Глава 2. Мамины советы
Слава богу он ушел... Я дура! Дура! Я сто процентов его смутила. Лучше б молчала. Он ко мне больше никогда не придет. Может догнать и извиниться? Да о чем я?! Еще глупее буду выглядеть. Что мне делать теперь? Каждый раз, как он приходит, у меня сердце замирает. Все мысли из головы высыпаются.
Опять ромашку варить что ли? Так и покупателям ни одного цветка не останется. Лучше уж тогда воспользоваться маминым способом и с головой утонуть в работе. Хоть отвлекусь...
Нужно список составить. Люблю это делать. Успокаивает и дает чувство контроля. Да, мне всегда не хватало контроля. Одними списками и спасаюсь...
Хм... У меня дома нет хлеба, молока, сыра... Батюшки, да у меня вообще ничего нет! А еще тешила себя надеждой сейчас Феликса на завтрак позвать. Он же не ест ничего утром, забывает. Бедняжка, вечно спешит... Ну нет! Стоять! Приходим в чувства, юная леди! Весь дом на тебе, а ты нюни распустила по парню! Если уж на то пошло, то рёву корову он в жизни не полюбит. Так что, Элли, поднимай свою мелкую задницу со стула и работай!
Первым делом нужно заглянуть к пекарю. Денег маловато, так что одной бузанки будет достаточно, обойдусь без сыров и мяса. Благо булочная находится на параллельной улице, а значит моего пятиминутного отсутсвия никто и не заметит.
Утро встретило меня легким ветром, играющим с редкими снежинками. Ряд домов напротив цветочной лавки смотрел на меня черными зрачками окон, вмурованных в стены из белой глины и кирпича. Резные дощечки, пересекающие фасад,напоминали брови, рты, носы. Всё вместе формировало достаточно серьёзные физиономии, которые, конечно же, смотрели именно на меня.
В своём квартале я встретила много знакомых моей, когда то большой и дружной семьи. Все эти рабочие, чопорные джентльмены с дамами под ручку здоровались со мной и улыбались. Было ощущение, что каждый из них заведомо знает о моем утреннем провале и всё пытается язвить своим натянутым добродушием и приветливостью.
Вот, наконец, я на месте. Одноэтажный каменный домик с большой печной трубой. Даже глупый бы понял предназначение этой постройки. Но, видимо, город полон не просто глупцов, а настоящих тупиц, раз еще пришлось вешать вывеску и навесной знак с крендельком.
С порога я ощутила приятный теплый запах свежей выпечки. Аромат горячего кунжута на хрустящей корочке пышущей жаром булочки сведет с ума кого угодно!
Здесь де рабоет главный красавчик нашего города и завидный жених любой девченки, лучший друг Феликса и по совместительству холодный и грубый придурок (барабанная дробь), Андре Верон. Его любимым трюком было брать кочергу и, напрягая все мышцы, гнуть ее,как тростинку. Когда надо,он мог нежно разломить корочку хлеба, поглаживая ее кромку пальцами, чтобы вызвать у преданных поклонниц весьма себе задние мысли и интересные ассоциации. Никто не мог устоять перед его татуированной спиной, плечами и руками. Он бывший моряк и привез все эти нательные украшения с далёких островов Тихого океана.
На меня же его шарм никак не действует. Я хочу только Феликса и точка!
-Кого ты там хочешь? - раздался внезапный бассистый голос откуда-то сверху. Подняв голову я увидела мощную грудь, на ней мускулистую шею и наконец улыбающееся бородатое лицо паренька- Я слышал, что ты что то шептала про то, что хочешь... - пропел Андре.
-Что я хочу свежий батон! - резко отрезала я. Ишь, соблазнитель нашелся! Грубиян! Еще и подслушивает.
-Ты чего такая злая сегодня?- бесяще игриво продолжал напирать Андре - Кто то тебя обидел? Только скажи и мы с Феликсом мокрого места от него не оставим. Ну если это только не Феликс... Если ты понимаешь о чем я... - хохотнул парень и расплылся в нарочито доброжелательной улыбке.
- Да что ты знаешь?! - я не выдержала и выбежала из магазина с новообретенным хлебом. Выскачивший Андре получил от меня лишь: "А хлеб мне в компенсацию за моральный ущерб"- и высунутый язык.
На глазах вновь появились слезы. Чтобы не заплакать я подняла глаза вверх. Вот горы. Спуститься ниже, будет железная дорога пробитая в скале. По ней три раза в день с характерным гулом проносятся поезда. На один из таких тепловозов однажды сели мои родители. Да так и не вернулись. И снова эти мысли. Жизнь- дерьмо!
С этими мыслями я пришла домой. Местом для грусти у меня всегда был чердак. Там всегда есть плед, маленькая библиотека и ящик со свечами, спичками и сахаром. Местом для грусти мезонин является еще и потому-что его единственное окно выводит аккурат на единственный в городе мост. Судя по его виду, он был тут еще до появления людей, таких старым он выглядит. На его пузатых перилах выгравирована надпись на латыни, вроде "любовь травами не лечится". Это написала моя мама, когда только начинала встречаться с отцом, а попутно изгоиавливала эту самую мостовую оградку. Именно на этом мосту они встречаются. Она его не любит, а он как послушный песек крутится у ее ног. Она ему не пара. Он должен быть мой...
И он будет мой! Мама научила меня обзодить трудности изящно. Сейчас он стоит там и я могу немного помечтать, чтобы охладить пыл.
До этого я решалась лишь трогать клитор, но сегодня всё будет иначе. Я сделаю это, смотря на него.
Сначало аккуратно. Нежно. Всего один палец. Подушечка аккуратно коснулась верзней стенки. Хотелось продвигаться дальше. Внутри был настоящий парник. Я еще никогда так не текла. Палец продолжал двигаться внутрь. А вот и точка G. Такое странное ощущение заполненности. Странное и прятное. Вагина немножко пульсирует и обволакивает палец. Мягко выводя и вводя его я добавляю второй пальчик. Теперь там настоящая лужа. Я чувствую как разбух мой клитор.. С каждым заходом внутрь мне хочется глубже... И чаще... Меня начинает потряхивать... Я смотрю на него и хочу целиком... Я так напряжена и расслаблена в один момент... Не порваться бы... Не хватает воздуха... Пальцы заходят целиком. Это оно. Прямо сейчас! Я начинаю тереть клитор как сумасшедшая. Ноги сводит конвульсией. Всё тело наполняет тепло.
Феликс перевел взгляд на подозрительно сильно запотевшее окно.
-Он смотрит! Черт! - от неожиданности руки разжались, а тело опустилось на стул. Одно касание. Элли, нам нужна смена трусов...
А за окном было слышно лишь то, как легкий ветер играет с редкими снежинками.