Глава 3
Я стояла посреди старинной комнаты полной антиквариата. Она была освещена тусклым светом свечей, которые горели в подсвечниках. Они повидали явно не один век. На стенах висят портреты людей, чьи лица кажутся мне знакомыми, но откуда, я не могу вспомнить. В центре комнаты стоит большое зеркало в резной раме, покрытое тонким слоем пыли. Подойдя к нему я заметила, что вместо своего отражения, вижу Яна. Он стоит по ту сторону стекла, смотрит на меня с грустью. Его глаза - глубокие, почти черные, и в них читается что-то между надеждой и печалью.
- Ева. - Говорит он, но его голос звучит как эхо, доносящейся из далекого прошлого. - Ты должна мне помочь.
- Что я должна сделать? - С замиранием сердца, спросила я полушепотом.
Ян протягивает руку, и я замечаю, что его пальцы слегка прозрачны. Пытаясь дотронуться до него, моя рука проходит сквозь стекло, как будто его нет.
- Найди зеркало. Оно покажет тебе правду. - Произнес он, глядя на меня.
Внезапно комната начинает растворяться, и я оказываюсь на Карловом мосту, а вокруг - ни души. Воздух наполнен тишиной, нарушаемой только звуком моих шагов по старым камням. Ночь, полная луна освещает улицу, оставляя лишь мелкие блики.
Услышав знакомую мелодию скрипки, увидела Яна стоящего под фонарем. Он играл, но его музыка звучала так, словно ее исполняли невидимые руки. Подойдя к мужчине, попыталась дотронуться до него, но мои пальцы прошли сквозь него.
- Ян! - Кричала я, но он меня не слышал. Его глаза смотрели куда-то вдаль, как будто, видел что-то, чего я не могла увидеть.
Внезапно, я заметила, что на мосту стоит ещё одна фигура - женщина в винтажном платье.
Кем она была? Я точно была уверена, что не встречала ее никогда ранее. Только в одном из прошлых снов. Кажется, это была она. Платье, волосы, образ, точно передавали мой прошлый сон. Каждая прядка волос, казалось, осталась на том же месте, что и в прошлом сне. Как такое вообще могло быть? Ее лицо было печальным, а глаза полны слез. Она смотрела на меня, говоря:
- Ты должна помочь ему! Только ты сможешь освободить его. - От слов девушки, по моей спине устремился табун мурашек.
- Как? Что я должна сделать? - Слова вырывались из меня бесконтрольно. Я не хотела этого спрашивать. Или мне так казалось?
Девушка протягивает руку и указывает на зеркало, которое теперь висит в воздухе передо мной. В отражении я видела себя и Яна, стоящих вместе. Но наши фигуры, казались почти прозрачными.
- Ты должна это сделать. Просто должна... - Все повторяла и повторяла девушка. - Должна...Должна...
- Должна что? Что я должна сделать? - Моей сердце колотилось от волнения, а руки дрожали.
Снова проснувшись с криком, в моей голове все играла тихая музыка скрипки.
Мягкий свет освещал мою комнату, пробивающимися сквозь шторы лучами. На столе стояла чашка холодного чая, а на мольберте - так и не законченный портрет Яна.
После этого сна, мое сердце билось так быстрое, что казалось, будто оно вот-вот вырвется из груди. Поднявшись и сев на кровать, я старалась прийти в себя и успокоить дыхание. Мелодия скрипки, которую я слышала во сне, до сих пор звучала в моей голове, как будто эхо, которое не хотело исчезать.
Мой взгляд упал на руки. Я смотрела на них так пристально, будто ранила их. Пальцы слегла дрожали и мурашки спускались тонкой полоской по моей спине.
- Это был всего лишь сон. - шептала я себе, но в глубине души знала, что это не так.
Встав с кровати на холодный пол, я подошла к окну. За стеклом - тихая Прага, которая мирно спала в утренних лучах рассвета. Улицы пусты, только фонари освещали остатки ночи на мостовой, одиноко провожая ее, ожидая выключения. Я смотрела на Карлов мост, который был виден вдалеке, вспоминая сон.
Развернувшись на пятках, подошла к мольберту и осмотрела портрет Яна. Его глаза, которые я так тщательно рисовала, кажутся ещё более живыми, как будто они смотрели на меня с холста.
- Кто ты, Ян? - Прошептала я, словно боясь его спугнуть. Слезы наворачивались на моих глазах, спускаясь тонкими полосками по нежной коже.
Я все прокручивала слова девушки из сна:
"Ты должна ему помочь. Только ты сможешь его освободить."
Я чувствовала, как мое сердце болезненно сжималось от непонимания происходящего. Казалось, ответы очевидны и все витает на поверхности, но я ничего не знала. Только понимала, что должна найти ответы.
Взяв в руки блокнот, я стала записывать все, что помнила их сна: зеркало, мелодию скрипки, слова девушки. Я чувствовала, что это не просто сон, а послание, которое я должна разгадать. Что если попытаться найти какое-то упоминание о том зеркале? Мне кажется, я видела что-то похожее в книге, которую забрала из библиотеки. Может ли вообще такое быть? Я наткнулась на нее в самый последний момент и почему-то решила оставить себе. Да и к тому же, милая старушка в библиотеке, любезно решила мне одолжить книгу на время. Хотя, с ее слов, обычно она этого не делает. Слишком уж ценны такие экземпляры.
Взяв книгу, я стала ее прочитывать. Страницу за страницей. Через некоторое время, наткнувшись на раздел о старинных зеркалах, осторожно приоткрыла книгу сильнее и стала вчитываться в текст. Или точнее в то, что от нее осталось. Здесь описывалось, что некоторые зеркала по одной из легенд служили порталом между мирами. Упоминание одного из таких, заставило мое сердце забиться чаще. Автор писал, что одно из них, когда-то принадлежало алхимику, жившему в Праге, много веков назад.
***
Алхимик по имени Каспар фон Хоффман был владельцем того самого зеркала. Он был известен своими попытками создать философский камень - вещество, способное превращать обычные металлы в золото и дарующее бессмертие.
Каспар жил в маленькой мастерской на Золотой улочке, окруженный книгами, ретортами и странными инструментами. Он был одержим идеей найти способ соединить мир живых и мир духов, чтобы обрести вечную жизнь.
Однажды, во время своих экспериментов, Каспар создал зеркало, которое, как он считал, могло служить порталом между мирами. Это зеркало было необычным: его рама была украшена древними символами, а поверхность отражала не только лица, но и души тех, кто смотрел в него.
Каспар верил, что через это зеркало он сможет общаться с духами и получить от них знания, которые помогут ему завершить свои поиски. Но однажды, во время одного из экспериментов, что-то пошло не так. Зеркало начало излучать странный свет, и Каспар увидел в нем не свое отражение, а фигуру женщины в старинном платье.
Эта женщина была его давно умершей возлюбленной, и она предупредила его, что зеркало опасно. Но Каспар, ослепленный своей одержимостью, не послушал ее. Он продолжил эксперименты, и однажды зеркало "захватило" его, оставив только пустую мастерскую.
С тех пор зеркало исчезло, но легенды гласят, что оно до сих пор где-то в Праге, ожидая того, кто сможет использовать его силу.
***
Конечно, в моем сне зеркало было совершено другое. Никаких древних рун или слов, не было на раме. Да и к тому же, зеркало из сна было ужасно большим, а тут описывалось что-то чуть больше ладони. Возможно, я сходила с ума, придавая обычному сну столько значений, но почему-бы не развлечь себя. В конце концов, немного спонтанности и безумных решений, хорошенько встряхнут мой привычный мир. Решив немного развеяться, я собралась прогуляться.
Стоя перед зеркалом, я держала в руках платье, которое выбрала для небольшой прогулки. Оно - темно-синее, с кружевами и высоким воротником. Казалось, что это платье идеально подходило для сегодняшней прогулки.
Надев его на себя, я посмотрелась в зеркало. Собрав свои длинные и непослушные волосы в пучок, оставила вперед лишь пару закрученных прядей, которые мило обрамляли лицо.
Взяв старую кожаную сумку, в которой лежал блокнот и ручка, накинула на плечи шарф, чтобы защититься от утреннего холода, собралась выходить.
Свежий, утренний воздух наполнял мои легкие. Прогуливаясь по узким улочкам, чувствовала, как мои мысли были переполнены сном и поиском информации о зеркале.
Заметив маленькую антикварную лавку, которая мне ранее не попадалась, решила заглянуть в нее. На вывеске было написано: "Старинные сокровища".
Подойдя к двери, замечаю, что она слегка приоткрыта. Зайдя во внутрь, меня встретил звон колокольчика над дверью. Внутри лавки царил полумрак, а воздух наполнен запахом старых книг и дерева. За прилавком стоял пожилой мужчина с очками на кончике носа. Он смотрел на меня с интересом:
- Чем могу помочь, юная леди?
- Я ищу старое зеркало. Оно могло быть связано с алхимиком Каспаром фон Хоффманом. Вы случайно не знаете, может оно выставлено где-то в музее? - Спросила я с замиранием сердца.
Мужчина смотрел на меня с удивлением:
- Зеркало Каспара? Это редкий предмет. Но у меня есть кое-что, что может вас заинтересовать. Пойдемте.
Развернувшись, он отправился вглубь зала и я последовала за ним. В углу помещения стоял стеллаж с различными зеркалами. От самых больших, чья высота возвышалась надо мной и на столько крохотных, что умещались в моей сжатой ладони.
- Это копия зеркала, которое принадлежало алхимику - Произнес мужчина, доставая зеркало с полки. - Говорят, что его оригинал обладал магической силой. Это зеркало досталось мне от одного из декораторов. Говорят, что эту копию сделали максимально похожей.
Небольшое зеркало, размером чуть больше моей ладони с массивной резной рамой из темного дерева. Она украшена замысловатыми узорами: переплетающимися ветвями, листьями и символами, которые напоминали алхимические знаки. А углах рамы, можно разглядеть небольшие фигурки ангелов и демонов, словно охраняющих зеркало.
Его стекло слегка мутное, покрытое тонким слоем пыли, но при ближайшем рассмотрении, я заметила, что оно словно не отражает свет, а поглощает его, создавая эффект глубины. Когда я смотрю в зеркало, кажется, что отражение словно искажается и в нем изображена не я.
- Помоги ему. Он не справится один... - Мое сердце начинает биться быстрее.
Встряхнув головой, я обернулась на мужчину.
- Как вам зеркало? Оно к сожалению не для продажи, но увидеть, каким оно было изначально вы можете. - Произнес он забирая зеркало.
Я вышла из антикварной лавки с пустыми руками, но с тяжестью внутри. Женщина, которая появлялась у меня во снах, сказала:
"Помоги ему. Он не справится один..."
Я понимала, что она просит меня о помощи для Яна, но как такое могло вообще быть? Казалось, я начинаю сходить с ума. Видя образы, которые никто кроме меня не воспринимал, это пугало.
Я шла быстро, почти бежала, воротник пальто поднят к подбородку. Туман цеплялся за мои волосы, превращая их в паутину. На перекрестке у часовни Святого Вита я остановилась - из-за угла доносилась знакомая мелодия. Скрипка. Тот же мотив, что играл Ян. Завернув за поворот, оказалось, что улица была пуста. Только лужа под фонарем мерцала как ртуть. Покачав головой, я устремилась домой.
Возле своего дома я споткнулась о камень, и моя рука коснулась холодной стены. Шершавая плитка под пальцами вдруг показалась чужой, словно дом за минуту стал старше на сто лет. В окнах мелькнули тени - высокие, в шляпах и плащах, исчезнувшие как только я моргнула.
"Я схожу с ума."
Квартира встретила меня тишиной, но звенящей, словно после крика. Бросив сумку на диван, звук глухо отозвался в пустоте. Зажгла лампу - свет дрогнул, выхватив из темноты портрет Яна на мольберте. Его глаза, написанные охрой и углем, казалось, следили за каждым моим движением.
Я подошла к окну, собираясь закрыть шторы, но замерла. На стекле, запотевшем от моего дыхания, было написано:
"Ты все равно найдешь его."
Капли дождя, наконец хлынувшие с неба, стекали по буквам, делая их почти расплывчатыми, как слезы.
Позже вечером, я шла на мост, чтобы встретиться с Яном. Туман клубился над Влтавой, фонари бросали дрожащие круги света на мокрую брусчатку. Где-то вдалеке били куранты, отсчитывая ещё десять ударов.
Я шла, кутаясь в шерстяной шары, когда услышала музыку. Скрипка. Мелодия была такой же, как в моем сне - грустной, как осенний дождь, и пронзительной, как крик чайки над рекой. Я замедлила шаг, а сердце стало колотиться ещё быстрее.
Он стоял под фонарем, в том же старомодном сюртуке, с темной скрипкой у плеча. Его пальцы скользили по струнам, будто оживляя их.
- Ты снова тут. Как и обещал. - Мягко произнесла я, стоят от него лишь в шаге. Мой голос прозвучал намного громче, чем я хотела.
Скрипка. Музыка лилась словно из неоткуда, как будто сам туман превратился в струны. Силуэт мужчины, словно растворялся в дымке. Смычок скользил по струнам, рождая звуки, от которых щемило в груди.
Ян опустил смычок и музыка замерла, растворившись в тумане.
- Я рад тебя видеть, Ева. Спасибо, что составляешь мне компанию, столь серым вечером. - Слегка улыбнувшись сказал мужчина.
- Ты...ты играешь так, будто знаешь, как звучит тоска. - Услышанная мною музыка, заставляла проникнуться, как никогда прежде.
Подняв на меня свой взгляд, его рука, тихо перебирала струны, рождая музыку заново. Его глаза - словно два осколка ночи - встретились с моими.
- Тоска - это голос тех, кого давно забыло само время. - Сказал он и струны взвыли выше. - А ты, Ева, разве не искала кого-то, кто давно забыт?
Взгляд мужчины стал хитрым, словно намекая на что-то, что я не могла уловить. Оставив для меня загадкой свои слова. Сделав шаг ближе к нему и холод от реки пробрал под одежду, но рядом с Яном было ещё холоднее. Казалось, я стояла у открытой морозильной камеры. Данная погода в Праге была редкостью, но каждый раз ударяла с новой силой. Заставляя жителей города, недавно одетых в шорты и майки, кутаться в длинные пальто и шарфы.
- Что ты пытаешься найти, Ева? Зачем ты до сих пор ищешь со мной встречи? - Мужчина улыбался, одна его глаза оставались все ещё серьезными.
- Правду... - Неожиданно для себя вымолвила я. - Правду о тебе.
Ян рассмеялся, и звук его смеха был странно глухим, будто эхо из колодца. Но этот смех, оставался все также прекрасен.
- Правда - это скучно, а иногда опасно. Легенды куда прекраснее. - Улыбаясь произнес он.
Шагнув в сторону, заметила, как свет фонаря упал на лицо Яна. Я замерла. Его кожа была слишком бледной, почти фарфоровой, а в глазах, казалось, отражались не огни Праги, а звезды давно погасших созвездий.
- Откуда ты знаешь, столько легенд? О некоторых, я не смогла найти информацию ни в интернете, ни в старинных книгах. - Сказала я, сжимая края шарфа. Шерсть колола кожу, напоминая, что все это реально.
- Я живу ими. - Он провел пальцами по грифу скрипки. - Они... питают меня.
Ветер рванул с реки, и я вздрогнула. Холод был ледяным, словно пробирался сквозь кости. Ян не пошевелился, его волосы даже не колыхались.
- Тебе не холодно? - Спросила я, замечая, что его дыхания не оставляет пар в воздухе.
- Холод - это иллюзия. - Он наклонился ближе и я почувствовала запах старых книг, воска и древесины. - Как и время.
Вздохнув, я почувствовала резкий запах сырости и чего-то ещё - старой бумаги, как в библиотечных архивах. Мой взгляд упал на руки Яна. Кожа - слишком белая, почти прозрачная, с синеватыми прожилками, словно мраморные вены. Свет от фонарей и туман, создавали интересную текстуру его кожи.
- Твои истории... словно из другого века. - Сказала я, не сдаваясь. - Как будто ты их сам пережил.
Ян усмехнулся и уголки его губ дрогнули, как будто улыбка давалась с трудом.
- Время - лишь скажется медленным. Иногда столетия - это один вздох. Иногда минута - вечность. - Он повернулся к реке, и ветер рванул с воды, завывая в арках моста. Плащ мужчины даже не шелохнулся.
Мурашки снова пронзили мое тело, устремляясь вниз по спине.
- Ты говоришь загадками. Снова. Будто боишься сказать правду. - Прищурив взгляд, осматривала спину Яна.
Он обернулся и в его глазах мелькнуло что-то острое, почти болезненное.
- Правда - это зеркало, которое показывает то, что ты не готова увидеть. Ты действительно хочешь взглянуться на него?
Не успев ответить, где-то в тумане глухо хлопнула дверь и я вздрогнула. Мы были на мосту и ближайшее здание было вдали. Откуда мог быть этот звук? Я обернулась, но на мосту никого не было за нами. Только эхо шагов - тяжёлых, медленных - приближалось.
- Кто это может быть? - Прошептала я инстинктивно притянувшись к Яну.
- Тени прошлого. - Его голос звучал спокойной, но при этом напряженно. - Они любят подслушивать.
Я смотрела на него с недоумением. Его лицо было неподвижным, как маска. Ни единой морщинки, ни дрожи в веках. Даже ресницы не колыхались.
- Тебе не страшно? Почему? - Спросила я дрожащим голосом.
- Страх нужен живым - Он поднял руку, будто собираясь коснуться моего лица, но остановился в сантиметре. Казалось, его пальцы излучали холод. - А я... давно забыл, что это такое.
Неожиданно, ветер стих, а туман постепенно стал рассеиваться, открывая луну - полную, кроваво-красную. Ян вздрогнул впервые за вечер показав такую реакцию.
- Тебе пора. - Резко сказал он. - Они близко.
- Кто? - Я сжала рукав его пиджака и ткань оказалась грубой, как старинный холст.
- Те, кто не любит любопытных. - Он дернул рукой и я отпустила ткань. - Мы встретимся ещё раз, но позже. Если ты этого пожелаешь.
- Спасибо тебе за этот вечер. - Встав на цыпочки, я положила руки на плечи мужчины и коснулась губами его холодной кожи щеки.
В глазах мужчины горело удивление и надежда. Но происхождение этих эмоций казалось мне непонятным. Резко, лицо мужчины стало обеспокоенным.
- Быстрее. Уходи и не оглядывайся. - Сказал он и указал на другую сторону моста.
Сорвавшись с места я побежала, как и велел Ян. Сердце колотилось в моей груди, но происхождение этого страха казалось мне непонятным. Добежав до конца моста, я оглянулась. Яна на мосту не было, словно он растворился как дым. Лишь вдалеке, в конце моста, мелькал силуэт в шляпе с тростью. Казалось, именно этого мужчину я недавно видела в окне. Он покланялся и исчез. Скрипка снова заиграла, но теперь мелодия звучала как предупреждение.
Тени Праги удлинялись, словно сливаясь с сумерками. Я свернула с набережной Влтавы в узкий переулок. Воздух был наполнен прохладой. Фонари мигали, как догорающие свечи, а мои шаги эхом отдавались от стен старинных домов.
Уже оказавшись в подъезде, у своей двери заметила одинокую розу. Алый лепесток которой уже терял свой цвет, будто ее положили давно. Наклонившись, чтобы поднять ее, заметила, что стебель холодный, как мрамор.
Войдя в квартиру я прижалась лбом к холодном стеклу. Мне было страшно, сердце колотилось, а в голове хаотично мелькали мысли. Казалось, словно я схожу с ума.
Я сидела на крою кровати, пальцы вцепились в край простыни, будто ткань могла удержать меня от падения в безумие. Свет падающей луны резал комнату на полосы и в каждой из них мерещился его силуэт - невесомый, как дым. Я закрыла глаза и образ Яна исчез. Его улыбка, смех - слишком совершенны для живого человека. Но его образ - никогда не отбрасывал тени.
"Я придумываю. Он просто... странный? Все музыканты такие"
Я пыталась успокоиться. Глядя на разбросанные наброски, твердила себе снова и снова. Казалось, даже на каждом из моих рисунков его образ был размыт. Словно бумага хотела выжечь его присутствие? Почему в его голосе всегда слышалось эхо?
Подойдя к окну я прижала ладонь к холодному стеклу. Внизу, на улице, у фонаря стояла девушка из моего сна. Ее губы, словно шептали:
"Помоги ему. Пора..."
Снова и снова, она повторяла эти слова. Я моргнула и ее образ исчез.
"Усталость. Стресс. Переезд."
Список оправданий рос, но голос внутри шептал:
"Он не дышит. Я никогда не видела этого."
Налив на кухне бокал вина, я выпила его залпом. Руки дрожали, а сердце колотилось.
"Призраков не существует. Это все городские легенды"
В тишине прозвучал скрип, обернувшись, я никого не увидела. Скорее всего это ветер, подумала я. Но понимала, что окна закрыты.
"Ева. Помоги ему."
Раздался женский голос из неоткуда. Тот же голос, что и в моих снах. Прижав руки у ушам, я надеялась, что смогу заглушить его.
***
Вечером следующего дня с шла по узкому переулку. Стены домов казалось, смыкались над головой, оставляя лишь узкую полоску неба над головой. В воздухе приятно витал запах свежеиспеченной выпечки из пекарни неподалеку, но мои мысли были далеки. Невольно, я вспомнила, как Ян играл на скрипке. Его мелодия, казалось, проникала в самое сердце, оставляя после себя лишь странное чувство тоски.
Но почему он никогда не рассказывает о себе, а только загадочно отвечает? Вчера, когда я поцеловала его, щека была настолько холодной. Я могла бы списать все на погоду, но сердце подсказывало, что это не так. Я сжала пальцы в кулак, чувствуя, как тревога нарастает внутри.
Внезапно, мой взгляд падает на вывеску: "Антиквариат. Старая Прага.". Лавка выглядела так, будто ее перенесли из прошлого века: витрина была заставлена фарфоровыми куклами, старинными часами и книгами с потрепанными корешками. Над дверью висел колокольчик, который звякнул, когда я вошла.
Запах старой бумаги, затхлости и пыли обводов меня, словно пуховое одеяло. Полки были забиты безделушками: куклы с пустыми глазами, часы, стрелки которых больше не шли, книги, из которых выпадали пожелтевшие страницы.
За прилавком стоял мужчина с седыми усами и очками, которые постоянно съезжали на кончик носа. Как только я вошла, он поднял глаза на меня.
- Чем я могу вам помочь? - Его голос был мягкий, но в нем чувствовалась усталость.
- Я просто смотрю. - Сказала я не определившись, с причиной своего прихода.
Я подошла к стене, где висели старые фотографии в рамках из темного дерева. На одной из них, был изображен уличный музыкант на Карловом мосту. Я сразу узнала его, это был Ян. Он стоял со скрипкой в руках, его пальцы замерли на струнах, а глаза смотрели прямо в объектив камеры, словно видели меня сквозь времени. Надпись в углу гласила:
"Прага 1897 год."
- Этот человек... - Мой голос дрожал. - Кто он?
- А, эта старая фотография. На ней изображен скрипач. Говорят, он играл так, что даже камни плакали. Но однажды... он исчез. В полнолуние. Никто так и не нашел ни его, ни тело.
- Исчез? - Спросила я с интересом, чувствуя как холод стал подниматься по моей спине.
- Да. Говорят, что он искал свою возлюбленную. Она должно быть умерла за год до этого. А он...ну, он не смог смениться с этим. По крайней мере так слагают люди. - Загадочно произнес он.
- А что случилось с его возлюбленной? - С интересом спросила я.
- Она умерла от болезни. Скрипач играл для нее каждый вечер, пока она была жива и их не разлучили. А после этого, он просто исчез. Говорят, что его видели на мосту в полнолуние, но затем он исчез. Никто больше его не видел. - Говорил мужчина с придыханием. Словно ждал много лет, чтобы рассказать эту историю.
- А эта фотография... она настоящая? - Спросила я с сомнением.
- Да, кончено. Она была сделана в 1897 году. Он был известным скрипачом того времени. Но после его исчезновения о нем забыли. Кажется, уже навсегда. - Грустно сказал он.
- А это, что за число в углу? - Спросила я указывая, на надпись: 1873.
- Это год, когда он впервые появился в Праге. Так говорят. Писали, что он был странным человеком. Никто не знал, откуда он был. Но играл так, что люди забывали о своих бедах.
- Что случилось с его скрипкой? - Спросила я с интересом.
- Она исчезла вместе с ним. Говорят, ее можно услышать в полнолуние, стоя на Карловом мосту. Но я в это не верю, если честно. - Поджимая губы произнес старик.
- А можно взглянуть на эту фотографию поближе? - Попросила я указывая на нее.
- Конечно. - Сказал он, снимая фото со стены, протягивая мне. Рамка была холодная, как будто ее только что принесли с улицы.
- Сколько она стоит? - Спросила я с интересом разглядывая ее.
- Для вас молодая леди, она бесплатна. У меня есть ощущение, что эта фотография ждала вас. - Подмигивая, указал старичок.
- Спасибо. - Произнесла я улыбнувшись.
Как только я взяла фотографию, свет мигнул в лавке. Когда он вернулся, антиквар стоял за прилавкам, будто ничего не было.
***
Я шла по одинокой, узкой улочке, держа в руках фотографию, которую мне дал мужчина в антикварной лавке. Я всматривались в лицо Яна на снимке. Казалось, что оно одновременно четкое и максимально расплывчатое. Все фигуры на заднем фоне размывались. Казалось, что он - единственное, что мне нужно видеть на этом фото.
Могло ли быть такое вообще возможно? Он выглядит точно также, как сейчас. Ни на день старше. Но, это же 1897 год! Я провела пальцами по рамке, до сих пор ощущая холод, который пронзал до костей. Может ли быть такое, что это кто-то из его давних родственников?
Мысли откинули меня назад, к нашей первой встречи на Карловом мосту. Его музыка звучала так, словно он знал, что такое тоска. Его глаза смотрели на меня с такой грустью, словно он хотел о чем-то рассказать, но не мог. И он действительно практически никогда о себе не говорил. Ни о семье, ни о прошлом. Почему?
Я вспомнила, как недавно мы сидели на лавке, возле Влтавы. Ян рассказывал мне одну из легенд о поисках потерянной любви.
"Если влюбленные поцелуются на мосту под полной луной, их судьбы будут связаны с друг-другом навсегда."
Эти слова Яна, крутились в моей голове. В тот момент, его голос звучал так, словно он точно это знал. Могло ли быть такое, что он призрак? Тряхнув головой я подумала, что схожу с ума. Наверное, это все из-за усталости и стресса, который навалился на меня в последнее время. Сжав губы в тугую линию, я понимала, что вот-вот впаду в панику. Она постепенно накатывала на меня, зыбко и тягуче поднимаясь по моей спине.
Я вспоминала, как он играл на скрипке. Мелодия, казалось, протекала в самое сердце, оставляя после себя странное чувство тоски. Он... он такой настоящий. Такой живой. Как он может быть признаком? Я же касалась его рукой!
Придя домой, я легла на кровать, свернувшись клубочком, прижав фотографию к груди.
"Завтра. Завтра я обязательно все выясню. Спрошу его прямо. Он расскажет мне..."
***
Стоя на Карловом мосту, я ждала Яна. Мне хотелось разобраться в том, что происходит. Ян как всегда появился словно из ниоткуда. Казалось, будто он вышел из самого тумана. Он как всегда был в костюме и со своей скрипкой. Он шел медленно и казалось, что не оставлял следов на мокрой плитке моста.
- Я рад, что ты снова начала рисовать. Мне нравятся твои работы. - Сказал он, улыбчива смотря на набросок в моих руках.
- Кажется, ко мне снова возвращается вдохновение. Это все благодаря тебе. - Сказала я с благодарностью смотря на мужчину. При виде Яна, мое сердце на миг замерзало, а уже через секунду стучало с невероятной силой.
Подняв смычок, мелодия полилась из струн скрипки. Казалось, что ее играет не Ян, а призрачные руки из тени. Мелодия была тихой, словно шепот самой ночи. Мурашки устремились вдоль моего позвоночника. Я закрыла глаза, желая поймать тот самый момент, когда музыка делала этот мир проще, а присутствие Яна почти реальным. Как только мелодия кончилась, я произнесла:
- Давай зайдем ко мне? Я хочу показать тебе картины. Они связаны с тобой. - Произнесла я мягко, словно боясь спугнуть его.
- Ты уверена, что это хочешь этого? - Спросил он с прищуром, следуя за мной, по темным улочкам Праги.
- Да, скорее. - Поторопила я его, боясь спугнуть момент.
Мы спускались с уклона на очередной улице, когда я заметила, что его тень намного бледнее, чем у меня. Как такое могло быть? Тусклый свет фонаря или вообще плохое освещение, создавали такой эффект? Я пыталась оправдать увиденное, но не могла. Казалось, что жители города видели его, осторожно обходя нас при приближении. Но в то же время, в столь холодную погоду, его дыхание не составляло горячей дымки в воздухе. Встряхнув подачами, я решилась зайти из далека.
- Ты никогда не рассказываешь о себе. - Сказала я ломая тишину. - Откуда ты? Где твоя семья?
- Моя семья - это город. Моя история - его камни. - Загадочно произнес Ян.
Подходя к двери подъезда я открыла ее, смотря на мужчину. Ян стоял в стороне, глядя на горящие окна квартир, будто боясь зайти.
- Идем, там тепло. - Улыбаясь произнесла я, призывно махнув рукой.
Кивнув, Ян последовал за мной, но шаг замедлился, словно он боялся войти. От наших движений лампочка в подъезде замигала, словно сопротивляясь нашему присутствию. Поднимаясь по лестнице я замечала, что ступени скрипели только подо мной.
- Ты никогда не устаешь? - С небольшой отдышкой произнесла я.
- Усталость - привилегия живых. - Хмыкнув, сказал мужчина.
Открыв дверь в квартиру, я по привычке начала прикрывать ее за собой, после того, как вошла. Вспомнив о Яне, я повернулась и от увиденного, мое сердце пропустило удар. Дверь была слегка приоткрыта, а Ян просто прошел сквозь нее, будто ее и не было вовсе.
- Ты уже догадалась, правда? - Спокойно спросил Ян.
Я попыталась дотронуться до его руки, но мои пальцы прошли сквозь него.
***
Я сидела на диване, смотря в спину Яна. Он стоял у окна, его фигура слегка мерцала под лучами луны.
- Ты спрашивала, кто я... Теперь ты знаешь. Но есть история, которую я должен тебе рассказать сам. Не легенда, а правда, которая жила во мне веками. - Произнес Ян, подходя ближе.
Присев возле моих колен, он посмотрел в мои глаза. Словно боялся нарушить хрупкую границу между нами. Его голос звучал тихо, но мягко, словно отголосок далёкой мелодии.
- В 1873 году я был обычным музыкантом. Моя скрипка говорила за меня, когда слова теряли смысл. Но однажды я увидел её - Анну. Она рисовала на Карловом мосту, а её волосы были цвета темных, осенних листьев. Мы встречались тайно, под звездами, где время останавливалось. Она называла мою музыку голосом души, а я её картины - окнами в вечность. - Казалось, на глазах Яна навернулись слезы. Если это вообще было возможно. Но он продолжил.
- Её семья разлучила нас. Анну увезли, выдав замуж за чужеземца. Я искал её годы, играя на мосту каждую ночь, пока не понял, что она... умерла. Горе сковало меня, но я не мог уйти. В полнолуние её дух явился мне. Она сказала, что наша любовь переживёт время, если я буду играть для тех, кто ищет истину. С тех пор я здесь - призрак, застрявший между мирами. - голос мужчины опустился до шепота. Словно он боялся спугнуть меня.
- Почему ты показался именно мне? - Спросила я со слезами на глазах.
История Яна поразила меня до глубины души. Мне было обидно, от несправедливости его жизни. Хотелось сделать все возможное, чтобы помочь ему стать свободным или... или воссоединиться с Анной. Если честно, мне хотелось, чтобы я оказалось сумасшедшей в данный момент. Чтобы все, что я думала до этого, не подтвердилось. Ведь первый мужчина, который вызывал трепет в моей душе, проник и занял все мои мысли - оказался призраком. Но я была готова сделать все, чтобы ему помочь.
- Ты похожа на нее. Не только лицом... Ты как и она видишь то, что скрыто. Когда ты рисуешь, я чувствую, как ее дух рядом. Ты - мост между прошлым и настоящим. - Темные, почти черные глаза, казалось, смотрели мне прямо в душу.
- Как я могу тебе помочь? Что я должна сделать? - Спросила я, борясь с желанием попытаться обнять... призрака.
- Есть одно зеркало. Оно раньше принадлежало Анне. Если его найти и разбить, то я снова стану свободным. Но есть проблема. Я не знаю, где оно находится. Но понимаю, что это мой единственный шанс на спасение. - Казалось, голос Яна был полон надеждой. Словно сомневаясь, он произнес:
- Ты поможешь мне, его найти? -