Мир Гекаты

После экскурсии по самой большой библиотеке в мире Артур был воодушевлён речами моего отца. Да, в детстве я считала что мне повезло с ним. Он никогда не ругался, всегда уделял мне время, рассказывая о других мирах. Всегда весёлый и поощряющий мои начинания. Жаль что не получиться вернуть это назад. В попытках разузнать обстановку сегодняшний день нужно разыграть по нотам.

После библиотеки был церемониальный зал, где мальца впишут в семейный реестр. Там нас у входа встретила очень молодая девушка. На моей памяти уже шестая жрица. Никогда не более двадцати лет и они все прекрасны как нимфы. И никогда не известно куда они пропадают. Девчушка взяла мальчика за руку и повела его по узкому проходу в огромную пещеру. Единственное место в центре которое всегда оставалось в первозданном виде. Стены светились и было слабо видно какие-то руны. Как рассказывали это был язык народа живущих здесь до наблюдающих.

Артур вцепился в руку девушки, когда та повела его по узкому мостику над пропастью. Я осталась с отцом у входа. Так было положено. Хоть наш народец и отличается экстраординарным мышлением, но стигм и догм скорее всего будет даже поболее чем в королевских семьях. Шаг в сторону и всё - ты изгой.

Мальчика посадили на ритуальный пьедестал. Обычно туда клали младенцев, так что Артуру было тесновато. Дальнейшие действия жрицы для меня были мало уловимы. Вот она дала что-то выпить ему, какие-то пасы руками, а после девушка взяла острую шпильку из волос и сделала порез на своей руке и ребёнка, а после сделала запись в книге. А после какой-то заговор над огнём с пиалой.

Спустя минут двадцать ритуал был окончен. Сама того не замечая, я стиснула руки в кулаки настолько сильно, что в ладонях остались красные лунки от ногтей. Да и дышала я через раз, теперь немного кружилась голова. Когда-то на месте Артура была я. Да и все младенцы за последние несколько сотен лет.

О состоянии ребёнка говорит не приходилось. Из-за напитка взгляд был расфокусированный, ноги подкашивались, а кровь не останавливалась и капала на землю. Что с этим делать дальше я не имела ни малейшего понятия. Мне казалось ритуал будет сугубо номинальным, а теперь Артур пострадал из-за моих необдуманных действий. Впервые за несколько лет я испытывала чувство вины. А страх подкатывал комом в горле. Нужно было оставить ребёнка дома.

Отец, абсолютно не замечающий нашего состояния, отвёл нас в свою лабораторию, где продолжал что-то щебетать о судьбоносности моего возвращения. Действительно, если условие мирного существования наблюдающих и двурождёных будет нарушено всё измениться. В иделале для меня - прекратятся бесчеловечные эксперименты и странные ритуалы.

Переваривание моих мыслей было прервано, ворвавшимся в кабинет рыцарем. Обычный человек в этих стенах выглядел чужеродно. Высокий мужчина касался макушкой до косяка двери, со светлыми волосами и такой-же бородкой, он очень злобно смотрел на моего отца. Понимаю. Тогда окончательно выйдя из своего состояния я перевела взгляд на Артура, который уснул облокотившись на мой бок. Рана хоть и перестала кровоточить её необходимо обработать. И в момент пока гость с моим стариком препирались я отыскала здесь старую фляжку со спиртом и чистое полотенце. При обработке кровоподтёка мальчик поморщился, но не очнулся. Неосознанно подслушивая разговор я чуть не подпрыгнула на моменте когда рассвирепевший рыцарь выкрикнул:

- Меня зовут Карлос Ди Монсе , не господин рыцарь, не чужеземец, не "эй мужчина". В чём у вас всех проблема с именами и с тем, и тем чтобы говорить прямо? Спрашиваю в последний раз, где моя беременная невестка? - Он уже замахнулся для того, чтобы вмазать моему отцу, схватив того за грудки. Но тот совершенно спокойно ответил.

- Господин рыцарь, я не сведаю этой информацией. Вы ошиблись этажом, нужный Вам кабинет аккурат над нами.

Мужчина тут же встрепенулся и, даже не извинившись, вышел. А я же постаралась запомнить, поскольку судя по имени это как раз была вторая часть моего задания. Но подходить к рассвирепевшему рыцарю могло быть чревато.

По возвращению домой я уточнила у Вильяма через блокнот точно ли это тот человек. И получив подтверждение тяжко выдохнула. Теперь бы узнать его место обитания. Но этим можно будет заняться позже.

Повезло, что к вечеру Артур очухался, а то таскать его на своём горбу было тяжеловато. По хорошему нужно было извиниться, но честно говоря я не знала как. Отложив этот вопрос, было решено сначала накормить ребёнка, а потом уже занятья насущными вопросами. Потом я проверила его рану, температуру и в целом вела видимо слишком опекающе. Настолько, что мальчишка спросил, здорова ли я. Тогда я со скепсисом обвела его взглядом, как бы говоря чья бы корова мычала. Но тот вряд ли знал подобную идиому. Тогда мы немного посмеялись друг над другом. А ближе к вечеру мы пошли прогуляться. Так как говорить о своих раздумьях в домашних стенах было слишком опасно.

До моего места мы шли добрых пол часа. За сутки глаза привыкли к вечным сумеркам и мы особо больше не спотыкались, хоть место и было спрятанно между скалами. Протиснувшись между стен мы оказались в пещере, где проходил ручек грунтовых вод и лунный свет пробирался из потолка.

- Раз теперь ты мой подельник в этом деле мне прийдётся тебе всё рассказать. - Я очень серьёзно посмотрела на Артура. Тот же так же посмотрел на меня и кивнул. Видимо действие того напитка окончательно утратило свою силу. - Во первых и самых главных, не доверяй моему отцу!

- Но почему? Дедушка кажется единственным кто хорошо к нам относиться, - Ребёнок недоверчиво отнёсся к моему предостережению. Чтож прийдётся разбить детские фантазии о хороших взрослых, если они ещё оставались.

- Да я тоже так думала многие года. Поэтому приведу на личном примере, как на самом деле устроены здесь правила, - Этими вводными фразами я пыталась оттянуть момент начала разговора, который несомненно будет болезненным для меня. Но мальчишка заворожённо ждал, тогда мне пришлось начать. - Как мой отец тебе и рассказал, наблюдающие разделяют у своих детей душу на несколько частей, вот только не упомянул, что получение информации о чужих мирах происходит после непосредственной смерти этих людей в других мирах. И на сколько этих душ делиться наша мы не можем знать, так как в большинстве своём у нас примерно один срок жизни, в среднем шестьдесят лет.

- А как тогда выходит узнавать о них? И зачем вообще этим заниматься?

- Ну как мне объясняли в детстве. Наблюдающие перенимают чужой опыт для развития нашего мира и недопущения типичных ошибок других миров. В целом чаще всего один наблюдающий узнаёт о другой жизни один максимум два раза, и то ближе к преклонному возрасту. Вот только есть небольшое но, о котором мне случилось к сожалению узнать на личном опыте. В момент "объединения" душ два сознания очень тяжело уживаются в одном теле. Одно пытается подавить другое, одна память накладывается на другую и пока они не смешиваются во что-то общее, при этом одно из них может доминировать над другим какое-то время.

В этот момент Артур сильно занервничал, начав давить на свою рану и дрожащим голосом спросил:

- Я что, тоже теперь стал таким?

- Нет, можешь не переживать. Ритуал в привычном его смысле работает только на новорождённых. Максимум первый день после рождения. В идеале в ближайший час после родов. Ты же знаешь что такое роды и откуда берутся дети? Честно говоря не хотелось бы тратить время чтобы и это объяснять.

Мальчишка застеснялся и прикрыв ладонями лицо тихо проговорил:

- Знаю откуда и как они получаются. Я всё же жил в доме крестьян. Один раз даже пришлось помогать принимать роженице. Непередаваемое впечатление, которое не хотелось бы вспоминать.

- Ну и хорошо, в общем, твой обряд был только для того, чтобы когда ты решишь завести детей они смогли стать полноценными наблюдающими. Но и на счёт этого я тоже сомневаюсь ибо он работает только на нас, а у тебя так скажем другая кровь. - Тогда мальчик облегчённо выдохнул и стал ждать продолжения рассказа. - В общей сути своём работники центра ждут когда кто-то начинает неожиданно и странно себя вести и начинают его "изучать". Чаще всего люди говорят на других языках, поэтому приходиться либо ждать когда второе сознание сможет перевести эту белиберду или найти того кто "пробудился" из того же мира и знает этот язык или в крайних случаях всё записывается в книги, которые потом пытаются дешифровывать. Может сейчас это делают несколько иначе, но принцип один. Узнать о всём, что может знать этот другой человек, пока памяти не смешаются. Эти люди чаще всего напуганы и дезориентированы и их запирают в особые камеры где они не смогут причинить вред окружающим.

Какие-то кадры мелькали у меня перед глазами, но я старалась не обращать на них внимания. Не хватало ещё разрыдаться тут у ребёнка на глазах. Он видимо заметил моё смятение и немного перевёл разговор в другое русло.

- А зачем вам тогда сюда нужно было возвращаться? Не лучше ли быть подальше от такого странного места? - Мальчик присел ко мне поближе, может хотел так поддержать.

- Ну не то чтобы я собиралась, но я пообещала достать одному человеку книжку, которую хранят здесь. Для того чтобы у нашей компании снова появились заказы, деньги и так далее по списку. Вряд ли компания возродиться целиком, но сделать хоть что-то лучше, чем ничего.

-А какой она была? Вы часто с господином Абрэхэмусом об этом упоминаете.

Окончательно расслабившись я начала вспоминать о лучших годах своей жизни. Ну по крайней мере о тех которых помнила.