию по городу и поспешила в замок первой. Альбера нахмурилась, поняв, что лекарь Венезив, в своем стремлении спасти людей от мала до велика, уже давно обогнал их без позволения принцессы. 

— Постой. Я не видела этого принца с момента, как вышла из кареты. А ты? — вдруг нахмурилась Альбера.

— Нет, Ваше Высочество, — повторил ее мимику Роберт. — Думаете, могло.. что-то случиться? Я не живу в замке, потому не имею представления, насколько лекарь Венезив предан короне.

Альбера обдумала эти слова, поразмыслив про такую ситуацию. И приказала Роберту догнать уехавшую вперед карету и устроить слежку. На всякий случай. 

Она не верила в худший итог поездки. Все-таки сир Пейр был при ней и не мог отдать приказа убить Ровена, Венезив пережил их прошлую династию, короля до Альмира, умершего в Рубикон — так назвали событие, когда в королевские земли на один жалкий день вернулась магия, — и потому Альбера просто не верила в его предательство. Да и смерть принца ничего не значила бы для него. Так что с Ровеном ничего не могло случиться, сам по себе он был беззащитен в своем слабом состоянии, и в слежке не было толку.

Но Альберу начало гложить странное беспокойство, и она поддалась порыву.

Они проехали первый круг города, где жили торговцы, ремесленники и простолюдины, проехали вторые красные ворота, и наконец вышли на прямую дорогу до замка. Как и всегда, он предстал величественным шедевром архитектуры — высеченный из красного камня, окруженный со стороны озера стеной выше ратуши первого круга, — но, по мнению Альберы, несколько скучным по сравнению с замком столицы. Она любила Восточную столицу — но сейчас, погруженная в пространные размышления, более четче замечала разбитую мостовую под копытами лошади, чем сияние представившегося впереди дворца.

Так они и доехали. Начав спешиваться с лошади, Альбера вдруг заметила что-то странное — человека, наблюдавшего за ней позади конюшен. Который, лишь заметив ее взгляд, сразу исчез из виду.

— Извините, сир Пейр, — позвала она. — Я прогуляюсь до первых капель. И не волнуйтесь, я успею к ужину при герцогине.

Альбера отвернулась от мужчины, спиной чувствуя его обжигающий взгляд, и поспешила убраться из конюшен. Конечно же он понял, с кем она ушла встретиться.

Ночь окутала второй по величине город королевства Ровенра, столицу востока, и лишь свет от огня по периметру стен замкового двора освещали путь принцессы. В небе все клубились тучи, иногда тихо громыхало. Альбера быстро пересекла двор, — ее шаги почти не слышались из-за мягкой травы, — и, кивнув страже на входе в сад, вошла внутрь. 

Сад восточной столицы, был, безусловно прекрасен, но тоже уступал столичному — Альбера даже не оглядывалась по сторонам, направляясь к виднеющемуся вдали стеклянному зданию. Пройдя коридоры мраморных колонн, принцесса остановилась на мгновение, чтобы перевести дыхание — и проверить, нет ли за ней хвоста. Но позади нее лишь набирающий мощь ветер колыхал подстриженные кусты и декоративные деревья. Убедившись, что ее подозрения не подтвердились, она наконец расслабилась. Первый раз после долгой поездки. 

Альбера вошла в оранжерею. Из-за темноты ночи помещение показалась поглощающим любой свет гротом. Ее встретил теплый, влажный воздух, наполненный ароматами редких растений и полная темнота. Альбера закрыла глаза, ориентируюсь по ощущениям. Она сделала первый шаг — и вместе с ним ощутила шум ветра за оранжереей. Еще шаг — биение ее сердца, нетерпение от скорой встречи.

Шаг — и ее обхватили чьи-то руки. 

Принцесса вскрикнула, но в следующий миг не смогла сдержать радостную улыбку.

— Фоли!

— Привет, Бер.

Она не видела ее, но узнала по одним лишь объятиям. Это была ее давняя подруга — Фоли Линг. Давняя, и единственная во всем мире, равная ей.

Ночь была их союзником, скрывая их тайную встречу от посторонних глаз. Девушки крепко обнялись, а после совершенно открыто рассмеялись — так, как не было позволено их высокородному статусу. Но никого из присутствующих в оранжерее это совсем не волновало.

— Я так и знала, что ты тоже здесь! Тот плащ я узнаю из тысячи — это ведь я его тебе сшила. 

— Да, я понадеялась на твою память, — Фоли отстранилась, отпуская Альберу — теперь ее присутствие обозначалось только эхом ее голоса. — Иначе бы мы не пересеклись.

Альбера громко хмыкнула. Ей было, о чем поговорить.

— Что ты тут делаешь, Фоли Линг? Ваше тайное прибытие может показаться другим дурном поступком, особенно при дворе.

— На то оно и тайное, что не должно обозначаться, — еще раз рассмеялась Фоли.

— Так что вы..?

— Это было необходимо. Иначе Танг мог расторгнуть вашу помолвку.

— Что это значит?

Вдруг стеклянные стены оранжереи слегка дрогнули, и помещение осветилось яркой вспышкой молнии. На короткое мгновение лицо Фоли показалось во тьме. Близко посаженные друг к другу глаза, и круглое лицо, обрамленное черными волосами — стандартная внешность для фоолингов. Но именно сейчас она показалась Альбере несколько пугающей.

— Мы попадем под дождь, — хихикнула Фоли.

— Прости, — ответила Альбера. — Но не смогу остаться тут настолько долго. Я обещала прийти на ужин с герцогиней, не хочу бросать слов на ветер.

— Бросишь меня?

— Почему ты не обозначила своего присутствия? Танг ведь показался.

— Танг неженка — слишком устал от дороги, и открыто пришел к герцогине. Но я не хочу раскрывать себя — для других я отправилась на охоту, к китам в бухте. Мне нельзя подрывать доверие моей семьи — если они узнают, что я в Ровенра, ситуация выйдет скверная.

— А что Танг? Ты подставила его, — осторожно заметила Альбера.

Она не старалась защитить его, но не могла не проявить участия — в конце-концов, это был ее будущий супруг. Принц-консорт. К тому же ей было очень интересно узнать мотивы семьи Линг.

И проверить на подлинность слова сира Пейра.

— Немного, но он уже простил меня. В последнии месяцы он чувствовал себя больным, эта поездка помогла ему. Но моя цель была не в восстановлении его здоровья — он хотел расторгнуть помолвку, а этого я не могла допустить.

— Я все еще не понимаю твою цель. Чем эта поездка могла помочь тебе изменить его решение?

Альбера говорила спокойно, внутренне чувствуя расползающийся по груди жар. 

— Ты не удивлена тем фактом, что он хотел это сделать? — деланно изумилась Фоли.

— Поверь, я в невероятном удивлении, — ответила Альбера. — Но он уже говорил мне об этом. Однако я знаю, что его тявканье ничего не стоит — помолвку одним лишь нежеланием не изменить. Это политический брак, не игра.

— Альбера! — вдруг Фоли рванула вперед, эмоционально беря руки принцессы в свои. — Да как ты не понимаешь! Танг уже почти добился того, чтобы ее расторгли!

Альбера замерла.

— Не говори ерунды.

— Да нет же! Твоя королева-мать возможно и может кормить тебя этими глупыми словами, но я его сестра, и я знаю свою семью — они уже начали прислушиваться к словам Танга. 

— Не смей..! — начала Альбера, вырываясь, но тут же взяла себя в руки. — Не говори ничего подобного про мою матушку. 

Фоли замолчала. Стены оранжереи задребезжали. После девушка тихо усмехнулась, будто опомнившись. 

— Прости.

— Забудем. Насчет помолвки: ты не ошибаешься? Это звучит слишком… слишком странно.

— Разве я могу врать тебе? — с явно наигранным надрывом произнесла Фоли. — Мне больно слышать такое.

— Не драматизируй, Фоли!

Альбера произнесла последнюю фразу несколько раздраженным тоном — но, в противовес ее словам, Фоли Линг расхохоталась. 

— Прости. Мы слишком долго не виделись друг с другом.

— Скажи мне цель вашего приезда, Фоли. Четкую цель, и причину, почему вы сделали это втайне.

Фоли Линг ненадолго замолчала, а после тяжело вздохнула.

— Это была моя идея. Я знаю, что эта шалость ма…

— Шалость? Ваш приезд можно расценивать как угрозу короне! — не выдержала Альбера.

Фоли рассмеялась.

— А вот теперь именно ты драматизируешь, Бер. Не думай плохо о нас. Мы просто сделали небольшую шалость, всего-то.

— Как ты не понимаешь..

— Да все же нормально. Никто не умер. Да и я сделала это для тебя — чтобы Танг не расторгнул помолвку.

За стенами оранжереи громыхнуло.

— Мне уже надо идти, — наконец выдохнула принцесса. 

Она так и не смогла выяснить ничего конкретного.

— Хорошо. Я ночую в гостевом доме — притворяюсь каллишуам. Их довольно легко имитировать — накинь белое одеяние, многозначительно молчи в ответ на вопросы и постоянно кланяйся. И тебя будет не отличить! 

Альбера фыркнула, качая головой.

— Ты не изменилась.

— Конечно! Как и ты.

Фоли снова обняла Альберу — и, воспользовавшись ситуацией, прошептала прямо на ухо:

— Танг навряд ли будет рад тебя видеть. Но я уговорила его сделать именно это — встретиться с тобой, поговорить. Поэтому, прошу, не обидь его своей холодной натурой.

Альбера снова оттолкнула Фоли, неосознанно нахмурившись.

— Глупый план.

— Ты не знаешь детали! Я расскажу при следующей встречи. Увидимся тут же, сразу после завтрака, хорошо?

Вместо ответа Альбера развернулась и оставила Фоли Линг. Она правда была рада встретить подругу — но Альбера всегда умела отделять личные отношения от своих обязанностей. Обязанностей наследной принцессы.

И вздохнув, Альбера пошла на ужин.

Как только она оказалась в стенах замка, снаружи пошел дождь. Ее встретила прислуга и пригласила к столу. Она шагала по пустым коридорам с молчаливыми охранниками по периметру в сопровождении служанки, и чувствовала, как зябкая дрожь окутывает ее плечи. Было слишком тихо, и даже начавшейся бури не было толком слышно.

Что-то было не так.

Принцесса дошла до обеденного зала, из-за дверей которого уже слышалась тихая светская беседы, как из-за угла внезапно показался человек в доспехах. Это был Роберт. 

— Ваше Высочество…

Альбера тут же опустила руку с ручки двери.

— Ваше Высочество, — повторил он, дойдя до нее и слегка замявшись.

Альбера шагнула к нему ближе. Стоявшая недалеко от нее служанка не должна была услышать их разговор.

— Что-то все-таки случилось? Что-то с Ровеном? — шепотом спросила она.

— Да… — прикусив губу, ответил Роберт. — Но я не уверен, для чего лекарь Венезив сделал это.

— Сделал «что»? 

— Я встретился с здешним каллишуам, и он рассказал мне, что, по слухам, с Северной Погранки с печатью королевского герба сегодня утром перехватили несколько писем, посланных в Сентру. С просьбой доставить эскорт королевской гвардии на перехват. Такой герб был и у лекаря, и только он был в городе… а также одно письмо пришло и сюда. В нем говорилось созвать срочный сбор гвардейцев-рекрутов, отбывающих здесь службу.

— Что? — распахнула глаза Альбера, совершенно не ожидая такого ответа. — Для сопровождения меня? 

— Для защиты наследного принца.

Альбера недоуменно нахмурилась.

— Зачем? 

— Может…

Роберт не договорил, но Альбера уже сама догадалась. Она растерянно оглянулась — будто ища перед собой образ человека, о котором они говорили.

— Роберт, ты не видел, куда они направились? Они во дворце? — напряженно спросила Альбера.

— Да, я догнал их, но стража сразу взяла карету под конвой по приказу герцогини. 

— Так, — слегка прикрыла глаза Альбера, а после решительно потерла глаза, отгоняя все мысли. — Нужно сейчас сосредоточиться на другом. Роберт… сегодня будешь стоять на ночном посту. Справишься?

— Как прикажете, Ваше Высочество.

Альбера отвернулась, наконец подошла к двери в обеденный зал и распахнула ее.

В трапезной находились все упомянутые сиром Пейром гости из восточной делегации. И, также подтверждая правдивость его слов — и ее жених, Танг Линг, который криво усмехнулся при виде Альберы. Восточные гости сразу же уставились на нее вслед за своим принцем, стоило ей только шагнуть внутрь, но принцесса совершенно беспристрастно ответила на их вывод, проигнорировав делегацию и с прямой спиной подойдя к герцогини и ее семье — миру Пейру, его жене и детям, которые сидела слева от главы семьи Нрокли.

— Гергогиня…

— Моя дорогая! — сразу же воскликнула герцогиня Нрокли, почти подскакивая со своего места со сверкающей улыбкой. — Наконец ты пришла!

— Герцогиня, — повторилась принцесса, по всем правилам этикета сделав реверанс. 

Роберт, незаметно пристроившись за ее спиной, сделал более глубокий поклон.

Герцогиня Нрокли рассмеялась. Выглядела она как всегда несколько жутко: с молодым, подтянутым лицом, и длинными блондинистыми волосами. И не скажешь, что женщине, сидящей во главе стола, больше пятидесяти лет.

Альбера всегда с восхищением относилась к ее болезни — именно болезнь сохраняла ее внешность, — и только сейчас, после разговора с сиром Пейром, начала чувствовать нервозность и диссонанс. Герцогиня Нрокли была ей как тетя — именно она всегда приходила и навещала ее в Колыбели вместо родителей, хотя для этого ей приходилось плыть с Фоолинга, где она проживала. Она всегда была улыбчивой и дружелюбной, и потому Альбера на многое закрывала глаза…

Наверное, пора было перестать быть настолько слепой.

Альбера перевела взгляд на сидевшего справа от герцогини представителя делегации — Шоя Дай. Брат погибшего мужа герцогини. Величественно выглядевший старик с черными зализанными волосами и непроницаемым лицом. Сейчас смотрящий на принцессу, будто удав на жертву. За его спиной, будто гора, стоял Голь Нори — рыцарь с устрашающим лицом, внимания на которого Альбера пыталась не обращать.

— Приветствую господ из королевства Фоолинг, — в этот раз принцесса никак не проявила учтивость. — Меня оповестили о вашем приезде, однако не о том, что вместе с делегацией прибудет мой дорогой жених.

— Моя дорогая невеста, — несколько язвительно взял слово принц Танг, склонив голову в подобии наклона —  он сидел дальше по правой стороне от Шой Дай и следовавшего за ним Клода Цакеля. — Это было несколько незапланированное событие. Надеюсь, вы…

— Правильно ли я понимаю, — перебила его принцесса, — что делегация скрывала присутствие представителя королевской семьи Танг?

— Приносим свои глубочайшие извинения, Ваше Высочество, — вдруг вклинился молчавший до этого делегирующий посланник — Клод Цакель, — мужчина средних лет, несколько несуразный и сейчас нервно сжимающий столовую салфетку. — Не подумайте не о том, прошу! Дело в том..

Внезапно створки двери, через которую Альбера прошла минуту назад, с грохотом распахнулись. Испугавшись, несколько гостей вскрикнули. Роберт тут же встал перед принцессой, и потому она не сразу поняла, кто зашёл. Но стоило лишь названному гостю подать голос, как все сразу стало ясно:

— А о чем же здесь думать? Член королевской семьи Линг, враждующей с Ровенра на протяжении веков, и связанный с герцогиней этой страны, приходит к ней, скрывая свой статус. Только недалекий не подумает о том, какое же это «случайное» совпадение.

Это был Ровен, стоявший в дверях столовой, под конвоем гвардии.