Глава девятая. Усы
Самые разные лица и личности крутились на рынке и около. Серые, чёрные, зелёные, голубые глаза глядели на Васю или мимо него. Вася же смотрел в основном на носы и на то, что под ними. Нет ли усов? Но усов попадалось мало и всё больше чепуховые - мышиные хвостики.
Носы были, конечно, гораздо разнообразнее - и свистулькой, и репкой, и фунтиком. У одного дяди нос оказался вычурным, как шахматная фигура ферзь, а у другого такой дивный нос, который иначе не назвать, кроме как рубильник. Все эти носы совсем запутали Васю.
«Зачем мне они? - думал он, отмахиваясь от носов. - Меня усы интересуют».
Вася и сам покручивал свои усы, как будто он старый усач, типа товарища Будённого.
Вася покручивал усы и щекотал пальцем Матроса, чтоб тому не было совсем уж скучно сидеть в мешке, а сам всё поглядывал по сторонам.
Поглядывать-то поглядывал, а не замечал, что в стороне стоят два человека и тоже рассматривают его.
- Кажись, это он, - сказал один из этих двоих, разглядев Васю, - только усы прилепил, замаскировался. - А чего ему надо? - Пришёл за поросятами. Тут они грубо засмеялись, и второй сказал:
- Смотри-ка, в мешке-то у него что-то шевелится. Наверно, пса туда запхнул! - Надо нам отсюда смываться.
- Погоди, зачем же? Парень-то лопух - усы нацепил, пса в мешок засунул. Сейчас я ему устрою концерт. - А не опасно?
- Чего же опасно? Документы у меня в порядке. Сейчас я его навеки отучу поросят искать.
Тут эти два человека пошептались ещё и разошлись в стороны.
«И зачем только люди носят усы? - думал в это время Вася. - Какой в них толк? Нос, к примеру, нюхает, рот жуёт, глаза глядят, а чего делают усы?.. Возьмём, к примеру, таракана, - размышлял он дальше, - вот у него усы на месте. Или Матрос. Обрежь ему усы - он и колбасу не учует. А мне-то зачем усы? Разве для красоты? Но я и так парень ничего себе - нос крупный, глаза маленькие. Я и так, наверно, красивый».
Вася потолкался ещё немного, поискал черноусого, но не заметил ничего похожего.
«Да и то сказать, - думал он, - не такой дурак черноусый, чтоб снова на рынок прийти. Он теперь дома сидит, деньги считает».
Вася выбрался из толпы и остановился у входа, возле стекольщика, который всё покрикивал: «Вот стекло двойное бэмское...»
- Чего у тебя в мешке-то? - спросил стекольщик. - Чем торгуешь? - Не твоё стеклянное дело. - Тебе стекла не надо? - Не надо.
- Напрасно, - сказал стекольщик, - неплохое стекло. К тому же двойное бэмское.
Он достал из заплечного ящика кусочек стекла и чпокнул его два раза ногтем. И стекло сказало: бэмс, бэмс. Но Вася не слушал.
- Ты скажи лучше, стеклянная душа, черноусого не видел?
- Дак ты сам черноусый, - сказал стекольщик и ткнул Васе пальцем под нос. И так противно ткнул, что Вася обиделся.
Он сердито глянул на стекольщика и увидел, что тот мужчина неприятный: глазки тусклые, стеклянные, спрятались под ржавыми бровями, а лицо - рябое, так изрыто оспой, что напоминает рашпиль, которым обтачивают деревянные болванки.
Вася уже хотел сказать стекольщику что-нибудь тяжёлое, но после махнул рукой и решил двигать к дому. В этот момент кто-то тронул его за рукав: - Ваши документы!
Вася оглянулся. Перед ним стоял милиционер с такими огромными рыжими усами, как будто он их отращивал с самого дня рождения.