Под музыку Бетховена

Нежная мелодия разливается по комнате. Тонкие пальцы перебирают клавиши, наигрывая «К Элизе» Бетховена. В распахнутые окна легкий сентябрьский ветерок заносит запах дождя. Букет ярких кленовых листьев лежит на белоснежной крышке рояля. Они вдвоем. Только вдвоем. Этот мир принадлежит только им, и ничего больше не надо.
Мелодия, мягко оплетающая комнату. Она сидит на диване, поджав ноги. Легкое платье подчеркивает изящную фигуру. В ее руке – кленовый лист. Его пальцы скользят по клавишам рояля, а взгляд устремлен только на нее.
Они ценили эти вечера. Такие редкие и такие теплые. Когда можно сидеть и не думать ни о чем. Когда музыка передает чувства, а взгляды красноречивее слов. Воздушная, как вуаль мелодия заканчивалась и начиналась снова. Он не уставал играть, она не уставала слушать.
Солнце скрылось за горизонтом, на рояле зажглись свечи. Это был их последний вечер. Слова не были произнесены, но оба это знали. И Бетховен звучал печально, как никогда раньше.

Утром она вышла его проводить. Нежный поцелуй, легкий и печальный, как прошедший вечер.
День – к чертям под хвост. Он уехал рано, оставив на завтра все, что можно отложить.
Она ушла. Он это понял уже с дороги. Дом осиротело смотрел из сада, и в его глазах-окнах читалась непередаваемая тоска. Он вбежал в дом, еще надеясь, что не опоздал. Что сможет удержать ее, не дать уйти. Но нет. Она исчезла, и в доме безраздельно царила Осень, владычица смерти. Он прошел по комнатам, забирая с собой только самое необходимое – документы, книги. Ноты. Рояль был открыт, и пальцы машинально пробежали по клавишам, наигрывая первые аккорды Бетховена. Яркий букет кленовых листьев, под ним записка: «Я люблю тебя, Санта». Крышка хлопнула как пистолетный выстрел.

Дом был выставлен на торги на следующий день.