Третья лишний...
Через несколько недель София заметила, что что-то изменилось. Это было не сразу очевидно, но постепенно она начала ощущать, как расстояние между ней и Даниэлем увеличивается. Он стал меньше времени проводить с ней, а его внимание всё чаще было сосредоточено на другом человеке.
Она не сразу поняла, кто эта девушка. Она встретила её однажды, когда пришла в библиотеку, и увидела, как Даниэль разговаривает с ней. Девушка была новой — с ярким, немного навязчивым стилем и бесконечным потоком слов. София чувствовала, как холод внутри неё растёт, а сердце сжимается, когда она заметила, как Даниэль смотрел на неё. В его взгляде было что-то новое — это была не та мягкость, которая была раньше, когда они играли вместе. Он смотрел на неё с восхищением, почти с обожанием.
София пыталась игнорировать свои чувства, надеясь, что это просто случайность. Но с каждым днём это становилось всё очевиднее. Даниэль всё чаще проводил время с новой девушкой, а когда они встречались, его внимание было рассеянным, а разговоры стали поверхностными. София старалась не обращать внимания, но каждое слово и каждый взгляд ранили её всё больше.
– Привет, София, – как-то раз сказала та девушка, когда она и Даниэль сидели за столом, обсуждая что-то, смеясь и теряя счёт времени. – Ты играешь на пианино? Может, покажешь что-нибудь новенькое?
София застыла, почувствовав, как её грудь сжалась от обиды. Даниэль не сказал ни слова в ответ, только кивнул, а затем взглянул на неё с какой-то растерянностью, словно не знал, как себя вести.
– Я не уверена, что у меня есть что показать, – ответила София, на ходу решив, что она не будет идти на этот компромисс.
Она сделала шаг назад, почувствовав, как её сердце тяжело бьётся. Неужели она всё это время так сильно ошибалась? Неужели то, что она считала близким, на самом деле было лишь игрой для него?
Прошло несколько дней, и София начала замечать, что Даниэль перестал отвечать на её сообщения, его взгляд становился всё более отстранённым. Она пыталась поговорить с ним, но каждый раз он находил способ увильнуть. В какой-то момент она поняла, что это не случайность. Он был занят новой девушкой, и его интерес к Софии угас. Это было больно, потому что она не могла понять, что произошло.
Однажды, спустя пару недель, она случайно услышала разговор Даниэля и его новой подруги. Они не знали, что София была рядом, и их слова звучали как нож в сердце.
– Ты не представляешь, как мне было тяжело с ней, – сказал Даниэль, и в его голосе было что-то, что София не могла игнорировать. – Но сейчас, когда мы больше не играем вместе, я чувствую, что могу быть собой. Она была слишком зажата… Я не знал, как мне быть с ней.
Новые слова оставили Софию без сил. Она не знала, что делать, но одна вещь была ясна — Даниэль изменил всё, что они когда-то создавали. Музыка, которая была их общей связью, больше не звучала для неё так, как раньше. Она чувствовала, как её душа отдаляется, и больше не могла найти в себе сил играть ту же мелодию, что они создавали вместе.
Она подошла к пианино в тот вечер, когда больше не было ни звука, ни света, ни их общих аккордов. Она села, и её пальцы коснулись клавиш. Но даже музыка теперь не могла помочь. Она понимала, что тот момент, когда они могли быть честными друг с другом, уже ушёл.