ПОЛИТОКЕАН - Школьная Политика Сердца

Партизан шел по коридору, крепко сжимая ремешки рюкзака. Латтекс, Клынсен и Аневил — его союзники, — шли рядом, готовясь к новому дню, полному конфликтов и напряжения. Их взгляды были мрачными, как и ожидания. В школе никто не скрывал враждебности. Политическая школа давно перестала быть обычным учебным заведением — она превратилась в арену, для постоянных столкновений, имеющие одних из самых худших фриков мира, где выживают только сильнейшие.

Сегодня с ними были ещё двое. Кирий, который, несмотря на свою репутацию манипулятора, неожиданно решил присоединиться к их стороне. Вертиз, который всегда стоял в тени Кирия, был рядом с ним. Они представляли собой странный союз, но Партизан понимал, что сейчас ему нужно любая поддержка. Особенно после того, как конфликт с Неошей обострился.

— Они не оставят нас в покое, — буркнул Клынсен, оглядываясь по сторонам. Его взгляд остановился на группе впереди. — Мне кажется, что Неоша и его шайка сегодня явно настроены на что-то серьёзное.

Партизан напрягся. Впереди, как и ожидалось, шла группа Неоши. Но теперь к нему присоединились и украинцы: Язсирти, Кралумба и Ксеноглеб. Их выражения были такими же холодными и полными решимости, как и у Неоши. Это союз было неожиданным и опасным. Украинцы всегда действовали осторожно, но их присоединение к Неоше означало, что они были готовы на всё.

— Украинцы теперь с ним? — удивлённо произнёс Вертиз, следуя за группой Партизана. — Это явно плохие новости.

Кирий кивнул, его взгляд был сосредоточен на Язсирти.

— Да, они определённо настроены на что-то большее, чем просто словесные перепалки. Они собираются напасть.

Партизан понял это ещё раньше. Он знал, что сегодня не будет обычного дня. Он чувствовал нарастающее напряжение в воздухе. Это была неизбежность, которую он не мог остановить. Но с Кирием и Вертизом на его стороне он был уверен, что у них есть шанс дать отпор.

Когда они приблизились к группе Неоши, стало понятно, что отступления не будет. Неоша остановился, и его команда выстроилась за ним, как грозная стена. Санстрик стоял в тени, как обычно молчаливый, но его присутствие ощущалось, как нависающая угроза.

— Партизан, — произнёс Неоша, ухмыляясь. — Я смотрю, ты собрал целую армию. Даже Кирия сюда притащил. Я думал, он тебя презирает.

— Это не твоё дело, Неоша, — резко ответил Кирий, делая шаг вперёд. — Я здесь, потому что ты перегнул палку.

Украинцы стояли рядом с Неошей, с презрением глядя на Партизана и его команду. Язсирти сделал шаг вперёд и заговорил:

— Партизан, ты уже давно зашёл слишком далеко. Поддерживать таких, как Латтекс? Ты выбрал неправильную сторону.

— Я выбрал тех, кто готов стоять за меня, — ответил Партизан, сжав кулаки. — А не тех, кто только унижает и давит на других.

Слова больше не имели значения. Атмосфера накалялась, и все понимали, что следующим шагом будет драка. Неоша не стал долго ждать. Он рванулся вперёд, и его кулак полетел в сторону Партизана.

Партизан успел уклониться, но не надолго. Неоша оказался сильнее, чем он ожидал. Латтекс и Клынсен бросились на Язсирти и Кралумбу, а Аневил сцепился с Ксеноглебом. Кирий, быстрый и ловкий, подскочил к Неоше, пытаясь защитить Партизана.

Вертиз вступил в драку с Санстриком, но тот был слишком силён. Санстрик молча отбросил Вертиза в сторону, словно тот был просто игрушкой. Вертиз упал на пол, пытаясь отдышаться.

Кирий продолжал сражаться, но Неоша был на высоте. Его удары становились всё быстрее и жёстче. В какой-то момент он снова схватил Партизана, прижав его к стене с такой силой, что тот застонал от боли (а может и от страсти, которая была заложена в самую глубину его мрачное сердце).

— Ты всегда был слабаком, — прошептал Неоша ему на ухо, его лицо было опасно близко к лицу Партизана. — Ты думаешь, что твои друзья тебя спасут? Ошибаешься.

Партизан сжал зубы, пытаясь освободиться, но Неоша был слишком силён.

Вдруг, осознав как близко эти два юношы были друг к другу, они оба замерли. Мгновение было столь неловким и неожиданным, что Партизан не знал, как реагировать. Щеки Неоши слегка порозовели, и он резко отпустил Партизана, отступив на шаг назад. Его лицо исказилось смущением и замешательством, но он старался сохранить хладнокровие.

— Что ты... — начал Партизан, но его голос предательски дрогнул.

— Заткнись, — прорычал Неоша, отворачиваясь. Он старался не встречаться с ним взглядом, но было ясно, что он тоже не знал, как справиться с внезапным смущением, которое охватило обоих. Неожиданные чувства, такие чуждые в разгар драки, спутали их обоих.

Тем временем драка вокруг них всё ещё продолжалась. Латтекс и Клынсен с трудом держались против Язсирти и Кралумбы, а Аневил и Ксеноглеб уже едва стояли на ногах. Кирий, видя, что ситуация выходит из-под контроля, бросился помочь Вертизу, который всё ещё пытался встать после удара Санстрика.

Санстрик, тихий и неприметный, молча наблюдал за разворачивающейся битвой, но его холодный взгляд следил за каждым движением. Как только он заметил, что Кирий поднимается на ноги, он шагнул вперёд, готовясь снова атаковать.

Но тут случилось неожиданное. Партизан, понимая, что больше нельзя позволять драке затягиваться, собрался с силами и громко крикнул:

— Хватит!

Все замерли. Его голос прорезал шум драки, и на миг наступила гробовая тишина. Неоша посмотрел на него с тем же смущением, что был минутой ранее, но не стал ничего говорить. Кирий, Латтекс, и Клынсен тоже остановились, растерянно оглядываясь.

— Мы же не животные, — прохрипел Партизан, пытаясь восстановить дыхание. — Что дальше? Перебьём друг друга?

Неоша молчал, его лицо всё ещё было покрасневшим от недавнего смущения. Он что-то пробормотал себе под нос, но не стал продолжать драку. Это был редкий момент, когда обе стороны одновременно поняли, что дальнейшая борьба не приведёт ни к чему хорошему.

Обе стороны обменялись короткими взглядами с друг другом, словно подавая невидимый знак, что на сегодня достаточно.

— Это не конец, — тихо произнёс Неоша, хотя в его голосе больше не было прежней уверенности. Он бросил последний взгляд на Партизана, и тот снова почувствовал странное волнение внутри себя. Неожиданно для всех, Неоша резко развернулся и направился к выходу, его группа последовала за ним, так и не завершив битву.

Когда они ушли, Партизан выдохнул с облегчением, пытаясь прийти в себя. Кирий подошёл к нему, бросив странный взгляд на место, где стоял Неоша.

— Что это только что было? — тихо спросил он.

— Я сам не знаю, — честно ответил Партизан, всё ещё чувствуя лёгкую дрожь в теле.