Мы впервые.
Они не сбежали, они ушли, тихо, честно, без истерики, без разбитых тарелок, без ночных криков, просто ушли. Потому что выбрали друг друга, когда никто не был готов принять этот выбор.
Первое утро в квартире было странным. Том разложил вещи, гитару в углу, пачка тетрадей на кухонном столе, черная толстовка на стуле.
Молли сидела на подоконнике, глядя в окно, и впервые почувствовала: я свободна, но мне страшно.
-Хочешь кофе?-спросил он
Она кивнула, он поставил чашку рядом. Молли взяла ее дрожащими руками.
-Мы правда теперь живем вместе?
-Мы правда теперь живем.
Он сел рядом, касание ног, плечо к плечу, молчание не тягучее, не напряженное. Домашнее, их новый мир без чужих правил.
Сначала было красиво. Они ели лапшу, смотрели фильмы на ноутбуке, спали на матрасе прямо на полу.
Смеялись от усталости, целовались. Том писал музыку по ночам, и она читала стихи, лежа головой у него на бедре.
Они впервые принадлежали только себе, но потом пришли и будни.
Аренда, учеба, еда, документы. Молли звонили со школы по типу где родители?
почему она не приходит?
Симона заблокировала номер, Гордан молчал, Билл писал иногда коротко: «Вы живы?» «Я скучаю» «Мама плачет по ночам.» Это больно, но Молли не жалела.
Однажды вечером она с Томом возвращалась после магазина. Сумки, ветер, музыка из наушника один на двоих. И вдруг он остановился прямо на улице.
-Молли.
-Что?
Он поставил сумки, встал перед ней.
-Я знаю что мы не совершеннолетние, что все неправильно, что мир считает нас ошибкой.
-Том..
-Но ты моя свобода.
Он достал маленькую коробочку, не кольцо.
Подвязка серебро, внутри маленькая гравировка: «Мы вопреки.»
-Это не предложение, это клятва. Что, пока ты рядом я буду стоять, даже если весь мир рухнет.
Молли не могла говорить, она просто надела подвеску. А потом поцеловала его на улице, на глазах прохожих, не думая ни о чем. Потому что это был из выбор, быть настоящими.
Поздно ночью она лежала рядом, она спросила:
-Ты когда-нибудь пугался?
—Каждый день.
-Тогда почему держишься?
Он повернулся к ней.
-Потому что ты мое «зачем» и пока оно есть я не сдамся.
Молли прижалась к нему и закрыла глаза, и в эту ночь она впервые за долгое время спокойно заснула.
А на другом конце города Симона сидела у окна.
На коленях старый фотоальбом, на обложке надпись выцветшая от времени: «Наша новая семья.»
И когда она развернула на первую страницу, слеза упала на фотографию. Где она впервые обнимала Тома как сына.