глава 21
Могу ли я сорвать на счёт того, что мне не может нравиться пытать и мучить ту, что отняла у меня все, что было и будет? Мне нравиться, нравиться слушать то, как она кричит от новой порции болт, как медленно из её тела выходит жизнь, как она теряет силы, как внезапно может с мольбой в голосе просить меня о пощаде и милости, как музыкой для моих ушей в лужицы на полу капает кровь.
- Как ты себя чувствуешь, наилучшейшая из все госпожей на земле? - весело спросила я у неё, глядя в помутневшие глаза своей пленницы. Лицо в ходе пыток тоже пострадало и теперь её Величество Самомнение и Самовеличие выглядела хуже чем была. Лиза была все лишь ведьмой возомнившей себя великой и непобедимой, но я никак не могу понять причины её ненависти ко всем магическим существам.
- Скажи же мне, милая моя ведьмочка, что же послужило тебе толчком для начала войны со всем миром?- спросила я и в ответ мне послужила тишина. Если не хочет по хорошему, то будем по плохому. Вновь прижигаю к её телу рассколенный металл и в ответ слышу крик боли, который звучит как любимая мелодия для моих ушей. Не удерживай я зверя, требующего свежего мяса и больше крови, то моя пленница уже давно бы была мертва, но я не желаю скорой кончины этой стервы.
- Отвечай, когда я спрашиваю!- грозно говорю ей, когда крик стихает, и вновь приближаю к ещё целому участку кожи рассколенный металл. Лиза чувствует его и пытается отстраниться, но у неё ничего не выйдет.
- Вини во всем своего любиймешего дядюшку.- прошипела, словно змея, Лиза и дернувшись сама же попала на предмет пыток. Новый крик боли, новая порция ощущения, словно жизнь состоит лишь из этой боли. Испытываю сейчас это не я, но знаю это как никто другой... Если не хочет говорить - значит будет кричать.
Вот уже несколько часов я издеваюсь как могу над своей пленницей, которая совсем недавно ещё была моей не заслуженной госпожой. Вскоре начнёт рассветать и скорее всего Лиза в последний раз увидит его, поскольку к вечеру я уже хочу свободно и с лёгкой душой объявить о смерти той, что принесла в этот мир сплошные несчастья.
Может кто- то другой и решил бы помиловать её и оставить в живых, но зло вернётся как только снова наберёт силы и тогда станет мстить. По этому помиловать нельзя - казнить можно.
Сколькие пострадали из- за неё, сколько погибло... Все только из-за того, что низшей по рангу ведьме приспичело иметь власть над всеми живыми существами. Что же вышло из всего этого получилось? Только смерть, боль и разрушения...
- Каго же поменяться ролями? Теперь Ты испытываешь муки и молишь о пощаде?- спросила я, радуясь, что больше никогда эта ведьма не причинит никому больше боли и доживает свои последние часы бесполезной жизни.
- Наслождаюсь.- проговорила Лиза с сарказмом в голосе и с презрением во взгляде. Надо же даже перед смертью она умудряется ерничать и грубить, зная, что вскоре окажется в могиле.
- Ну что же, тогда не смею мешать своими разговорами твоему наслаждению.- ответила я ей, с улыбкой на лице. В глазах Лизы мелькнул страх, но быстро испарился, заменяясь чем- то другим. Так и не смогла понять чем. Беру не длинный, железный и прут, который я начинаю медленно вставлять под кожу поверх ребер. В ответ на мои действия по комнате разносится крик боли. Это уже третий прут, который оказался у неё под кожей.
За то время пока я жила в замке Лизы и могла делать все, что захочу с солдатами, которые посмели нарушить хоть одно правило, я узнала и придумала множество способов пытки и причинения сильной боли, но не имеющие летальный исход.
- Прежде чем ты продолжишь издеваться над моим телом, хотела бы спросить тебя кое о чем... - поняв, что за своими словами не последует никакого наказания и смогла меня заинтересовать ведьма продолжила:
- Вот как ты смогла освободиться от тёмной магии?
- Разве у меня это вышло?!- с наигранным недоумением спросила я, но через несколько секунд рассмеялась.
- Разве у меня это вышло? Нееет, просто на просто твоя тоненькая магическая стеночка, удерживающая мои воспоминания, без которых я не знала кем была и что делала, сломалась. Тьма остаётся в сердце, она не куда не уходит, а просто подавляется более светлой стороной. Если бы зло, которое ты разбудила во мне вновь заснуло, то сейчас бы ты не терпела муки, а получила бы легкую смерть.- мне было смешно от того, что она считала, что и зло, и добро не могут уживаться вместе в одном теле и разуме. Вроде бы взрослая женщина, которая прожила на этом свете множество лет не знает, что зла не существует как отдельная магическая сущность, что зло и есть сам человек и что люди сами его придумали, чтобы оправдать свои поступки, которые окружающим казались не правильными.
Тьма есть в каждом, но в ком то она при обладает в больших количествах чем в остальных.
Лиза была той самой, в которой злость и ненависть были сильнее, чем положительные чувства. Я же, лишившись каких- либо воспоминаний и жизненных устоев, не знала что мне делать и как вести себя в этой жизни, да ко всему прочему Лиза дала ложные мысли о её неприкословной власти надо мной и это заставляло меня её слушать и выполнять все приказы. В самом начале все светлое во мне и перечело, бунтовало и просило этого не делать. Позже злая и плохая часть меня в перемешку со звериной частью взяли полную власть над хорошей. Теперь я даже и не знаю кто я... Убийца? Тёмная эльфа? Или же мастер пыток? Кем я стала из- за одной взбалмошной ведьмы с манией величия? Уже и сама не знаю.
Раз уж мне не дано понять кем являюсь я на самом деле, то почему бы мне не быть в данный момент той, которую хотела видеть Лиза.
Новая пытка, новый крик боли, новая рана на теле и всё меньше нетронутой кожи, учащенное сердцебиение после новой порции боли, новые, но такие редкие мольбы о пощаде или же лёгкой смерти.
- Смотри на свой последний рассвет.- смеюсь ей на ухо и за волосы поворачиваю её лицо к окну. Лиза вскрикивает от боли, из-за грубого обращения с запутанными и влажными от крови и пота волосами, и раны на щеке, прижатой мною к грубой ткани подушки.
- Наслождайся. Видишь как я благородно поступаю? Ты такой роскоши как рассвет мне не давала, когда я лежала в твоём плену.- шеплю ей, оставляя её голову, повернутой к окну, и когтями проводу по ещё целой щеке, которая в миг становится красной от крови, вытекающей из неё. Лиза шипит от боли, вызывая на моём лице довольную улыбку.
Отстраняюсь от неё и отхожу на несколько шагов от неё, любуясь своей работой. Вся кровать в крови, вокруг тоже, Лиза в порваной одежде и вся в порезах, ожогах и крови. В некоторых участках кожи на первый взгляд ничего, но если присмотреться получше, то можно увидеть как под кожей выделяются неестественные полосы. Любуясь, мне в голову приходит мысль, которой я кровожадно улыбаюсь и спешу воплотить её в жизнь. Вновь приблежаюсь к ней и тихо произношу заклинание, которое постепенно начинает наколять железные прутья под кожей ведьмы. Лиза начинает чувствовать это и сжимает руки в кулаки, а губы в тонкую полосочку, сдерживая себя от крика, но вскоре из- под кожи веднеются красные полосы, а из горла ведьмы начинает слышатся стоны, которые вскоре переходят в крик. До носа долетает запах паленого мяса и только после этого я останавливаю заклинание, довольно улыбаясь. Прутья ещё долго будут остывать, причиняя боли не меньше.
Отправляюсь в ванную комнату, чтобы снять окровавленную одежду и кольчугу, которая стеснят мои движения и привести себя в нормальный вид, попутно продумывая чтобы такого сделать ещё.
В ванной я наконец избавляюсь от надоевшей кольчуги и встаю под тёплые струи воды, которая смывает всю грязь с моего тела и словно излечивая разодранную на куски душу при этом причиняя боль. Сама не замечают как по щекам начинают течь слёзы. Может Лиза и виновата в том, что начала войну, но в смерти Вики и Димы виновна я. Если бы я постаралась вспомнить, то этого бы не произошло. Дима видел, что это была я и пропустил удар, который стал для него смертельным.
В ванной я просидела около часа, рыдая и впадая в истерику... В конце своих терзаний я пришла к выводу, что горячая вода плохо влияет на меня и что пора бы закончить мучения Лизы. Её тело истерзано и я пыталась её достаточно долго, чтобы она мечтала о смерти.
Одев чёрную кофту, такого же цвета штаны, сапоги, в которых я была и заделав волосы в косу, выхожу из вонной. Все так же: кровь и Лиза, повёрнутая в сторону окна. Похоже пока я сидела в ванной ведьма уснула, поскольку теперь её тело было полностью расслаьленно, а когда я подошла с другой стороны, то увидела лёгкую улыбку на лице. Ей что- то снилось, что- то хорошее.
Разве не самое лучшее умереть во сне, не почувствовать боли и не осозновать, что вскоре будет все закончено? Может быть... Но одновременно с этим можно испытывать страх от того, что ты больше никогда не проснешься.
Беру осторожно, стараясь не разбудить, кинжал и подходу ближе к Лизе. Ведьма спит очень крепко, но разбудить её я не хочу. Подходу ближе и думаю как лучше это сделать. Злость вновь начинает накатывать и мне хочется, чтобы она перед смертью помучилась ещё немного. Ощущение такое словно во мне живут два разных человека, которые не сходятся во мнениях и требуют выхода наружу.
Мне нравится идея с мучительной смертью, но все- таки я не люблю отступать от своих планов. Лиза заслуживает смерти, ко всему прочему она уже давно должна быть в могиле, сколько лет она уже живёт на чужой энергии?
Что же, пора заканчивать жизненную историю ведьмы, решившей, что сможет завоевать и подчинить себе всех живых существ. Вонзаю кинжал в сердце Лизы, прекращая её злобное и бесполезное существование на свете.
Больше никогда Лиза не сможет причинить кому- либо боль, которую не излечить магией или же лекарствами.
Теперь надо навести порядок и разобраться с преданными Лизе людьми. Думаю солдаты, которые прибыли сюда быстро примут мою сторону и не станут бунтовать против меня. Если раньше я наводила на них страх, то сейчас вернув свою силу им просто не сдобровать. Проблемы могут возникнуть с Геной.